Чтение онлайн

Не случилось этого и через два дня. И даже через три.

Каждый вечер она приходила в кабинет Терры, чтобы испытать на ожерелье очередную технику самоцветчиков. Они перепробовали всё: от попытки разобрать его на гончарном круге и воздействия на него ветра и воды до самого очевидного – использования долота. Ничего не помогало. Слёзы луны оставались такими же таинственными и безмолвными, как всегда.

Клэр научилась извлекать свет из драгоценных камней, но он никогда не был таким ослепительным, как у Зури и Ляписа, и не загорался так быстро, как у Жеода. Самосветы первоклассников и то были ярче. Она едва поспевала за программой. И у неё были большие сомнения в том, что она действительно поспевает, а не отстаёт.

Через неделю после первого провального урока ПСК Клэр сидела в Минеральном павильоне. Её веки были тяжёлыми, словно камни. Всю прошлую ночь она провела практикуясь и теперь из последних сил боролась со сном.

– Вы собираетесь нас отравить? – спросил кто-то.

Клэр дёрнулась, вырываясь из оцепенения. Она что-то пропустила? Оглядевшись, она увидела, как Зури смотрит на профессора Терру, нахмурившись. Женщина ответила ученице таким же нахмуренным взглядом.

– Нет, – ответила Терра, негромко фыркнув. – Вы отравите себя сами.

В голове у Клэр была каша. Она пыталась вспомнить, о чём был сегодняшний урок. Что-то насчёт замешивания глины при комнатной температуре? Она посмотрела на свою грифельную доску, прищурившись. В верхней её части было выведено жирными буквами: СВОЙСТВА ГЛИНЫ. Ниже была записана половина предложения: «Глина – это…»

Заморгав, Клэр испуганно вытаращила глаза. Она выпрямилась на стуле, пытаясь разглядеть полностью заполненную грифельную доску ученика рядом с собой. Но, к несчастью, Берилл, самый высокий, но также самый тихий из учеников, это заметил. Метнув на неё косой взгляд, он закрыл свои записи рукой.

– Но что, если наш грааль не сработает? – не унималась Зури. Её губы сложились в тонкую линию.

Грааль. Отлично, выходит, они должны изготовить что-то вроде глиняной кружки.

Терра извлекла из кармана юбки пузырёк:

– Разумеется, у меня есть противоядие. Серьёзно, Лазурь, за кого ты меня принимаешь?

Зури вспыхнула, и Клэр заметила, что её волосы, для которых было обычным делом пружинить во все стороны разом, казались сегодня особенно прыгучими. Зури поймала на себе её взгляд, и Клэр ей смущённо улыбнулась. Девочка улыбнулась в ответ.

– Для чего они нам вообще? – недовольно пробурчал Жеод из-за своего гончарного круга.

Терра всплеснула руками, и её серьги с изумрудами зазвенели, когда она покачала головой:

– Случаев, когда грааль может пригодиться, не счесть. Берилл, приведёшь нам пример?

Берилл тут же опустил голову, поскольку весь класс обернулся, чтобы на него посмотреть.

– Ну, – промямлил он в крышку своего стола, – если в пути вы не сможете развести огонь, благодаря граалю у вас будет пригодная для питья вода, которую можно не кипятить.

Терра кивнула:

– Молодец. А кто расскажет мне теоретические основы создания грааля?

Пришёл черёд Клэр опустить голову. Она надеялась, что глаза Терры минуют её и задержатся на ком-то другом. Но не тут-то было.

– Клэр?

– Эм… – Девочка зависла. Она оглядывала комнату в поисках вдохновения – то, что надо! – Вдохновение, упорство, отвага? – предположила она нерешительно.

Терра сузила глаза, затем медленно кивнула:

– Верно, эти правила лежат в основе теории создания любого чуда. Вам действительно необходимо вдохновение, чтобы изготовить грааль, и вам не обойтись без упорства, работая над глиной, особенно когда она крошится в руках. И, разумеется, требуется отвага, чтобы рискнуть смастерить подобный предмет, даже если вам суждено потерпеть неудачу… Но какое конкретно свойство камня мы используем, чтобы отфильтровать из воды всё лишнее – и даже яд? Ляпис, может, ты мне скажешь?

Итак, вот что им предстоит сделать: вылепить из глины кружку, которая позволит пить отравленную воду без вреда для здоровья. Каким-то образом им нужно сделать так, чтобы глина среагировала на яд и отфильтровала его из жидкости. Но хотя Клэр и знала теперь, что ей предстоит сделать, у неё по-прежнему не было ни малейшей идеи, как она это сделает. Убедившись наконец, что ученики точно поняли суть задания, Терра шлёпнула по горсти влажной глины на парту каждого из них. Жеод тут же принялся сплющивать свою кучку, обрушивая на неё удары кулаков. Зури начала с того, что скатала свою в крошечные шарики. Взглянув за спину девочки, Клэр увидела, что Ляпис скрутил свой кусок в длинную тонкую змею. Клэр уставилась на свою глину. Ей очень, очень не хотелось отравиться ядом. Она неуверенно погрузила пальцы в материал и принялась за работу. Она полностью сосредоточилась на ваянии, пытаясь услышать, какую форму хотел бы принять этот конкретный комок глины. Но её глина, по всей видимости, хотела быть шишковатым блином, поскольку без конца распадалась в её руках.

– Время вышло, – объявила Терра час спустя.

Клэр закряхтела и впопыхах попыталась приделать к своей кружке ручку. На долю секунды она появилась у её грааля… но затем отогнулась и медленно отвалилась. Девочка с завистью посмотрела на парту Зури, где стояла глиняная чашка идеальной формы.

– Я сказала, время вышло! – повторила профессор. – Прошу положить инструменты на стол и поместить ваши граали в печь для быстрого обжига.

Клэр предприняла последнюю попытку прикрепить ручку на место, но у неё ничего не вышло. Девочка надеялась, что она хотя бы не была ключевым элементом фильтрации. Руками, дрожащими не от чудесной силы, а от волнения, Клэр поставила свой грааль на стойку для обжига, как велела Терра. Несколько минут спустя женщина осторожно достала из печи запёкшиеся, затвердевшие граали. У них у всех был одинаковый однотонный красно-оранжевый цвет цветочных горшков. Только один отличался от остальных. Не просто отличался, а выглядел на их фоне жалко – тот, что вылепила Клэр. Её грааль без ручки окончательно развалился и походил теперь на измятый носовой платок из жёсткой ткани. Она услышала, как кто-то у неё за спиной хихикнул. Шея девочки горела жаром стыда.

Один за другим ученики выстроились перед Террой в шеренгу. Зури пошла первой. Взяв пузырёк из рук профессора, девочка вылила каплю ярко-зелёной жидкости (по-видимому, яда) в свой грааль. Зури опасливо смешала зелёную жижу с водой, прежде чем отхлебнуть. Ничего не произошло.

– Отличная работа, Лазурь, – похвалила её Терра, одобрительно кивая и делая запись на своей грифельной доске. – Превосходный результат. – Зури радостно улыбалась.

Ляпис пошёл следующим. Его практическое испытание прошло по тому же сценарию, за исключением лёгкого шипения пара, которого не было у Зури. Терра мягко заметила, что в его глине была незаметная глазу трещина.

Желудок у Клэр сжимало и скручивало, пока ученики один за другим пили воду из своих граалей. Даже Жеод умудрился не отравиться, хотя с ним и приключилась страшная икота, когда он отхлебнул из своего сосуда.

К моменту, когда подошёл черёд Клэр, у неё так болел живот, что девочка сомневалась, сможет ли понять, отравилась она или нет. Трясущимися руками девочка взяла пузырёк у Терры. Яд был ярко-зелёного цвета. Точно такого же оттенка, как кожа ядовитых лягушек, которых девочка видела на тропической выставке в зоопарке. Осторожным движением она добавила каплю в свой грааль.

Хлоп!.. Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Ученики закричали – кубок Клэр взорвался дождём шипящей воды и глиняных черепков. Зури юркнула под парту, а остальные кинулись в заднюю часть класса. В воздухе повисла едкая вонь, чем-то похожая на запах пластика, который поднесли слишком близко к плите.

Терра подбежала к окну и распахнула ставни. Вскоре внутрь залетел прохладный горный ветерок. Он разогнал облачка красной пыли, заслонявшие почерневшие, покорёженные остатки неудачи Клэр.

Тем вечером Клэр едва могла держать голову поднятой, поглощая свою порцию жилистого гуляша в обеденном зале. Со всех сторон до неё доносилось чавканье самоцветчиков, царапавших ложками по дну мисок. Даже во время ужина они не прекращали работать. Припорошённые пылью шахтёры разговаривали со взволнованной компанией архитекторов, которых девочка видела ранее этим днём, когда те свисали со строительных лесов. Профессор Пумит тоже едва притронулся к обеду, поскольку вёл беседу с мужчиной, который не выпускал из рук кирку и измерительную ленту.