Чтение онлайн

— В шахматы?! — с притворным возмущением спросила Кристина.

Джастин не ответил, но она хорошо знала, что не о шахматах идет речь. Потому что он уже целовал ее…

А значит «игра», на которую он намекал, уже возобновилась…

На следующее утро отключилось электричество.

Благодаря маленькому, работающему от батареек телевизору, Джастин и Кристина могли воочию убедиться, как неистовствует разыгравшаяся стихия. По всей Новой Англии бушевала снежная буря, занося дома и дороги. Даже старожилы не могли вспомнить такой свирепой и продолжительной метели.

— Еще несколько дней тебе здесь придется задержаться, — заметил, не скрывая своей радости, Джастин.

Кристина рассмеялась, довольная не меньше его. Гнев Божий, обрушившийся на побережье, для нее обернулся даром небес, оставив ее здесь наедине с мужчиной, желанней которого трудно было и вообразить.

Страна вечного блаженства, рай для прекраснодушных, шутила она про себя. Никогда в жизни она не была столь опрометчивой и легковерной: начиная с того, что без памяти влюбилась в почти незнакомого человека, ничего, по существу, о нем не зная. Но Кристина чувствовала себя счастливой. Она благословляла этот сладкий снежный плен. Ей хотелось, чтобы он длился вечно…

Они проснулись чуть ли не одновременно и бросились освежиться в верхний бассейн, где, поплавав, сидели, беспечно болтая ногами, а потом снова предавались любви… Скоро они проголодались, но их слишком захлестывали чувства, и наскоро полакомившись фруктами и сыром, они опять очутились у камина в гостиной. И там опять она со страстью отдалась ему.

Через какое-то время они вернулись в спальню к черным атласным простыням и там уснули как убитые. Проснувшись, Кристина увидела, что Джастин давно не спит и любуется ею. С нежностью погладив ее изящно очерченные губы, он удивленно спросил:

— Как это могло случиться, что ты до сих пор не была замужем? Мне кажется, толпы юношей должны были на всех перекрестках стреляться от неразделенной любви к тебе.

Кристина печально улыбнулась:

— Я была замужем. Три года. С тех пор прошло много времени, а мне кажется — целая вечность, не меньше.

— А в чем же было дело?

— Я бы сказала не «в чем», а «в ком», — с горькой иронией ответила Кристина. — Я была тогда молода и наивна, на все смотрела сквозь розовые очки: собиралась поступить в колледж, но мой будущий муж уже учился там, средств для супружеской жизни у нас не было. Я устроилась на работу с ночными сменами, а у него появилось много свободного времени для развлечений. Долгое время я простодушно верила ему, но однажды мне удалось вернуться с ночной смены немного раньше. Придя домой, я нашла его развлекающимся с незнакомой мне девицей — в нашей квартире. В нашей постели!

— И что ты сделала?

— Я покинула квартиру в два часа ночи. И прошла пешком пол Бостона, и больше не вернулась к нему. — Легкая тень грусти промелькнула по лицу Кристины. — Я ушла к матери. У меня чудесные родители. Никаких вопросов — раз пришла, возвращайся в свою прежнюю комнату и живи на здоровье. Я так благодарна им за это.

— Неужели все так просто? Никаких объяснений, естественных в подобных случаях попыток помирить дочь с мужем?

— Они сразу все поняли. В них сильно развита родительская интуиция и чуткость, — ответила Кристина. — Я пережила сильное потрясение. Обсуждать было нечего — все предельно ясно. Никогда больше я не смогла бы ему доверять. А если ты не доверяешь близкому человеку, то о каком счастье можно мечтать? — Она сурово нахмурилась, рассеянно поглаживая атласную простынь. — Не знаю, может быть, мы никогда и не любили друг друга, просто не умели любить. Иногда мне кажется, что мы влюбились в самую мысль о существовании влюбленности.

— И после этого разочарования ты мне поверила! — удивился Джастин.

Услышав эту реплику, Кристина посмотрела ему в глаза и сказала:

— У меня ни разу не возникало искушения чернить весь мир только потому, что мне не выпало счастье в браке. Мне повезло в жизни: я чаще сталкиваюсь с людьми порядочными и честными, чем с подлецами и предателями.

— Что ж, тебе и вправду повезло, — с непонятным для Кристины ожесточением произнес Джастин, — у нас с тобой несопоставимый жизненный опыт.

— И ты никому не веришь?

— Люди вечно ищут выгоды только для себя. И для достижения цели не гнушаются никакими средствами. Особенно женщины… и служители прессы.

Чувство вины сжало сердце Кристины. Она должна сказать Джастину всю правду о себе. Но для этого нужно уловить подходящий момент, так, чтобы не задеть его, по-видимому, еще не зажившие раны. Кристина догадывалась, что в прошлом он пережил трагедию. Скорее всего, его обвинили в том, чего он не совершал. Но с этим позорным клеймом ему приходится жить в своем вынужденном неприступном одиночестве.

Она-то ему поверила — вопреки страхам, вопреки обстоятельствам, которые складывались далеко не в его пользу.

Подперев голову рукой, Джастин продолжал рассматривать ее.

— После развода ты вернула себе прежнюю фамилию?

— Что? — рассеянно переспросила Кристина, углубившаяся в свои мысли.

— После развода ты вернула себе девичью фамилию?

— Да. Для меня это был вопрос принципа. Я бросила прежнюю работу, какое-то время мне помогали родители, я стала верующей. Возможно, я пыталась тем самым стереть все прошлое из памяти…

— К вашему сведению, мисс Кеннеди, вы, пожалуй, чересчур доверяете неизвестным персонам, подобным мне, — заметил Джастин.

— Доверяю, но отнюдь не первому встречному.

— Ты рискнула довериться мне! И это после того, как я пытался застрелить тебя из лопаты.

Кристина засмеялась и просто сказала:

— Я тебе верю, и ничего с этим сделать уже нельзя.

— Ты однажды уже ошиблась.

— С той поры моя интуиция крайне обострилась, и я больше всего полагаюсь на нее.

Джастин довольно рассмеялся и крепко сжал ее в своих объятьях.

Ночь прошла, на дворе утро, на душе — праздничное ощущение медового месяца. Позавтракав у камина приготовленными тут же тостами, Кристина и Джастин лежали, обнявшись, на диване, и лениво наблюдали за игрой огня в камине, как умиротворенно мигают свечи (день вновь выдался сумрачный), и не думали о времени. Им было спокойно, тепло и хорошо вместе. Отставив в сторону чашку из-под кофе, Кристина положила голову на плечо Джастина и подумала, что хотела бы никогда отсюда не уезжать.

И это притом, что она до сих пор ничего о нем не знает.

— Ты умудрилась не задать мне ни одного вопроса, — заметил Джастин.

— Разве я могу осмелиться! Ты оторвешь мне голову и вместе с нею закопаешь в ближайший сугроб.

— Ага, значит, я, по-твоему, все-таки способен на это! — шутливо заметил он.

— Да! — прямо сказала Кристина.

— Итак, ты поверила мне на слово. И это после всего случившегося, — недоумевал Джастин, погрузившись в глубокую задумчивость.