Чтение онлайн

Переулки были похожи один на другой, как уродливые близнецы, но тут я осмотрелась внимательнее. М-да, Блок все это уже описал. Ночь, улица, фонарь, аптека. Все это было. Аптека, закрытая на большой такой недвусмысленный замок. С тусклой маленькой витриной, затянутой серой грязной паутиной. Зато с большим зеленым крестом, универсальным знаком, который пытался магически светиться, но эпилептически мигал и чихал, как блюющий шерстью кот. Заряд артефакта кончился, а новый почему-то не вставили. Сдается мне, сиропчик от кашля страждущему тут вряд ли продадут. Улица длинная и темная, освещенная лишь парой фонарей, и те красного цвета. Один как раз рядом, висит точнехонько над узким крылечком. Ни названия, ни каких-либо опознавательных знаков.

Серьезно? Нам туда? Дверь внезапно распахнулась, едва не сбив с ног и заставив вжаться в стену. Из нее вывалилось тело, фривольно распластавшееся на ступеньках и слабо шевелящееся. Вместе с ним на улицу выпорхнуло облачко вполне себе аппетитного запаха, отчего мой желудок печально провыл краткую оду во славу позднего ужина. Эй, я же недавно ела! Хотя, наверное, в сумме вышло не особенно много, это все же был не шашлык на даче, а фуршет на балу…

«Входи уже давай, пока тебя завсегдатаи дверью не пришибли,» — проворчала леди Ди.

Ну, если еда там не только пахнет вкусно, но и кушается так же, я, конечно, войду.

«В смысле? Там наше спасение от твоего любимого вампира, между прочим! Или ты решила вернуться? С зазеркальной тварью у вас выйдет отличная ночка на троих!» — ах, да. Меня аж передернуло, вот надо так мерзко об этом сказать? Долгое блуждание по самым грязным подворотням меня изрядно утомило и притупило страх быть пойманной. Если сотворенное мной чудище не соврало, у нас есть время до рассвета, ведь так?

«А еще есть вампир, способный в теории телепатически отдать приказ в любой конец собственной страны, а нам еще двое суток плыть до устья реки, а там, между прочим, таможенный пункт и досмотр!» — прошипела она, едва не подталкивая меня внутрь.

Наверное, судорожно подергивающееся само по себе тело выглядело интригующе, потому что на несколько томительных секунд абсолютно все разговоры в душном полутемном помещении смолкли. А потом, сочтя меня недостаточно занимательным объектом внимания, все дружно вернулись к прерванным занятиям. К запаху еды примешался тонкий аромат луговых трав, исходивший, несомненно, от развешенных по стенам засушенных неопознаваемых веников. Хотя нет, оттуда на моих глазах изошла только парочка исключительно крупных пауков, уронив в кружки сидящих под пучком мужиков тонкую струйку травяной трухи.

«Иди вон туда,» — повернула мою голову леди Ди в сторону малоприметного проема, прикрытого отчасти оторванными, отчасти скрученными в нераспутываемые узлы висюльками. В детстве я часами могла играть с подобными в квартире подруги, мечтала, чтобы такое повесили и у нас дома вместо скучных дверей, но сейчас не имела ни малейшего желания у ним прикасаться. Уж больно грязными и затертыми они выглядели.

— Откуда ты знаешь, что нам туда? — едва слышно, стараясь не шевелить губами, но все равно вслух спросила я. Ничего не могу поделать с многолетней привычкой разговаривать.

«Чувствую, что там мой избранный,» — голос леди Ди стал тоскливым и каким-то неживым, словно каждое слово причиняло ей боль.

У меня не хватило духу выразить свою твердую уверенность, что стоит нам войти туда, как мы окажемся в вертепе, и мне, возможно, придется стаскивать ее избранного с какой-нибудь продажной девицы, отмахиваясь от прочих желающих его же трусами. Но это, видимо, меня общение с вампирами меня так испортило. Я же не такая, правда? Гоблин Валера только заржал, с улюлюканьем размахивая над головой воображаемыми кальсонами избранного.

Соседний зал встретил меня настолько насыщенной запахами влажной атмосферой, что отличался от бани только отсутствием тазов. А хотя нет, поторопилась я с оценкой, вон у того рыжего мужика, смахивающего на раскатанного катком орангутана, на столике стоял натуральный тазик с орешками. В этом помещении было меньше народа, официантки дремали стоя, как полковые лошади, положив растрепанные головы на сложенные руки прямо на высокой стойке. Бармен, круглоголовый мужчина заросшей наружности, что намекало на принадлежность к оборотням, повел носом в мою сторону.

— Чего тебе налить выпить, юный господин? — какое странное обращение. А хотя да, я же прикидываюсь мальчиком, даже грудь посильнее утянула в бандаж, чтобы не цепляла взгляд. Хотя чему там цеплять, прости Господи… Мазь маскирует запах, значит, пахнуть я должна как бесполое «оно». Одежда на мне отличного качества, что говорит о достатке, но выглядит все скромно и безлико, на сбежавшего из дома сынка вельможи я вроде бы не похожа. Скорее блудный сын торговца средней руки в поисках приключений или кто-то вроде этого.

— Пива, — зачем-то попросила я, бросив на стол монету, исчезнувшую, как по волшебству, в большой волосатой лапе трактирщика. И который тут эльфийский избранный?

«Вон тот,» — голос леди Ди был едва слышен, словно ее что-то душило.

— Какой? — ответила тихо, разворачиваясь лицом к залу.

Моя голова, будто у куклы-марионетки, самостоятельно повернулась в нужную сторону. В деле дистанционного управления моим телом эльфийка достигла невиданных успехов, мне теперь даже не надо было уходить в свое кресло-кокон. Жаль, похвастаться некому.

— Серьезно? Вот эта рыжая обезьяна? — не сдержалась я.

Мои вытаращенные глаза смотрели на того самого безмятежно дремлющего орангутана. Собственно, цветом волос сходство с обезьяной не заканчивалось. Были еще безумно длинные руки, расслабленно висящие до самого пола. И густо покрытые тем же медно-рыжим ворсом, что был на голове. Треугольная кожаная шляпа мирно покоилась в тазу с орешками, вернее, по большей части со скорлупками. Ноги, изогнувшись под невероятным углом, составляли на столе компанию шляпе, тазику и десятку пивных кружек. Грязноватая рубаха под кожаной жилеткой, была небрежно заправлена в потертые штаны. В ее расшнурованном вороте тоже топорщились напоминающие медную проволоку волоски. Мужчина самозабвенно предавался сладкой алкогольной дремоте. Лица практически не было видно за неряшливой занавеской из смеси засаленных дредов и каких-то косичек, хвостиков, вплетенных в них ракушек и монеток. И над всем этим, робко прикрытая рыжим пушком, светила плешь размером с ладошку младенца. Вот оно. Раскрыта страшная тайна: что же прячется под затасканной банданой капитана Джека Воробья.

«Избранного не выбирают,» — обиженно пробурчала эльфийка, еще одна королева каламбуров.

Как вообще могло такое случиться, что человек стал избранным эльфа? У вас же избранность — это гарантия сильного потомства, нет?

«Это для оборотней истинная та, которую выбрал зверь, который хочет много щенков или котят. А у эльфов выбирает магия. И попробуй с ней поспорь. Рядом с избранными наши возможности возрастают в несколько раз. Нас тянет к нему непреодолимо, даже если он женат, стар, вонюч, слишком молод, уродлив, иной расы, все равно. И дети совершенно ни при чем. Самое смешное, что их может и вовсе не быть, как в моем случае. Но знаешь, я не печалюсь об этом. Не все те, кто смог родить ребенка, смогут стать ему хорошими родителями. Я вот точно нет,» — когда леди Ди принималась что-то объяснять, она никогда не плакала, я с удовольствием применила этот способ отвлечения. — «Специфика моей работы была такова, что я в собственном поместье появлялась раз в два года. И ни разу за триста лет у меня не появилось желания потратить хотя бы год жизни на попытку выносить, родить и наблюдать за ростом существа, вылезшего из меня. К тому же я вообще не люблю детей. Никаких. Понятия не имею, как с ними ладить. Они все меня раздражают. Я еле переносила Эрни, если быть совсем честной, хотя объективно он весьма неплох и сообразителен,» — у меня челюсть все больше отвисала от ее откровений.