Чтение онлайн

Жанна так удивилась, что застыла на месте, вглядываясь в его неясный силуэт. В следующее мгновение она сорвалась с места и понеслась по улице. Мужчина бросился следом и без труда настиг ее, грубо толкнув на землю.

Жанна упала и осталась лежать, тяжело дыша.

— Слезьте с меня, негодяй, — потребовала она, отдышавшись.

— Отведу-ка я вас к нему, — пробормотал он, поднимаясь. — Пусть сам решает, что с вами делать.

Жанна едва дышала, не говоря уже о том, чтобы задавать вопросы. Как мешок с мукой, ее снова перебросили через плечо. Вернувшись назад, мужчина поднял ее саквояж и целеустремленно зашагал по улице, стараясь держаться в тени.

Повиснув в унизительной позе вверх тормашками, Жанна время от времени ударяла его по спине, но это были жалкие потуги. Она до сих пор не отдышалась, а от притока крови к голове испытывала дурноту.

Чуть погодя ее бесцеремонно уронили на землю у подножия широких ступеней, ведущих к парадным дверям солидного особняка. Приземлившись на мягкое место, Жанна уставилась на своего похитителя в свете уличных фонарей. Им оказался молодой человек с худощавым лицом и длинными русыми волосами. Секунду они свирепо взирали друг на друга, затем он дернул подбородком в сторону ступеней.

— Вы слишком тяжелая, чтобы тащить вас туда, — заявил он.

Жанна нахмурилась:

— Чей это дом?

— Не важно. Вы пойдете сами или мне придется позвать кого-нибудь на подмогу?

— Я не настолько тяжелая, — раздраженно отозвалась она.

Он что-то буркнул себе под нос.

Жанна встала и отряхнула юбки. Мужчина схватил ее за руку и потащил вверх по ступенькам. Она уже подумывала о том, не лягнуть ли его снова, когда дверь распахнулась.

Пожилой мужчина в длинном халате и ночном колпаке, надетом на седые волосы, озадаченно уставился на них.

— Скажите Макрею, что я привел ее сюда. Она пыталась сбежать, и я не знал, что делать.

Дворецкий отступил в сторону, и перед глазами Жанны предстал человек, которого она не ожидала и не хотела видеть. Дуглас Макрей.

— Вы не могли бы приказать этому типу, — она бросила косой взгляд на своего похитителя, — чтобы он оставил меня в покое?

— Вообще-то нет, — ответил Дуглас, шагнув вперед.

— Она собрала вещички и рванула из того дома, сэр, — сообщил молодой человек — Капитан велел мне держать вас в курсе ее передвижений. Правда, он не говорил, что она попытается смыться, как воровка. Я чуть не упустил ее.

Дуглас перевел взгляд на Жанну, затем взглянул на престарелого дворецкого.

— Ложись спать, Ласситер, — сказал он. — Я сам займусь посетительницей.

На лице дворецкого не отразилось никаких чувств, однако сдержанный поклон, который он отвесил, прежде чем удалиться, не оставлял сомнений в его отношении к происходящему. Спустя мгновение он исчез в глубине дома, как и положено вышколенному слуге.

— Вы шокировали моего дворецкого, — сухо заметил Дуглас, взяв Жанну за локоть. — Думаю, вам лучше войти, пока вы не опозорились на весь Эдинбург. — Прежде чем она успела возразить, он втащил ее внутрь и повернулся к молодому человеку:

— Спасибо. Вы отлично справились.

— Вы забыли ее сумку, сэр, — сказал тот, протянув саквояж.

Дуглас приподнял брови:

— И куда же вы направлялись?

— Не сюда, во всяком случае, — отрезала Жанна. — Не хотелось позорить вас на весь Эдинбург. — «Не говоря уже о вашей жене», — добавила она про себя. Кого она меньше всего хотела бы видеть сегодня вечером, так это жену Дугласа Макрея.

Снова прогремел гром, и Дуглас взглянул наверх.

— Почему бы вам не переждать грозу под крышей, мисс дю Маршан? Если, конечно, у вас нет срочных дел. — Судя по шутливому тону, ситуация казалась ему забавной.

Жанна не сочла нужным ответить.

— Что заставило вис покинуть Хартли? Он перешел к активным действиям?

Он повернулся к ней лицом, и она поняла, что ошиблась, полагая, что ему весело. Напротив, Дуглас выглядел рассерженным, и Жанна снова подумала, что ее юный любовник превратился в весьма импозантного мужчину.

Внезапно ей захотелось знать все, что произошло с ним за эти годы. Где он был? Чем занимался? Но больше всего она хотела знать, почему он так и не вернулся к ней.

Неужели он не знал, как отчаянно она его любила?

Как горюет без него? Годами она задавалась вопросом, не умер ли он, и молилась о его душе истовее, чем о своей собственной.

Она позволила Дугласу снять с нее шаль. Но когда его пальцы задержались на ее плечах, Жанна нерешительно шагнула вперед.

— Мне не следует находиться здесь, — сказала она.

— Тогда уходите, — отрывисто бросил он.

Жанна взглянула на дверь, затем снова на него.

— Или оставайтесь, — добавил Дуглас уже мягче.

И улыбнулся, глядя на нее с таким видом, словно бросал ей вызов.

— Пойдемте, — сказал Дуглас, не оставив ей выбора, и решительно направился в гостиную. Жанна последовала за ним.

— Вашей жены нет дома?

Вопрос удивил его. А также выражение лица Жанны, когда он обернулся и посмотрел на нее. Казалось, она приготовилась к ответу, которого не хочет слышать.

Досадуя на собственную глупость, Дуглас отозвался:

— Я не женат.

На лице Жанны отразилось явное облегчение.

Войдя в комнату, Дуглас подождал, пока она последует за ним, и закрыл дверь.

Гостиную обставляли жены его братьев. Риона, жена Джеймса, и Изабель, жена Алисдера, часто навещали его, хотя обе жили на расстоянии целого дня пути от Эдинбурга. Порой ему казалось, что целью этих визитов были не походы по магазинам, как уверяли они, а желание убедиться в его благополучии.

Розовый шелк, которым были обтянуты стены, гармонировал с зеленым узором на обивке дивана и кресел, стоявших перед камином. Дуглас руководил строительством дома, но именно его невестки привнесли в него домашний уют.

Оставив Жанну у двери, он проследовал к камину и зажег высокий канделябр. Каминную полку украшала скульптура, изображавшая его родителей. Это было творение Изабель, которое она повторила для всех трех братьев в качестве напоминания о Йене и Летиции.

Дуглас указал на мягкое кресло у камина:

— Не хотите ли присесть?

Жанна заколебалась, но в конечном итоге опустилась в кресло. Дуглас смотрел на нее, поражаясь иронии судьбы. Это было излюбленное место Маргарет. Она часто там сидела, нетерпеливо болтая ногами. Девочка унаследовала взрывной характер матери. Но женщина, давшая ей жизнь и бросившая ее на произвол судьбы, казалась теперь бледной тенью живого и неугомонного ребенка.