Чтение онлайн

– Угощайся...
– опускаю почти пустой термос к костру.

– А ты?
– дергает бровями.

– А я и не предлагаю тебе выпить все...

Он кивает.

Bill ©

А дальше я смотрю, как Том лакомится моим любимым печеньем – Орео . Я не ел уже больше суток. Желудок против моей воли заурчал, напоминая о голоде. Я отвернулся, понимая, что призыва моего живота не услышали только глухие... Каких тут не было.

– Ты все это время ничего не ел?
– слышу его голос. Не думаю, что я имею право жаловаться ему.

– Я ел, - скромно отвечаю я и снова смотрю на огонь. Чувствую его тепло и взгляд Тома.

– Ты даже врать не умеешь, Каулитц!

Я вздыхаю.

– Держи!
– он пихает мне в руки пачку с печеньем.

– Не нужно, - отдаю ему обратно.
– Все нормально.

– Я их тебе сейчас в глотку запихаю вместе с упаковкой, Каулитц!
– шипит Том и снова отдает мне печенье.
– Ешь! Или ты настолько бестолковый, что не понимаешь, что через несколько суток ты просто сдохнешь без еды? А из-за моей глупости мы тут не на одни сутки засели. Так что, прошу тебя, включи мозг!

Я поворачиваюсь к нему. Неужели он не понимает, что через несколько дней сам будет себя проклинать за то, что отдает мне последние остатки еды? Не думаю, что у него с собой целый продуктовый магазин.

– Том, я не голодный, - тихо говорю я.
– А тебе нужны силы. И это твоя еда. Ты не виноват, что я не взял с собой ничего поесть. Я не хочу, чтобы ты страдал из-за меня.

Том недовольно хмурится:

– Ну, Каулитц!
– шипит он, и через мгновение я оказываюсь придавленным его телом. Он улегся на меня сверху; я не имею возможности даже пошевелить руками.
– Я говорил, что запихну тебе печенье вместе с упаковкой прямо в глотку?
– в прошлый раз он сдержал свое обещание: поджечь меня, если я не услежу за огнем.
– Говорил?

– Том...
– ерзаю под ним.

– Открывай рот!
– угрожающий тон.
– Иначе я начну с упаковки!
– он прикладывает к моим губам печенье.
– КАУЛИТЦ!
– его лицо очень близко, и я прямо-таки чувствую его дыхание на своей щеке. Открываю рот.
– Отлично! Теперь ешь!
– Заталкивает печенье меж моих губ. Любимый вкус растекается во рту. Я даже прикрываю глаза. Так тепло, и вкусно. И Трюмпер на мне... Ой.

– Мне хватит...
– произношу, когда проглатываю сладость.

– Ты воробушек что ли? Даже воробушки больше едят! Давай следующую!
– он снова тыкает печеньем в мои губы, и я уже не спорю. Смотрю в глаза напротив и поедаю из его рук печенье. Не успеваю я съесть второе, у моих губ уже третье...

В общем, Том встал с меня, когда я доел остатки печения, опустошив коробку.

Честно говоря, я не ожидал такого поступка от школьной звезды.

Том - сын богатых родителей. Единственный ребенок в семье, который с самого детства получал все самое лучшее. Мне казалось, что такие люди сильно эгоистичны. А то, что он почти силой заставляет меня выживать... Это противоречит эгоизму.

Сажусь к костру. Вижу, как Том зевает, клюет носом.

– Меня вырубает, - объясняет он.

– Ляг, поспи...

– Ты уснул, я потом тебя еле разбудил. Да и костер... Ты же мастер его тушить!

– Вообще-то это не я!
– откуда во мне смелость? Молчал бы.

– Неужели тут есть кто-то другой?
– издевка в голосе.

– Это с потолка...
– объясняю, но и не надеюсь на то, что он поймет.

– Ну да, как же...
– уже чуть добрее.
– Короче... Спать я хочу.

– Ложись у костра, я присмотрю за ним... И за тобой.

Он вздыхает. Но видимо ему деваться больше некуда: спать хочется. Он укладывает рюкзак под голову, ложится на камень, который усыпан слоем снега.

– Подожди...
– дергаю его я и иду к своему рюкзаку. Достаю из него плед.
– Подложи под тело, не спи на голой земле...

– Ты придурок?
– смотрит на меня.
– Сидел, мерз там, не мог в плед укутаться?
– я пожимаю плечами. На самом деле я не хотел в него кутаться. Я надеялся, что я просто усну и больше не проснусь. Том берет плед, кидает его на землю, ложится сам, подкладывая под голову рюкзак.

Вижу, как его ресницы через некоторое время опускаются, глаза закрываются. Я уверен, что он очень устал и его вырубит надолго.

***

Tom ©

Я просыпаюсь от того, что Билл добавляет дрова в костер. На улице уже светло. По-прежнему светит солнце. Будто и не было нашей второй ночи.

Нашей ночи.

Странно использовать это словосочетание применимо к самому большому неудачнику нашей школы. Билл просто странный. И его никто не понимает. Даже я. Честно, я не знаю почему его не любят. Вроде бы он умный, на уроках отвечает, списывать всегда без проблем дает... Не стучит никогда, что бы мы с парнями с ним ни сделали. Просто он беззащитный... Вот его и пинают все, кому не лень.

Сейчас у меня есть возможность посмотреть на него. Наверно впервые я вот так вот разглядываю его лицо. Аккуратный носик, раскосые больше золотые, чем карие глаза. Толстые брови, которые очень странно подходят его внешности. Тонкий подбородок - будто противопоставляется бровям – острый, я бы даже сказал аристократичный. А еще у него удивительно красивые лучи скул...

– Я бы на твоем месте сжег меня, пока я сплю...
– сажусь и вытягиваюсь, разминая затекшие конечности.