Чтение онлайн

Гундалину улыбнулся, проворчал что-то и шутливо поклонился Мун.

— О, благородная… — он вдруг умолк.

Три пары глаз одновременно посмотрели в сторону ворот; послышались чьи-то шаги, ворота распахнулись, и бородатый, с тяжелой челюстью человек появился на пороге. Звери тут же попрятались.

— Что тебе надо, Тарид Pox? — Голос Бладуэд вновь звучал нахально.

— Великая Мать желает, чтобы это починили. — Он протянул Бладуэд какой-то хрупкий на вид прибор, названия которого Мун не знала. — Скажи своему легавому, что пора начинать отрабатывать жратву.

— Он еще слишком болен! — Бладуэд угрожающе выдвинула вперед подбородок.

— Ничего, вполне здоров. — Тарид Рох ухмыльнулся и мазнул по Мун взглядом. — Небось эта хорошенькая куколка, которую ты для него притащила, и в мертвого жизнь вдохнет. Не желаешь ли посетить мою палатку, крошка сивилла? — Грубая лапища коснулась щеки Мун, задела незажившую ссадину.

Мун отшатнулась, отвращение было написано на ее лице. Тарид Рох засмеялся и прошел дальше.

— Эй, ты! — вмешалась Бладуэд. — Ты смотри, держись от нее подальше! Она действительно могущественная…

Он только презрительно фыркнул.

— Тогда что же она тут делает? Ты-то небось не веришь в эти дурацкие слухи, а, легавый? — Тарид Рох поставил сломанный прибор на пол возле Гундалину и положил рядом набор запчастей. — Ты особо-то не ленись, малый! Если к завтрему эта штука работать не будет, я тебя ее съесть заставлю. — Он щелкнул по темному пятну на воротнике Гундалину — там, где раньше были знаки различия, — и Мун увидела, как посерело лицо инопланетянина, стало каким-то пустым, безразличным…

Тарид Рох отвернулся от него и решительно направился прочь, словно хищная рыба, проникшая в садок.

Бладуэд сделала ему вслед неприличный жест.

— Боги, как я его ненавижу, ублюдка этого! — Она поморщилась, потому что лисенок у нее под паркой проснулся, заверещал и начал царапаться. — Он себя тут премьер-министром считает, не меньше, а все потому, что у моей мамаши в любимчиках ходит. Он раньше в Карбункуле жил и тоже малость не в себе — из-за этого-то он так ей и нравится.

Мун видела, как Гундалину осторожно, словно старик-калека, лег на свой тюфяк и отвернулся к стене. Она тоже промолчала.

Бладуэд вытащила верещавшего лисенка из-под парки и почти сердито сунула его назад в клетку. Мун видела, что юная разбойница что-то ищет глазами и это что-то, видимо, только что исчезло. Сама Мун глаз не сводила с Гундалину. Бладуэд вдруг рывком поставила канючащего малыша на ноги и решительно потащила его за собой к воротам, оставив их с Гундалину размышлять о случившемся.

Мун с трудом доползла до лежанки Гундалину и опустилась возле нее на колени.

— БиЗед? — Она понимала, что он не хочет разговаривать, но настойчиво продолжала его тормошить и даже тряхнула за плечо. Гундалину била дрожь, несмотря на теплые одеяла, накинутые поверх плаща. — БиЗед…

— Оставь меня в покое.

— Не оставлю.

— Ради всех богов! Я ведь не один из здешних зверьков!

— Я тоже. Не прогоняй меня! — Пальцы Мун сжали его плечо, как бы заставляя признать, что она существует.

Он перевернулся на спину и лежал, уставившись в потолок тусклыми глазами.

— Не уверен, что может быть что-то хуже…

Мун потупилась, кивнула.

— Но, может быть, потом будет лучше?

— Не надо! — Он только головой помотал. — Не надо говорить о каком-то «потом». Я в лучшем случае способен думать о завтрашнем дне, не дальше.

Она заметила сломанный прибор, оставленный Таридом Рохом.

— Ты что, не можешь это починить?

— Хоть с закрытыми глазами! — Он криво усмехнулся. И показал ей свою больную руку. — Если б у меня были две руки…

— У тебя их три. — Мун умоляюще посмотрела на Гундалину и сжала его пальцы.

— Спасибо. — Он глубоко вздохнул и сел. — Тарид Рох… — он судорожно вздохнул, — Тарид Рох как-то застал меня за ремонтом приемника для Бладуэд… После его «обработки» я два дня на ногах не стоял. И, боги, ему так это понравилось! — Он нервно провел рукой по волосам; Мун заметила, что рука его снова дрожит. — Не знаю, чем уж он занимался в столице, но вот к пыткам у него прямо талант.

Мун содрогнулась, вспомнив, как Тарид Рох коснулся ее щеки.

— Так это… потому? — Она посмотрела на его исполосованные шрамами запястья.

— Все, все это — потому — Гундалину покачал головой. — Я ведь высокорожденный, я технократ, я уроженец Харему! И со мной эти дикари обращаются, как с рабом — хуже, чем с рабом! Ни один человек, обладающий хоть какой-то гордостью, не станет так жить: без чести, без надежды… Так что я попытался совершить хоть один достойный уважения поступок. — Он говорил абсолютно ровным голосом. — Но Бладуэд успела меня найти, прежде чем… все было кончено.

— Она спасла тебя?

— Еще бы! — Мун услышала в его голосе ненависть. — Разве есть смысл в унижении трупа? — Он посмотрел на свою бесполезную руку. — Калека, хотя и… Я перестал есть; но тогда она сказала, что позволит этому мерзавцу кормить меня насильно… Через четверть часа он бы заставил меня есть дерьмо. — Гундалину попытался встать, но закашлялся так, что из глаз у него потекли слезы, и рухнул на лежанку. — А потом началась та буря… — Он беспомощно развел руками, словно она должна была понять, как сильно он старался сделать то, что нужно.

И она, кажется, действительно хорошо поняла это и спросила:

— А теперь?

— А теперь все переменилось… Я должен думать о ком-то еще… Теперь со мной рядом есть кто-то еще… снова… — Она не поняла, рад ли он этому.

— Хорошо, что тебе тогда не удалось. — Она на него не смотрела. — Мы выберемся отсюда, БиЗед, я знаю: выберемся непременно. — До конца еще далеко. Она вдруг снова обрела уверенность в будущем.

Он только головой покачал.

— Теперь мне уже все равно. Слишком поздно — я слишком долго пробыл тут. — Он приподнял лицо Мун за подбородок. — Но ради тебя — я буду надеяться.

— Еще не поздно!

— Ты не понимаешь… — Он дернул себя за полу плаща. — Я же провел здесь несколько месяцев! Теперь все кончено! Фестиваль, Смена Времен Года, прощание с Тиамат… теперь все уже улетели, только меня оставили здесь. Навсегда. — Его исхудавшее лицо дрогнуло. — Во снах я слышу, как родина зовет меня, и не могу ответить…

— Но они еще никуда не улетели! Смена Времен Года еще не наступила!

Он задохнулся, словно она его ударила. Втащил ее на тюфяк, поближе к себе, схватил за плечи…