Чтение онлайн

— Мама, это же Спаркс! Мы с тобой о ком говорим-то? Он ведь никогда не пожалуется, если уж его совсем не припрет. И меня он ни за что бы приехать не попросил, если б я не была ему очень нужна. — К тому же я однажды уже предала его. Она снова выглянула в окно. — Я-то его знаю. — Она потрогала раковину, вделанную в раму. Я люблю его.

Мать подошла и встала рядом; Мун чувствовала, что сомнения мешали ей сделать это сразу.

— Да уж, ты-то его знаешь. — Мать оглянулась на бабушку, которая по-прежнему сидела за столом и казалась совершенно поглощенной чисткой рыбы. — Ты знаешь его куда лучше, чем я знаю тебя. — Мать взяла Мун за плечи и повернула к себе; они посмотрели друг другу в лицо; в глазах матери светились восхищение и печаль. — Моя дочь — сивилла! Дитя, мною рожденное! Порой мне кажется, что я тебя и вовсе не знаю…

— Мама… — Мун прижалась щекой к огрубелой руке матери, лежавшей у нее на плече. — Не говори так, не надо!

Мать улыбнулась, словно Мун невзначай ответила на какой-то незаданный ею вопрос.

Мун выпрямилась и нежно сжала руку матери в своей руке.

— Я понимаю, я ведь только что вернулась домой, к вам, и мне так хотелось подольше побыть с вами. — Она еще сильнее сжала руку матери и потупилась. — Но мне, по крайней мере, нужно хотя бы переговорить с этим инопланетянином…

— Да-да, конечно, — мать кивнула, все еще как-то странно улыбаясь. Потом подобрала с полу плащ, что валялся у ног Мун. — Зато теперь я знаю, что Хозяйка на твоей стороне, если уж я сама не могу защитить тебя.

Мун накинула плащ и вышла из дому. Прошла по каменистой тропке к расположенным террасами полям. Теперь она почти бежала, опасаясь, что инопланетный корабль может взлететь в серое дождливое небо прямо у нее на глазах. Вскарабкавшись на нужное ей поле, она услышала громкий неземной вой его мощного мотора, казалось, повисший во влажном воздухе.

— Подожди! — Она бросилась к нему со всех ног.

Любопытные ребятишки, кружком стоявшие поодаль, заметили ее и принялись махать ей, думая, что она машет именно им. Однако инопланетянин вдруг тоже высунул голову из кабины корабля, и вой прекратился.

Он спрыгнул на землю и выпрямился. Одет он был почти так же, как и все островитяне, только одежда из какой-то невиданной материи. Мун замедлила бег, осознав, что теперь он не улетит. Мужчина подбоченился и смотрел на нее сверху вниз; до нее вдруг дошло, что он ужасно высокий — она едва доставала ему до плеча макушкой.

— Ну, так в чем дело, крошка?

Она остановилась: она вдруг снова почувствовала себя жалкой деревенской девчонкой на раскисшем от дождя поле, на богом забытом островке…

— Я… мне показалось, что вы улетаете.

— Улетаю. Вот только инструменты соберу — и в путь. А почему это тебя интересует?

— Так быстро?.. — Мун потупилась, укрепляясь в принятом уже решении. Хорошо, раз так, то пусть это случится сейчас. — Я хотела попросить вас об одном одолжении, пока вы не улетели. Если вам не трудно, скажите…

Он на Мун и не посмотрел; закрыл крышку какого-то ящичка у самого носа корабля и нажал на нее рукой.

— Если ты хочешь, чтобы я объяснил тебе, как летает этот волшебный корабль, то, к сожалению, у меня нет времени. Я и так опаздываю на важную встречу.

— Я знаю, как они летают, мне мой двоюродный брат рассказывал! — Она рассердилась и все скомкала. — Я просто хотела, чтобы вы взяли меня с собой в Карбункул.

На этот раз он уставился на нее в молчаливом изумлении. Она выдавала из себя улыбку, всем своим видом стараясь показать, что имеет право на подобную просьбу. Возражения уже готовы были сорваться у него с языка, но он промолчал, наклонился и поднял с земли сумку с инструментами.

— Извини. Но я лечу не в Карбункул.

— Но… — Она сделала шаг и оказалась между ним и открытой дверцей корабля. — Куда же вы летите?

— Я лечу в залив Шотовер, хотя тебя это вряд ли касается. А теперь отойди-ка…

— Но это же хорошо! Просто прекрасно. А я могу полететь с вами туда?

Он откинул со лба черные, абсолютно прямые волосы, мазнув по лбу грязной рукой; бороды у него не было, зато черные длинные усы почти скрывали рот с опущенными книзу уголками.

— Клянусь богами, с какой стати я должен везти тебя?

— Ну… — Она снова чуть не рассердилась, обнаружив столь полное отсутствие какого бы то ни было великодушия. — Я бы с радостью заплатила вам — чем угодно! — Она примолкла, заметив, как он помрачнел. — Я… я, наверно, что-то не то сказала, да?

Совершенно неожиданно он рассмеялся.

— Да нет, все в порядке, крошка. — И швырнул сумку с инструментами мимо нее прямо в открытую дверцу. — Хотя не следовало бы тебе с такой готовностью отправляться в путь с первым встречным. Вполне можно вляпаться в отвратительную историю.

— Ох! — Мун почувствовала, как вспыхнули на холодном ветру ее щеки. Она даже приложила к щекам ладони, стараясь скрыть багровый румянец. — Ох, нет! Это совсем не то, что вы подумали! Здесь, на островах, когда кто-нибудь просит вас подвезти, если вам по дороге, то просто… всегда и подвозят… — Голос у нее сорвался. — Простите меня. — Она уже повернулась, чтобы уйти, но споткнулась о борозду, внезапно почувствовав себя такой глупой, какой наверняка показалась и ему.

— Ладно, погоди минутку. — Нетерпение все еще слышалось в его голосе, но звучал он гораздо мягче. — Зачем тебе туда?

Она вернулась назад, стараясь не забывать о спрятанном под плащом трилистнике, о достоинстве сивиллы и о традиционном праве на уважение.

— Я хочу в заливе Шотовер сесть на судно, которое могло бы отвезти меня в Карбункул. Мне очень важно поскорее попасть туда.

— Не сомневаюсь — раз уж дочь Лета по собственной воле решилась сесть в летающий аппарат к инопланетянину.

Мун поджала губы.

— Не стоит думать, что при виде инопланетной техники мы, островитяне, бледнеем и падаем в обморок. Хотя и не пользуемся вашими машинами.

Он снова рассмеялся — одобрительно; похоже, ему даже нравилась ее дерзость.

— Ну тогда хорошо. Если тебя нужно всего лишь подвезти, крошка, тогда полезай в машину.

— Мун. — Она протянула руку. — Мун, Покорительница Зари, дочь Лета.

— Нгенет ран Ахазе Миро. — Он взял ее руку и потряс, а не стал похлопывать по ней ладонью, как у них на островах было принято. Потом словно пояснил: — Последнее слово и есть мое настоящее имя. Залезай и пристегивайся.

Она весьма решительно залезла внутрь, забилась в угол, стараясь не думать о последствиях; потом пристегнула ремни безопасности. Внутреннее убранство этого летательного устройства заметно отличалось от виденного ею во время Транса; ей казалось, что те корабли выглядели проще. Она крепко держалась за ремни. Нгенет Миро залез за ней следом, сел к пульту управления и закрыл дверь; вокруг стал разливаться тот самый вой, который она уже слышала, но теперь он звучал значительно глуше, не громче стука крови у нее в ушах.