Чтение онлайн

— Теперь люди короля перебьют всю мою семью. Убийство дружинников короля карается смертью.

— Не убьют, если не узнают, — содержимое карманов дружинников перекочевало в кошельки Силфана и Хьярма. — Закопаем их неподалеку, а их смерть свалят на бандитов, убивших этого королевского родственника, — усмехнулся Силфан. Вдвоем с Хьярмом он подхватил одно из тел и направился на улицу.

— Эй, паренек, покажи, где хоронить молодцов, и лопату захвати! — велел Хьярм сыну хозяина. Крестьянин послушно кивнул, и, не заботясь даже о том, чтобы накинуть плащ, побежал на улицу. Втроем они выкопали неглубокие ямы и закидали в них тела дружинников. Немного отдохнув, викинги, не дожидаясь утра, забрали лошадей дружинников и продолжили путь.

После трех дней, во время которых они ехали, скрываясь в лесу и прячась от человеческих взоров, викинги подъехали к церкви, расположенной у границ владений Аутисиуса. Необходимости скрываться по пути уже не было, но викинги действовали по привычке и из осторожности. На своих землях римлянин запретил христианам проповедовать свою религию и жестоко наказывал тех, кто смел его ослушаться, но христиане не оставляли попыток распространить свою религию среди всех народов. В своих письмах Мойра писала, что священник иногда посещает земли Аутисиуса, и Силфан был уверен, что ему известно обо всех людях, живущих поблизости.

Церковь представляла собой небольшое деревянное строение, расположенное на окраине деревни. В Британии христианство не было распространенной религией, и лишь немногие монахи жили на острове. Все же христиане пытались обратить в свою религию дикие народы Британии и приобщить их к вере в единого бога. В полдень в церкви не было прихожан, ибо крестьяне работали на своих полях, но священник находился в церкви, которая также являлась и его домом. Путники привязали лошадей к ветке дерева и вошли в открытые двери. Бедная обстановка была характерна для церквей, расположенных в землях, где жили в большинстве язычники, как их называли христиане. Просторную комнату освещал свет из окон. Несколько деревянных скамей были расположены перед алтарем и висящего у стены креста. Священник стоял перед алтарем на коленях и молился своему богу. При виде этого Силфан хмыкнул и окликнул его.

— Вставай, я видел, как твое лицо мелькнуло в окне, когда ты заметил и нас. Поэтому кончай притворяться, что ты проводишь свое время в молитвах.

С кряхтением священник поднялся на ноги и посмотрел на посетителей. Бритое, слегка заплывшее жиром лицо и нежные руки, это было обычным зрелищем среди христианских священников. Живущие на пожертвования и подачи местных владык, они проводили дни в празднестве и размышлениях о том, как увеличить свое богатство. Хотя на людях они были верхом добродетели и порицали любой грех из завещанных их богом.

— Как смеешь ты оскорблять слугу божьего в доме его бога? — начал обличительную речь священник, но замолчал, когда в руке Силфана мелькнуло золото.

— Я прибыл как раз затем, чтобы почтить единого бога и сделать пожертвование его храму. И, конечно, насладиться беседою с его слугой.

— Так присядьте же и расскажите, что тревожит ваши души.

Они сели на скамьи, предназначенные для прихожан. При этом священник не отрывал глаз от монеты, которую крутил в пальцах Силфан.

— Мы ищем кое-кого. Ее зовут Снежака, дочь Платона. Насколько мне известно, она живет в землях Аутисиуса?

— Да. Мне известно, о ком ты говоришь. Хотя она живет в землях недостойного и ее душа не озарена светом истинной веры, — Хьярм при этих словах презрительно хмыкнул, а Силфан скривился.

— Расскажи мне о ней. Как она выглядит, чем занимается, что о ней говорят?

Священник задумался, при этом его лицо посерьезнело, и Силфан задумался о том, так ли прост этот священник, как ему показалось.

— Она живет в землях Аутисиуса уже больше десяти лет. Сначала владела земельным наделом. Потом вышла замуж за мелкого купца. Прожила с ним около семи лет, но затем развелась. Законы кельтов позволяют им разводиться, когда они того пожелают, хотя истинный бог запрещает нам это, — отвлекся священник, но покашливание Силфана заставило его вернутся к рассказу: — Не знаю, почему они расстались. Затем она купила небольшую таверну, и теперь заведует в ней. Так что вы найдете ее без труда, она расположена в селении, ближайшем к имению римлянина. Живет одна, а по хозяйству ей помогают несколько рабов. Говорят, Аутисиус благоволит к ней, но никто не знает почему, может, он покорен ее внешностью.

— Как она выглядит? — спросил Хьярм, и Силфан наклонился вперед в ожидании ответа.

— Среднего роста для женщины. Светлые волосы, очень красива. На первый взгляд, образована и умна, говорит на нескольких языках. В том числе на греческом. Мужчин, влюбленных в нее, скажу я вам, довольно много. С ней легко общаться, но для тех, кто имеет дело с душами людей, есть в ней что-то странное. Но, наверное, это вас не интересует.

— Нет. Как раз наоборот. Расскажи нам все, что тебе известно, пусть это и твои домыслы, — попросил Силфан, и между его пальцев мелькнуло еще несколько монет.

— Не знаю, — задумался священник. — У нее лицо ангела, но каждый раз, когда я говорю с ней, меня пробирает дрожь. Мне трудно это объяснить. Будто имеешь дело с ангелом, который верит в то, что он ангел, но внутри его скрывается дьявол. Демон, который погубит тебя, но будет считать, что он поступил правильно. Человек, который верит, что не нарушает ни один из грехов, но при этом постоянно нарушает их. Но любой человек, который с ней знаком, будет уверять вас об обратном. Люди видят в ней ангела, но мне она видится демоном по своей сути.

— Похоже, это именно та, которую мы ищем, — Силфан улыбнулся и передал священнику золото. — Благодарю вас.

— Заходите еще. Бог всегда рад прихожанам! — крикнул им вслед священник.

— Что он имел в виду, когда говорил о грехах? — спросил Хьярм, когда они садились на коней.

— Христиане верят, что есть какие-то поступки, которые нельзя свершать. Не помню точно какие. Кажется, нельзя врать, воровать и, кажется, убивать тоже.

— И что, разве так можно прожить? — удивился викинг.

— Ну, они сами не следуют этим правилам, хотя проповедуют их.

— Не удивительно, что у них нет последователей среди викингов, — усмехнулся Хьярм. — Как это не грабить, так же и с голоду можно помереть!

Викинги пришпорили своих лошадей, направляя их в земли Аутисиуса. Цель их путешествия подходила к концу. Ближе к вечеру они въехали в селение и, расспросив жителей о таверне, направили к ней лошадей. Таверна была небольшой, но наполненной посетителями. Посетителей, состоявших из крестьян, купцов и двух легионеров, обслуживали молодые служанки. Осмотрев таверну, викинги немедленно узнали Снежаку. Наравне со служанками, она обслуживала посетителей. Силфан увидел, как она засмеялась словам какого-то купца, и невольно почувствовал укол ревности. Молодая женщина немного постарела со времени последней их встречи, хотя и сохранила свою красоту. На вид ей было лет тридцать, что, однако, ничего не говорило, о ее истинном возрасте.