Чтение онлайн

– Так вот, ребята, – кивнув, торжественно заявила Ксюха, – это все была теория, а теперь практика.

Ксюха выдержала грамотную театральную паузу. Остальные терпеливо ее перенесли, ожидая продолжения. Ксюха продолжила.

– Про «моральных партизанов» слышали?

– Ча-во?! – раздалось со стороны Бориса. – Что это за новое извращение такое? Суперизощренное, как я посмотрю... Это ж надо – «аморальные партизаны» – покруче будет, чем «Армия любовников»...

– Дураки! – фыркнула Ксюша. – Моральные, а не наоборот! Они собирают все данные о нравственности человечества и хранят их на случай полного краха морали...

– А после ядерной войны они вылезут из канализации и будут отучивать оставшихся в живых приматов от всяческих гадостей и приучать к правильной супружеской позиции... – задумчиво изрек Борис, чем вызвал тихую бурю восторга в виде неприличного хрюканья и повизгивания.

– Ты что-то сказал по поводу канализации?.. – заинтересовался Миха, решивший вдруг поделиться своими недавними наблюдениями, но тут в темноте трибун раздались глухие голоса, и все, не сговариваясь, упали навзничь, распластавшись на траве, и напряженно замерли. По полю небрежно пробежал луч фонарика, не обнаружив ничего аномального, исчез. Голоса стихли.

Переведя дух и снова приняв удобные позы, продолжили разговор.

– И при чем тут стадион, спрашивается, – с легкой иронией спросил Миха.

– Так слушайте же, – невозмутимо продолжала Ксюха. – Самое интересное: с этими «партизанами» у мэрии заключен реальный договор на обслуживание каких-то подземных коммуникаций, только называют они себя в договоре, конечно, иначе... Какое-то ООО или ЗАО...

– Так вот это кто офисы в канализации устраивает! – с удовлетворением резюмировал Миха. – Так и запишем: наше дерьмо теперь наконец инвентаризовано и выгодно реализовано...

– Фу, Миха, ну ты и выдал, – скривилась Ксюха. – Совершенно неаппетитно. Как ты не понимаешь, их цель – хранить нашу мораль!

– Вот-вот, и место наконец нашли ей достойное...

– Кстати, слышали про «истребителей машин»? – раздался новый голос, и Миха не сразу понял, что это – нарушивший добровольный обет молчания Леха.

– Ну, конечно, кто про них не слышал... – сказал Миха.

– Это ж неформалы какие-то на роликах? – подал из темноты реплику Борис.

– А скажите, пожалуйста, с чего это вдруг какие-то неформалы занялись целенаправленным уничтожением машин, причем не всех, а по какому-то определенному принципу отбора? – гнул какую-то свою линию Леха.

– Да с чего ты взял, что целенаправленным? – пренебрежительно отмахнулся Борис. – Это же малолетки, у них серьезных целей-то – выпендриться и невинность потерять... И вообще, к чему это ты клонишь?

– Леша прав, – вмешалась Ксюха. – Все не так просто. Эти моралисты с роллерами только часть того бардака, что сейчас в городе творится...

– Перед выборами, что ли? – проявил осведомленность Борис.

– Возможно, и перед выборами, хотя у нас в мэрии уже давно о всяком эдаком судачат. Вы ж знаете, папка у меня – консерватор, не верит во всякие... ну... паранормальные явления, «барабашек», как он говорит. Но иногда за ужином нет-нет да и ляпнет такое, что сам потом краснеет. У них на планерках такие темы подымают – закачаетесь!.. Вызовут, например, на ковер и как сказанут... Что, говорят, Николай Иванович, асфальт у вас на кольцевой вздыбился? Дык, дерьмово укладывали, господин мэр, отвечает папаня. А мне кажется, продолжает мэр, проверить надо сей участок на некропатическую активность. Прикиньте? Сглазил, говорит, кто-то нашу кольцевую. А папка стоит и кивает: в натуре, мол, сглазили, еще и асфальта половину сперли при укладке и рабочих споили на фиг... Надо, говорит, дьяка прорабом сделать и катки освятить...

– Ну а стадион-то тут при чем? – нетерпеливо перебил Миха.

– А еще говорят... – Михе вдруг почудилось, как в невидимых в темноте глазах Ксюхи появились игриво-зловещие огоньки. – А говорят, например, что стадион этот – приемник темной магической энергии...

– Ах, вот почему мы здесь, ап... – обрадовался было Борис, но Ксюха закрыла ему рот ладонью и продолжила:

– И каждую ночь, точно в это время, стадион оцепляет охрана, а сюда вот, на это самое место приходит мэр, ложится на травку и ровно час лежит, раскинув руки: на звезды смотрит. Энергией напитывается. На город ее направляет...

На несколько секунд воцарилась пауза.

– Э-э... Хе-хе... Фигня какая... Ну и где же мэр? – с обычным сарказмом, но как-то натужно спросил Борис.

Миха инстинктивно приподнялся на локте и огляделся. Леха продолжал лежать и задумчиво созерцать звездное небо.

– А мэр только что умер, – спокойно ответила Ксюха.

Новая пауза, едва зародившись, тут же прервалась громким «иком», произведенным обалдевшим от новой информации Борисом, очевидно, вместо изумленного «Как?!».

– На сегодня стадион свободен, – продолжила Ксюха.

На всеобщее «э-э-э?..» она ответила:

– Отец позвонил на мобильник, когда мы на дискотеке были. Их всех на срочное совещание вызвали. Автокатастрофа.

– Это «истребители машин»? – быстро спросил Миха, почувствовав смутное осенение.

– Да, так предполагают... А откуда ты... – слегка напряглась Ксюха. – Хотя не ясно точно... И вряд ли умышленно...

– М-да, не помогла космическая подзарядка... – неуютно озираясь, протянул Борис.

– Кому не помогла? – скучающим голосом полуспросил Леха.

– Бр-р!.. Не понял. Уточни! – потребовал Миха.

– Ну, мэру, скажем, не помогла, а тому, кто заряжал...

– Все, хватит кошмариков на сегодня, – решил Миха и встал с газона, отряхивая джинсы, – сваливаем. На горшок и спать...

– Мать-перемать... – помогая подняться Ксюхе, глубокомысленно добавил Борис.

...В общем, это так и запомнилось бы просто как забавное приключение из тех, что в изобилии приносят дружеские попойки, если бы Борис вдруг не выкинул очередную свою дурацкую штуку...

Уже уходя, он вдруг обернулся и, рухнув на колени, воздел руки к небу и неприятно серьезным голосом запричитал:

– О Великий и Ужасный Железобетон! Этой звездной ночью ты открыл свою тайную суть недостойным и к тому же нетрезвым студентам и начинающим трудоголикам! Сейчас мы возлежим на твоем... не знаю чем... в час, когда ты спишь, насытившись психоэнергией неразумных футбольных болельщиков... И мы снимся тебе, как нам снятся всякие эротические барышни, и когда ты проснешься, мы растворимся, как будто нас никогда и не было... отныне мы будем верно служить только тебе, о Железобетон, потому что мы – не более чем твои туманные сны... – и Борис рухнул лицом в траву, конвульсивно дернулся пару раз, изображая агонию. Перевернувшись на спину и приподнявшись на локтях, он с видом великого актера закинул ногу на ногу.

– Ну, как вам такой вариант?

– Эк, брат, как тебя, однако! – слегка опешив, сказал Миха. И даже Леша, остановив бесконечное бормотание себе под нос, недоуменно повернулся к Борису.

– Зачем ты так шутишь?! – загробным голосом выдавила из себя Ксюша. – Откуда ты можешь знать, куда он передал твои слова?

– Расслабьтесь, чего вы на меня уставились, как Ленин на контрреволюцию? Я просто развил Ксюшину мысль. По-моему, красиво получается – Великий и Ужасный Железобетон! А что, я ему теперь поклоняться буду! Футболисты ведь играют в честь него свои ритуальные игры! Прямо как индейцы в честь этих... Вицлипуцли, или там Кетсаткоатля!