Чтение онлайн

Процесс принялся жить своей собственной жизнью; он переключил на себя все мои ресурсы; он функционировал, совершенно не подчиняясь моему сознанию. Несмотря на то, что, в результате, высвобождалось большое количество энергии, я чувствовала, что силы покидают меня. Я стала раздражительной и нетерпеливой в отношениях с моим супругом, который не мог понять моего фанатизма.

Дисциплинировать себя, навесить на эту мою огромную внутреннюю энергию ярлык отрицательного animus или отрицательного усердия — все это были недостаточные меры. Хотя я и ощущала эту навязчивую идею как отрицательную силу, я чувствовала, что она не столько отрицательна, сколько чрезмерна. Это был новый родник живительной силы, вышедший из-под контроля. Попытка подчинить его поведенческими средствами только загнала бы этот источник обратно в «тень». Я утратила бы доступ к нему. Поэтому я спросила себя: "Что это так неожиданно на меня нашло?" Посреди ночи я вступила в диалог с этой моей внутренней «энергией», чтобы выяснить, что она собой представляет и чего хочет?).

Мое Активное Воображение.

(В моих записях большая буква Э обозначает мое эго, голос моего осознающего разума. «Яп» обозначает голос, который впоследствии оказался японским художником. Поначалу я не могла разглядеть, кто именно со мной разговаривает).

Э: Что здесь происходит? Мною овладела какая-то неизвестная мне сила. Я не могу спать, потому что мой мозг бомбардируется бесконечной вереницей цветов и оттенков. Что ты делаешь? Чего ты хочешь? Кто ты такой? (Голос): (В моем воображении этот голос похож на женский). Цвета так красивы. Посмотри на игру оттенков. Посмотри, как они напоминают о различных аспектах природы. Например, вот этот цвет хорошо подойдет к дереву книжных полок.

Э: Извини. Да, это цвет действительно красивый, но я устала и у меня в жизни есть еще и другие проблемы. Мне есть на что тратить силы. А ты мне мешаешь. (В этот момент я начала понимать, что этот женский голос внутри меня не столько маниакально озабочен цветами, сколько восхищается ими).

(Голос): Я очень хорошо представляю себе, что ты хочешь здесь создать. Я стараюсь выбрать для этого наилучшие средства. Чтобы это произошло, стало реальным, мы должны правильно подобрать ткань и краски, а также определиться с дизайном.

Э: Прекрасно. Но ты что, собираешься этим заниматься всю ночь?

Яп.: А-а, да. Я понял, что ты имеешь в виду.

(Я начинаю яснее различать фигуру. Это фигура японца. Поначалу она похожа на мужчину, но теперь я вижу, что она не мужская и не женская, а двуполая. Я вижу, что это — художник, облаченный в оранжевое буддийское одеяние. Существо обиженно молчит. Неожиданно я "нападаю на след" личности этого существа, и я «знаю», что у него есть чувствительность, видение, порожденное глубоким уважением к физической природе. Я чувствую, что не хочу терять это существо. Я чувствую, как улетучивается мое раздражение и гнев. Это создание начинает меня очень интересовать).

Э: Пожалуйста, не уходи. Я не сержусь. Мы можем прийти к соглашению, в результате которого нам обоим будет хорошо. Почему ты так сильно давишь на меня?

Яп.: Я боюсь.

Э: Боишься чего?

Яп: Я боюсь, что меня снова запрут.

Э: Запрут?

Яп: Мне очень редко выпадает случай выразить себя. Мне кажется, что пока дверь открыта, я должен работать быстро и интенсивно. Скоро все закончится, и я снова буду заперт.

Э: Я начинаю тебя понимать, В моей жизни у тебя было настолько мало возможностей проявить себя, что я и не подозревала, что ты существуешь. В цивилизации, в которой я живу, для тебя нет места. И я не пошла против своей цивилизации, чтобы предоставить тебе это место.

Яп: Это правда. Я чувствую, что умираю с голоду. Это, может быть, моя единственная возможность.

Э: Это не обязательно. Если я предоставлю тебе другие возможности для самовыражения, то ты станешь меньше отчаиваться? Сможешь ли ты снизить интенсивность своего труда?

Яп: Да…

(Наступает долгое молчание. Затем существо начинает говорить очень мягко). Ты осознаешь, что это может за собой повлечь?

Э: (Я чувствую испуг. Я нахожусь на грани поступка с необратимыми последствиями).

Мне кажется, что да. Я знаю, что мне будет нелегко разрешить себе чисто творческие порывы в мире физических ощущений. Я всегда отличалась практичностью. На меня всегда давили моя работа и мои обязанности.

Яп: Я пытался выразить себя посредством тебя, но «практицизм» всегда побеждал. Радость чистого творчества, живущая в практической части жизни, существует ради себя самой — ей не нужны ни результат, ни, так называемые, практические выгоды.

Э: Это правда. И если принять во внимание созданные мною условия, мои основные установки, я знаю, что ты был вынужден причинить мне неудобства, чтобы привлечь мое внимание. Я понимаю, что должна освободиться от вещественных ценностей, которые окружают и подавляют меня. Я должна бороться с этим отрицательным мужским образом мышления, озабоченным только производственными мыслями, которые вытесняют все остальные. Этот образ мышления использует мой страх потерпеть неудачу, не справиться со своими обязанностями. И я должна бороться со своим желанием преуспеть на работе, которое выходит из-под контроля. Я должна обратиться к ценностям, связанным с искусством, художественным самовыражением в реальном мире. И я должна найти место для тебя. Если говорить прямо, я должна немедленно дать тебе возможность работать. Что ты предлагаешь?

Яп: Что-то вроде керамики, акварелей. Посади цветы

Займись искусством составления букетов. Или ты можешь заняться чем-то менее обычным. Я просто хочу, чтобы мы работали и играли с формой, цветом и другими аспектами физического мира.

Э: Отлично. Я тоже нуждаюсь в твоей помощи. Мне нужно твое понимание ценностей мира ощущений, чтобы быть в силах справиться с подавляющими меня предубеждениями.

Яп: Тебе только нужно успокоиться и обратиться ко мне, и я отвечу. Я приду к тебе.

К этому сеансу Активного Воображения имеется интересное примечание: что женщина чувствовала в ходе этого события и какой урок она из него извлекла:

Язык данного Активного Воображения вызвал во мне активное неприятие. «Творчество», «занятия» керамикой и акварелью — все это казалось мне банальностью, штампом. Тем не менее, я поняла, что каким бы смешным мне не казался язык видения, какой бы глупой или напыщенной я себя не чувствовала, мне следует подпитывать физическую и чувственную сторону своей натуры. Я должна общаться с этой частью моего «я» на ее условиях и делать то, чего она захочет, в разумных пределах, конечно.

Фигура японского художника заставила меня осознать степень той неприязни, с которой моя цивилизация относится к восприятию красоты. Эта цивилизация интересуется только производством и зарабатыванием денег. Она не ценит бытие и превозносит действие. Она не ценит красоту, если эта красота существует сама по себе и не имеет практического применения. Диалог с этим новым союзником привел к длительному исследованию впитанных мною с рождения предубеждений, свойственных моей цивилизации. Это помогло мне отделить мою индивидуальную природу от коллективной. Иными словами, это стало частью процесса моей индивидуации.