Чтение онлайн

В душе у нее вдруг возникли мимолетные сомнения: стоит ли все же выходить замуж за этого Ойярзабала? Брак с инопланетянином представлялся ей таким же тяжелым и отвратительным, как кандалы на длинной цепи. Быть навсегда прикованной такой цепью к Ойярзабалу… который к тому же пылает страстью именно к Персефоне, а не к ней, Тор… Неужели она должна будет вечно носить этот чертов парик, эту разрисованную идиотскую скорлупу, пока та не прирастет к ее коже окончательно? Ах, да черт с ним! Если Ойярзабал ей вконец опротивеет, она достаточно быстро сумеет от него избавиться: цепи куются для того, чтобы их разбивали…

— …Ты и с виду настоящий победитель, я сразу поняла! …Эй, привет!.. — Она замолкла на полуслове; губы так и остались полуоткрытыми:

— Ваше величество?

Светлокосая девушка в синей тунике, какие носят кочевники, смотрела на нее со странным смущением, и этого взгляда Тор было достаточно, чтобы понять, что она ошиблась. Но девица продолжала стоять как вкопанная прямо перед ней и, похоже, была совершенно равнодушна к беснующейся вокруг толпе.

— Это вы — Персефона?

Тор широко ухмыльнулась.

— Всего лишь ее дешевая имитация, детка. Зато ты — просто отличная копия нашей королевы, клянусь богами!

— Я… хм… — Девушка, похоже, не была слишком польщена этим сравнением. — Меня послала Фейт.

— Ты хочешь сказать, Фейт, Хрустальный Глаз?

Девушка кивнула:

— Меня зовут Мун, Покорительница Зари. Фейт сказала, что вы знакомы с моим двоюродным братом Спарксом.

— Да, разумеется, я его знаю! — Она почувствовала облегчение, смешанное с досадой. Тысяча чертей, что-то я сегодня слишком завелась! — Пойдем-ка, выберемся из этой, толпы. — Тут она вдруг заметила, что девушка не одна; какое-то пугало — из этих, с Харему, — стояло у нее за спиной, словно тень, да еще и было одето в форму полицейского инспектора. Сердце с перебоями заколотилось у Тор где-то в горле, прежде чем она успела разглядеть, что в целом вид спутника Мун далеко не соответствует облику настоящего полицейского. Она заметила и пятна засохшей крови у него на плаще… Ей ужасно хотелось узнать, что произошло с этим легавым, однако она подавила искушение немедленно все выяснить. Только не спрашивай ни о чем, не спрашивай! Она махнула им рукой и повела в глубь казино. Мун шла неловко — настоящая деревенщина! — пугаясь вспышек огней и изысканно пестро одетых посетителей, действительно ведущих себя почти шокирующе. Она выглядела ошеломленной и одновременно слишком сосредоточенной в этом веселом аду, словно попавшая в настоящий ад девственно чистая душа. Тор слышала, как девушка приглушенно вскрикнула, когда они проходили сквозь гигантскую воронку Черных Ворот — искусную голограмму, разумеется: «Посмотри-ка, БиЗед, я никогда не видела ничего подобного! Даже на Харему!» Тор изумленно оглянулась на нее и услышала, как потрепанный легавый прочувствованно отвечает ей: «И никогда не увидишь!» Тор только головой покачала и пошла дальше.

Она вела их по коридору, через зал, завешанный тонкими, как паутина, портьерами — эта была наиболее тихая часть казино, здесь проститутки принимали своих клиентов. После бесплодных попыток отыскать свободную комнату Тор заметила, что Герне еще у себя, и постучала в его дверь ладошкой:

— Эй, красавчик, твои любимцы прямо-таки жаждут тебя видеть! Пора!

Дверь отворилась, и появилась физиономия Герне — лицо падшего ангела! — который изрыгал в адрес Тор проклятия.

— Почему бы тебе не… — Взгляд его остановился на Мун; выражение лица мгновенно переменилось и продолжало меняться с каждой секундой.

— О боги! — Теперь на лице его была написана самая настоящая ярость, прямо-таки бешенство. — А тебе-то что здесь понадобилось, проклятая предательница, сука! Я подозревал, что ты когда-нибудь заявишься, не упустишь возможности полюбоваться тем, что ты со мной сотворила…

— Герне! — Тор преградила ему путь. — Что с тобой, черт побери? Ты что, наркотиков объелся? Эта девушка здесь впервые! И тебе она совершенно не знакома!

— Ты так думаешь? Думаешь, Ариенрод не знакома мне? Думаешь, я могу ее не узнать? Нет, я слишком хорошо знаю нашу Снежную королеву — я ведь столько лет спал с ней! Разве я не правду говорю, шлюха ты белокурая?

— Я не Снежная королева, — слабо возразила Мун.

— Она никакая не королева, Герне! — Тор удалось заткнуть ему рот, пока он не начал снова. — Помолчи да посмотри как следует — ишь, глаза кровью налил, урод! Она всего лишь островитянка, приехала сюда в поисках своего братца, и ты никогда раньше ее не видел. И я голову дам на отсечение — ты и королеву-то никогда в жизни не видел, не говоря уж о том, чтобы с ней спать! У нее вкус небось получше.

— Ты-то что об этом знаешь? — огрызнулся Герне. — Ты вообще не знаешь ни черта — ни о ней, ни обо мне! — Он выпрямился, прислонившись спиной к дверному косяку, и расправил на груди смятую грязную рубашку, пытаясь держаться с достоинством. — Я был Звездным Быком — пока она не предала меня ради этого жалкого цыпленка, этого Покорителя Зари!..

— Покорителя Зари? — изумилась Top. — Я этому не верю! Спаркс — просто гнусный вымогатель. — Неужели он высасывал из нее информацию для того, чтобы снискать расположение Снежной королевы? Неужели это возможно? Неужели возможно, что и Герне говорит о себе правду? Неужели Спаркс использовал ее только для того, чтобы подобраться к Герне? Она потерла лицо ладонями, забыв о косметике и смазав тщательно наложенный грим — цветы, стебли, «усики», нарисованные у нее на щеке и на веках.

— Спаркс, Покоритель Зари — мой двоюродный брат, — спокойно сказала Мун, не обращая ни малейшего внимания на яростные и жестокие слова Герне. — Я знаю, что он стал Звездным Быком. Мне нужно отыскать его, пока еще не поздно.

— Твой двоюродный брат? — Герне нахмурился. Остального он будто не расслышал. — Да-да, что-то такое было… Ты вроде бы потерялась… — Герне почесал башку так, словно хотел вычесать из-под кожи нечто давно им забытое. Наркотики, которыми он пользовался и просто от скуки, и чтобы убить боль, совсем размягчили его мозги, страшно ослабили память. — А ты очень на нее похожа… — Глаза его сверкнули, как у голодного демона. — Очень!

— Не трать время на какого-то сбрендившего от наркотиков кретина, — нетерпеливо сказал фальшивый легавый. — Деклассированный не мог стать Звездным Быком.

Герне, похоже, впервые заметил полицейского и уставился на него с отвратительной ухмылкой.

— Я помню тот день, когда учил тебя преклонять перед королевой колена, легавый! — Тот вздрогнул. — Тогда ты был слишком благороден и для нее, и для меня, верно, Гундалину-мекру? А посмотри на себя теперь! Ты, должно быть, на брюхе в грязи ползал, мекрито! Да мне и говорить-то с тобой противно!

Спутник Мун явно хотел сдержаться, но не сумел.

— Я и сейчас куда выше тебя, ублюдок вонючий!

— Да уж! Теперь ты очень высокая куча дерьма! Слава богам! — Герне сплюнул.

— Эй, поаккуратней! — Из соседней двери проститутка вывела своего изрядно нагрузившегося клиента, опасливо поглядывая на Герне.

— Ну хватит! Ты работать собираешься или нет? — Тор уперлась руками в бедра, чувствуя, как ладони скользят по шелковой ткани, и буквально испепеляя Герне злым взглядом.

— Нет. Хочу побольше узнать об этой истории, — он мотнул башкой в сторону Мун. — С какой стати двойник Ариенрод разыскивает здесь ее же любовника? — Он неуклюже попятился назад, как бы приглашая остальных последовать за ним. Тор вошла последней.

Она давно уже не заходила к нему, и сейчас ей казалось, что она попала куда-то не туда. В комнате, разумеется, как и во всех остальных, была кровать и шкаф, но больше — ничего. В углу брошена грязная одежда; на стенах ни одной жалкой картинки, ни книг, ни пластинок, ни радиоприемника, ни телевизора — ничего! Это была ночлежка, нет, хуже: тюремная камера. Герне рухнул на кровать, вытянув свои закованные в металлический каркас ноги. Никто и не подумал сесть с ним рядом; Мун и Гундалину старались на его ноги не смотреть.