Чтение онлайн

Ледяные слезы, проникающие до самого сердца. Это было странное ощущение: словно прикосновение к снежному пламени.

— Джастин мне всегда нравился, — говорила Сью, рассеянно размешивая кофе в чашке. Было раннее утро, и Кристина только что приготовила завтрак.

Кристина дала себе слово не вспоминать о Джастине. Но минувшей ночью, наедине с такой идеальной слушательницей, как Сью, она не удержалась и, не вдаваясь в подробности, поведала ей, что произошло между ней и Джастином. Сью слушала, широко раскрыв глаза, искренне взволнованная короткой исповедью Кристины.

Сью всегда была такая милая: с карими, светящимися глазами, с крупными кудрями рыжих волос на голове. Она была горячо влюблена в Роджера, как и он в нее. Они закончили одну и ту же школу за год до Кристины, и со старших классов все трое оставались друзьями, вместе преодолевая жизненные невзгоды, когда что-нибудь случалось.

— В голове не укладывается, что он мог быть так груб и жесток с тобой, — сказала Сью, но без особой, убежденности в голосе. — Правда, нашлось, вероятно, немало таких оптимистов, которые назвали бы тебя счастливицей уже потому, что тебе удалось выбраться живой из его дома.

Этот доверительный разговор с подругой не принес Кристине облегчения. Лучше было бы беседовать о чем угодно, только не о Джастине.

Кристина злилась на себя за то, что всю дорогу до дома брата проплакала навзрыд. Куда разумнее было бы думать о совсем посторонних вещах, ну, хотя бы о движении на бостонских улицах, о работе, ланче в итальянском ресторане возле Аквариума с гонщиком-профессионалом, обеде с женщиной из общества матерей, борющихся с вождением автомобилей в нетрезвом состоянии. Жизнь-то ведь все равно продолжается. В конце концов, можно было бы совершить поездку за город с молодым адвокатом, которого отец недавно представил ей. Он тогда показался ей довольно привлекательным: высокий, стройный, с томными, как у молодого оленя, глазами, модно подстриженный. Он был отлично сложен. Каждодневные занятия в спортивном клубе явно пошли ему на пользу.

Но с Джастином Магнуссоном он не выдерживал никакого сравнения, да и нужно ли сравнивать! Главное, адвокат очень мил, свидание с ним могло оказаться очень приятным, и не одно.

Однако Кристина отлично понимала, что никакого «милого свидания» все равно не произошло бы. Не способна сейчас она с кем-то встречаться — делать вид, будто ничего не произошло, притворяться веселой. Она еще до конца не осознала, какое непоправимое событие с ней произошло: она встретила свою Судьбу.

Легкомысленная, убеждала она себя, ты же едва знаешь Джастина!

Нет, отвечал внутренний голос, ты его знаешь как саму себя. Видишь, как он смеется, как темнеют его синие глаза, и настороженно опускаются ресницы. Знаешь его пылкий нрав, его способность к мгновенному гневу. Но даже в состоянии крайнего раздражения, даже негодования, он больше всего обеспокоен тем, чтобы с тобой, не дай Бог, не произошло ничего дурного. Никогда, даже ссорясь, он не воспользовался преимуществом своего положения. А еще ты знаешь, как сжимаются его руки, как целуют его губы, и какое это неземное блаженство — принадлежать ему…

Они были вместе меньше недели, но эти дни казались наполненнее, чем год жизни с любым другим мужчиной. Джастин — это больше, чем жизнь, и как бы она ни гневалась на него, сколько бы ни клялась, что никогда больше не увидится с ним, себя не обманешь — она по-прежнему влюблена в него.

— Он не убивал, — твердила Кристина. — Я знаю, что не убивал.

— А я так никогда и не думала, — ответила Сью. — Но тогда… Я видела их вместе несколько раз, и будь на его месте кто-нибудь другой, то давно бы задушил несносную Майру!

— Так ты видела их вместе?

— Извини, — спохватилась Сью. — Я совсем забыла, что ты не хочешь о нем говорить.

— Нет, продолжай, пожалуйста! Мне интересно послушать тебя, — успокоила ее Кристина. — Я все еще не могу привыкнуть к мысли, что Джастин Магнуссон все эти годы был вашим соседом, и я об этом ничего не знала.

Сью пожала плечами.

— Билл Кросби уже несколько лет живет в доме возле Питершема, и ни один из его соседей ни разу его не потревожил. Мы, обитатели Новой Англии, известны ревностным отношением к своей частной жизни, не любим ее афишировать и распространяем эту старинную традицию на наших местных знаменитостей. Кроме того, с Магнуссоном мы никогда не были уж очень близкими друзьями. Джастин после женитьбы на Майре бывал здесь не так часто и большую часть времени проводил в Нью-Йорке. Но однажды он случайно встретился с Роджером и пригласил его на ужин. Помню, я очень взволновалась при одной мысли, что смогу наяву увидеть Майру Бреккенридж. Боже, какое нас постигло разочарование!

— То есть?

— Видишь ли, она презирала все провинциальное. Майра возненавидела свой загородный дом, выстроенный прекрасным архитектором с утонченным вкусом. Мы помним, с какой любовью Джастин наблюдал за созданием этой великолепной виллы. А бассейн в доме — это настоящее чудо!

Она перевела взгляд на Кристину, явно что-то пытаясь узнать еще.

— Ты… была в этом сказочном бассейне?

— Сью! — Кристина зарделась.

— Боже, как романтично! — восхитилась Сью. — Мне всегда было интересно, как себя чувствуешь, когда снаружи идет снег, а ты…

— Сью, ты начала мне рассказывать про Майру Бреккенридж.

— Ах да. А что тут рассказывать? Дрянь она была отменная, вот и весь рассказ. Вечер, проведенный нами в гостях, походил скорее на стихийное бедствие. Когда Джастин провел нас в дом, она стояла вверху на лестнице. Сбежав вниз, заявила, что они немедленно возвращаются в Нью-Йорк. Когда Джастин нас представил, она едва кивнула, а когда он дал понять, что пригласил нас в гости, сказала что-то невразумительное, вроде: «Как странно! Званый чай у примерных супругов, живущих „на покое“!»

— И что же Джастин? — спросила Кристина.

— Он не обратил на нее никакого внимания. Джастин сказал, что она может идти куда хочет, но если она и впредь будет вести себя так грубо и бесцеремонно, то вещи ей придется упаковывать самой. Красавица молча взбежала наверх, и мы не видели ее до конца вечера.

— Как же вам было наверно неловко!

— Скорее странно, — уточнила Сью. — Потому что Джастин — само очарование. У них тогда был свой повар — Майра привезла его из Нью-Йорка, и ужин он приготовил просто восхитительный! Для меня Джастин нашел бутылку отменного вина из своих запасов, а они с Роджером сидели в креслах и попивали пиво как закадычные друзья. Никогда не видела более простого, гостеприимного и спокойного человека. С такой непринужденностью суметь загладить неприличную выходку своей жены по силам только отлично воспитанному человеку.

— А Майра, как говорится, под занавес появилась снова.

— Ну-у, около полуночи, как раз перед нашим уходом! Она неузнаваемо преобразилась. Майра спустилась к нам в джинсах и тенниске. В жизни не видела никого, кто бы так великолепно выглядел в джинсах и тенниске. На этот раз Майра была сама любезность, хоть фальши не могла скрыть. Извинилась перед нами с Роджером; объяснила свое раздражение усталостью от съемок в кино. Но самое невероятное было не в ее преображении, она же прекрасная актриса…