Чтение онлайн

– Тогда хотя бы подготовь сестру. То, что вы с Асланом делаете, это удар в спину.

– Нет! Я не хочу, чтобы она своей силой снова привязала его к себе. Лучше утром поставим её перед фактом. Тогда она уже ничего поделать не сможет.

Девушка, слушая разговор матери и сестры несколько мгновений будто застыла, не в силах сделать ни единого движения. А увидев через щель сестру, даже желание что-либо предпринять не осталось. Едва заметная искорка жизни, которая теплилась под сердцем сестры, дала девушке понять, насколько далеко зашло предательство близких ей людей. Бесшумно пройдя к себе в комнату, она из окна видела, как Амина выскочила из дома, и звук отъезжающего автомобиля эхом отозвалось в сердце, где образовалась пустота.

Не выдержав тишины комнаты, она вышла в прихожую и столкнулась с испуганными глазами матери. Женщина, встретившись взглядом с дочерью поняла, что той все известно. Объятая ужасом, она металась между чувством вины и страхом. И девушка, наблюдая за этой борьбой, с горечью заметила, что страх победил, и с трудом успела подхватить под руку мать, прежде чем она упала на колени.

— Прошу тебя, не наказывай её. Она молода и неразумна. Умаляю, дочка.

— За какого же зверя ты держишь меня мама? Я даже представить не могла. Ты даже не заметила, что впервые назвала меня дочерью. Мне бы радоваться, если бы не повод. Но даже сейчас, ты назвала меня так, только для того, чтобы защитить её. Дедушка говорил, что самую сильную боль нам причиняют не чужие люди, а самые близкие. Как же он был прав. Вот только, что ты от меня ждёшь? Чтобы я их благословила?

Женщина молчала, понимая, что слова сейчас не помогут. Возможно впервые видя настоящее лицо дочери, лишённую маски. И эти глаза полные боли жгли, сильнее любого огня.

— Знаешь мама, я простила, что ты почти исключила меня из семьи, не позволяя приближаться к собственным сёстрам. Я простила, пренебрежение и постоянный страх с твоей стороны. Я давно привыкла к одиночеству. В отличие от меня, у Амины была ваша любовь, друзья, поклонники, тогда скажи мне мама, зачем ей стало так необходимо отнять у меня единственное, что было у меня дорого?

— Дочка, я прошу…

— Не надо! Не надо заставлять себя называть меня дочкой. Это слово для тебя все равно ничего не значит. И успокойся, не буду я их проклинать! Та жизнь, что бьётся под сердцем Амины, ни в чём не виновата. И пусть Аслан стал невольным участником этого фарса, я не буду пытаться его вернуть. Жизнь сама рассудит, кто прав кто виноват. Они оба взрослые и сделали свой выбор. Осознано ли нет, это другой вопрос. По крайней мере, Амина действовала осознано. А мне наука, что доверять никому нельзя, и любить тоже. И не беспокойся, как только все закончиться, я покину этот дом. Не желаю видеть предательство остальных членов семьи, мне хватило собственной матери, сестры и жениха! И знаешь, ведь она во второй раз разрушает мою жизнь. Второй раз, благодаря Амине я остаюсь у осколков собственной жизни. Это больно, мама. Как это больно!

В эту самую минуту, мать наблюдала, как меняется выражение глаз дочери. Их будто на мгновение сковал лёд, а потом… На неё смотрели абсолютно пустые глаза, без единого проблеска чувств. От девушки потянуло холодом, будто она действительно сковала собственное сердце в ледяной панцирь. Именно сейчас она как никогда оправдывала своё прозвище: поистине являясь «Снежной королевой». Девушка, отвернувшись, вышла во двор. Находиться в доме было невыносимо.

Подойдя к конюшне, где стоял её любимец, подаренный когда-то ещё жеребёнком одним из пациентов, она спокойно, стараясь не напугать ни в чем не повинное животное своей истерикой, оседлала коня, и покинула двор. Сейчас видеть кого-либо она не хотела, поэтому направила коня в сторону реки и под шум воды, наконец дала волю чувствам. Которые, вырвавшись из железных тисков воли, затопили её всю. Спешившись, она присела на берегу, отпустив пастись рядом стреноженного коня. Слезы градом катились из глаз. Боль в душе просто бурлила, как Чегем, протекавший рядом. Казалось поток так и просит утопить в ней всю её боль и тревогу. А ведь так просто сделать шаг, навсегда забывая о своих бедах. Но девушке претил такой выход. Нет, она не позволит себе слабость и пройдёт все до конца.

Снежинка знала, что ей не избежать ни насмешек, ни шёпота за спиной, но вряд ли что-то способно также ранить и причинить боль, как то что случилось сегодня. Девушка, наклонившись, умылась ледяной водой реки и направилась к жеребцу. Сняв путы, она взлетела в седло и пустила его галопом, позволяя встречному ветру остудить разгорячённую кожу. Она неслась вперёд, не замечая ничего вокруг. Всю ночь, носясь по безлюдным тропинкам, переживая боль и собственную слабость.

А утром, домой она вернулась абсолютно спокойной, и до смерти уставшей. Разговаривать с кем-либо из родных не было ни сил, ни желания. На сей раз она не боялась потревожить чей-то сон, хотя и не стремилась перебудить весь дом. Зайдя к себе в комнату, она просто упала без сил на кровать, с утренними лучами проваливаясь в тяжёлую, полную тревог дрему. А ледяная пелена, частично накрывшая её во время разговора с матерью, укутала девушку, заглушая чувства, бурлившие в её душе, оставляя только отголоски.

Глава 4

Свадьба, последовавшая за этими событиями была богатой. Родители жениха не пожалели денег на свадьбу сына, хотя и с недоумением посматривали на его невесту. Считая все эти годы будущей невесткой Снежану, привыкнуть к её младшей сестре они не могли. Тем более, что Амина лично им нравилась горазда меньше её старшей сестры, которая, не смотря на её особенности, была на их взгляд гораздо более подходящей парой Аслану. Сам жених, тоже был не очень рад всему происходящему. Он несколько раз попытался объясниться с бывшей невестой, но девушка не желала слушать никаких оправданий. И сейчас, сидя рядом с новоиспеченной женой, не мог поднять голову от осуждающих и полных недоумения взглядов. Только невеста, казалось, всем была довольна. До той минуты, пока не приехали её родные. Когда Снежана появилась из машины, вслед за родителями, Амина с трудом сдержала ярость. Даже сейчас, проиграв ей, сестра ухитрилась затмить невесту, приковав к себе взгляды всех присутствующих.

На лице девушки не были заметны её чувства, но такого спокойствия никто от обманутой невесты не ожидал. Особенно когда тебе приходиться присутствовать на свадьбе бывшего жениха. Да и кто в здравом уме променяет её на другую? Наверное, Снежана сама дала от ворот поворот Аслану, вот тот с горя и переключился на младшую сестру. Шепот за спиной все набирал обороты, но ни у кого даже не возникло чувства жалости к девушке. Разве можно испытывать жалость к той, кто была истинной королевой, даже на чужой свадьбе. Жалости заслуживали другие. Те, кто не понял её истинной ценности.

Она ни разу не посмотрела в сторону сестры. Просто сидела рядом с родными, не прикасаясь ни к чему кроме бокала с водой. А веселье набирало обороты, подогреваемое вином. Воспользовавшись тем, что внимание людей было приковано к танцующим, Амина присела за стол который занимали родные. Только сейчас обратив внимание, что никто за этим столом не веселился. Увидев вторую дочь, отец и дед просто встали из-за стола, и вышли на улицу, не желая с ней даже общаться. Но Амину это не остановило. Её злой взгляд остановился на сестре, замечая, что самые младшие вообще не приехали на свадьбу.

— Не ожидала, что ты сюда явишься!

— Почему же, все-таки свадьба любимой сестрицы. Или ты хотела, чтобы все узнали обстоятельства этой свадьбы? Могу устроить.

— Ты не посмеешь!

— А что мне теперь терять сестрица? Видно было очень достойно напоить жениха сестры, чтобы залезть к нему в постель. Это того стоило?

— Стоило! Теперь он точно никуда не денется.

— Знаешь Амина, зря тебе дали это имя. Что-что, но верной тебя поверь никто не назовет. И теперь всю жизнь тебе придется доказывать мужу, что ему не следует ждать от тебя очередной подлости.

— Что, Аслан таким образом, решил вымолить твое прощение? Решила отбить у меня мужа?

— Я не ты, и доверия к тому, кто меня хотя бы раз предал, у меня нет, и не будет. Да мне и не надо было с ним объясняться. Я и так все прекрасно вижу.

— Значит, решила прикинуться бедной брошенной малышкой?

— Ты заметила хоть один взгляд полный жалости обращенный на меня? Должна тебя разочаровать сестрёнка, меня не так легко сломать, как ты думала. Я не говорю что мне не больно, больно, даже очень. Но мои чувства не для всеобщего достояния. Хотела причинить мне боль? Тебе удалось, поздравляю, если от этого тебе легче. Но запомни то, что я скажу. Запомни крепко. На чужом горе, ни один не смог построить своё счастье. Я не собираюсь тебя ни проклинать, не использовать какие либо чары, хотя могу. Можешь мне поверить. Но зачем тратить силы на такую как ты? Не стоишь ты моих усилий. Впрочем, жизнь сама расставит все по своим местам. Кто прав, а кто виноват, решать не мне. Я отвечаю, только за собственную жизнь, и могу с чистой совестью прожить её. А вот ты, сестрица, можешь такое сказать о себе?