Чтение онлайн

Ответить Скелла уже не успел. Наручные часы пропищали незамысловатую мелодию, едва различимую среди криков солдат.

Скелла вздрогнул. Он мало когда слышал эту мелодию, потому что старался всегда отключать оповещение по прибытии домой. Однако же, нескольких случаев вполне хватило для того, чтобы при первых нотах будильника, его спина уже покрывалась потом…

Сорок две минуты седьмого…

Сильный толчок и резкий ледяной удар где-то на самой границе сознания…

Ощущение присутствия чужого разума. Сильного, мощного, древнего…

"Кто ты?"

"Какая тебе разница?"

"Мне просто интересно…"

" Мое имя Сайгар, только о чем это тебе может сказать?"

Холод подкрадывается все ближе – он окружает, обступает и готовится к атаке…

"Кто ты?"

"Я назвал тебе свое имя"

"Но, тем не менее, так и не ответил на вопрос!"

"Я – бог. Холода, льда, снега, стужи и всего того, что вы называете одним коротким словом – зима."

Очертания башни, залитой огнем и скованной барьерами льда сгладились, истончились, а, затем и вовсе, померкли. Прямо перед Александром Вавиловичем возвышался преклонных лет мужчина. Своими размерами он превышал противника, как минимум, вдвое. Тело незнакомца было облачено в тяжелые стальные доспехи, поверх которых располагались неравномерные ледяные наросты. При каждом движении они издавали тихий хруст и осыпались вниз крохотными осколками. Волосы человека были белого цвета с нездоровым, грязновато-серым оттенком. В руках он держал меч, так же покрытый слоем льда. Незнакомец шел тяжело, а на его лице была запечатленяно выражение явственно читающейся муки…

"Неужели, не узнал? А если бы я появился в женском обличье – ты бы подумал, что перед тобой Снежная Королева?"

"Но…но, ты же мужчина?"

"Это всего лишь мой привычный образ…Просто ваши умы привыкли все прекрасное, таинственное и заслуживающее восхищения отожествлять с женским началом. Вот и я не стал исключением – Снежная Королева, та же Морана, к примеру…"

"Зачем ты все это делаешь? Почему не даешь умереть спокойно?"

"Спокойно умереть можете только вы, люди…для меня это более чем мучительно. Ты хочешь знать зачем? Ответ тебя не удовлетворит. Я всего лишь хочу жить…"

"Вот и живи себе, а нам оставь возможность умереть!"

"Ты не понимаешь? Моя жизнь так или иначе связана с людьми. Отожествляя какое-либо явление с божественными силами, вы, тем самым, даете им жизнь."

"Значит, по сравнению с тобой, мы истинные боги? Ведь мы сотворили не один пантеон…"

"Может и так, но разговор сейчас не об этом!"

"Да ты проявляешь эмоции…Раздражение. И, наверно, зависть? Куда же без этого."

"Мне все равно, что ты говоришь, но таким безрассудным образом уничтожить самих себя я вам не дам!"

"А мы уже уничтожены – с твоей помощью или без нее, но это произошло пятнадцать лет назад. Так что, и тебе пора готовиться к небытию. Да, и, надолго ли тебя хватит? Твой вид не говорит о скрытом могуществе и мощи, а тот факт, что с каждым днем, сдерживающая ракеты ледяная оболочка все утончается…"

"Ты прав, мне очень трудно. Держать под контролем климат целой планеты, еще и поддерживать ваши игрушки. Но, я справлюсь…слышишь, ты, я справлюсь! Точно так же как и все эти люди, приспособлюсь, выживу! В конце-концов, я пережил уже многих кто меня знал и проживу еще столько же! Слышишь, я еще буду топтаться на останках вашей цивилизации! Так что, уйди, пока есть такая возможность – живи…"

"Это называется не жизнью – выживанием, существованием, бытием. Как угодно, только не жизнью. Она уже кончилась, только, вот, смерть еще не началась…"

Александр Вавилович сосредоточился, разжигая вокруг себя ту стихию огненной лавины ненависти, что поглотила его с самого начала. Лед, вздрогнув и откликаясь на зов Сайгара, словно живое существо, ринулся было в атаку, но в одно мгновение оказался смятым сокрушающим потоком наполненного яростью и болью, пламенем.

"Что ж, жаль что ты выбрал такой вариант. Только, тебе все равно не одолеть меня. В конце-концов, ты всего лишь человек…"

Алекс очнулся от липкого, холодного прикосновения. С трудом открыв глаза, он обнаружил что лежит в снегу, а рядом – всего в паре десятков метров расположен огороженный объект, так похожий на…

Черт возьми!

Как он оказался возле Столпа? Что вообще случилось? Алекс абсолютно ничего не помнил. Лишь то, что до назначенного времени он успел придти домой и завалиться спать. А, значит, ненавистного провала в памяти быть не должно…

Вокруг суетились и сходили с ума люди в военной форме, а в ушах тяжелым раскатистым эхом раздавалось: "…хочешь, чтобы меня прям щас заживо съели? Прям щас заживо съели? Заживо съели? Съели? Съели?!"

Сделав над собой усилие, Алекс тяжело поднялся и лишь тогда смог рассмотреть причину паники – из узких окон-бойниц Столпа наружу рвалось ледяное пламя. По-другому охарактеризовать увиденное он просто не мог.

И сразу же почти все встало на свои места…

Алекандр Вавилович…

Губы Алекса растянулись в жутком подобии улыбки. Не зная чем помочь шефу, Алекс завел руку за спину и, нащупав кобуру, достал пистолет. Затем, навел его на стекающее по бетону ледяное пламя, сдерживавшее настоящее – первородное, наполненное непередаваемыми муками и горечью…

Пистолет?! Откуда у него пистолет?! Откуда на нем эта черная форма с нашивкой добермана на плече?!

Запоздалым движением большого пальца Алекс снял оружие с предохранителя…

"Не смей!"– раздался в голове чей-то знакомый голос.

"Я должен"– тут же откликнулся Алекс, не высказывая и тени удивления.

"Единственное, что ты должен – это выжить…"

"Именно для этого я и жму на курок…"

Однако, рука отказывалась повиноваться – прицел взвился вверх – в агатово-черное непроглядное небо.

А из окон Столпа на Алекса словно внимательно смотрело какое-то существо. Даже не смотрело, а рассматривало, будто диковинную вещь. И этот взгляд…Его Алекс не смог бы забыть никогда…такое же ощущение он испытал пятнадцать лет назад, когда спасался бегством, надеясь укрыться в бомбоубежище. И ракета пролетела в каких-то сотнях метров от напуганного до неконтролируемой истерики, молодого человека. Вот тогда – именно тогда – Алекс почувствовал этот странный взгляд, который удивленно рассматривал бушующие в его душе чувства. Настолько противоречивые, что даже не верилось, будто они могли принадлежать одному человеку…