Собирая себя по осколкам
Шрифт:
— Мне тоже. — кивнула я и улыбнулась.
— Он не растерялся как твой первый муж.
Я пожала плечами, накалывая на шпажку оливки.
— Ну-у-у Максу тогда было 19. Может поэтому. Но да Давид и меня удивил своим взглядом.
— Знаешь у Макса всегда такой взгляд и оставался. — передернула мама плечом. — А взгляд у Давида красноречивый, он на тебя так смотрит будто в берлогу свою утащить хочет.
Я рассмеялась. Ну не прям так. Но взглядом прожигал и от него исходили импульсы. Казалось, что окажись мы одни, опробовали бы этот стол уж точно. И я была бы не против. Я покраснела от своих мыслей.
— Наверно. — сказала я немного осипшим голосом.
Дальше мама поглядывала на меня заинтересованным взглядом. Сходила посмотрела на Еву, слишком тихо было, а она спала.
— Ева спит. — произнесла я, входя в кухню.
— Как раз проснется, когда мы поедем. Ну или проснется по дороге.
Мы с мамой сделали все закуски и поставили на кухонные столешницы.
— Мужики приедут и сами на стол накроют. Что-то они долговато. — я глянула на время вместе с мамой и правда уже два с половиной часа.
— У них там все хорошо? — с беспокойством произнесла я.
— Сейчас пойду позвоню. — произнесла мама и раздался звонок на мой телефон.
— Мам, папа звонит мне. Алло. — сказала я, ответив на звонок.
— Дочь, машину заводи, мы выезжаем. Или может на моей поедешь?
Я посмотрела на маму.
— На своей поеду, потом еще хочу её к своему дому отогнать. Завезу маму и Еву, и сама припаркую машину и приду.
— Как хочешь. — произнес папа. — Тогда заводи машину.
— Хорошо. — и сбросила звонок.
Мама кивнула и пошла собирать себе вещи. Наши банные принадлежности лежат в машине.
Минут через 15 подъехали наши. Заходили в дом шумно. Смеялись о чем-то своем. Я смотрела на довольного Давида. Который завел в квартиру и разувшись первым делом подошел и обнял меня, поцеловав в уголок губ. Понятно, кто-то выпил. Я с укором глянула на папу. Он так и с Максом делал.
Папа усмехнулся и показал палец в вверх. Я снова посмотрела на Давида.
— Всё хорошо? — весело спросил он.
— Много пил? — улыбнулась я.
Он отрицательно покачал головой.
— Рюмку только выпил. — крикнул папа.
А несет так будто всю бутылку.
— Один раз. — усмехнулся Давид и прижал к себе
Слишком вольно Давид себя стал при родителях вести. До этого так открыто не обнимал меня. Мама говорила о том, что им нужно поставить стол и накрыть на него, пока мы будем в бане.
А в это время я стола и обнималась с Давидом. Мне хотелось бы с ним оказаться в отдельной комнате.
— Выйдешь со мной покурить? — приподняв с улыбкой бровь, спросил Давид.
Я кивнула и сказала, что мы пока выйдем, пока мама говорит, что им нужно делать.
Мы за руки вышли в подъезд. Вызвали в лифт, а меня прямо потряхивало от взгляда Давида. Такое чувство, что он снимает с меня всю одежду.
Вошли в лифт. И он одним движением меня прижал к стене лифта и впился жадным поцелуем в мои губы. Его страсть закружила меня мгновенно. Мое тело горело, так хотелось, чтобы его руки были везде, и я сама могла исследовать его руками.
Я открыла глаза и посмотрела на него, хотя видела я затуманенным взглядом, но похоть, плещущуюся в глубине его глаз, она завела меня еще сильнее. Я уже не хотела ни бани, ни празднования. Хотелось остаться в квартире вместе с ним и погрузиться в это безумство.
— Бесстыдники. — возмущенно произнесла женщина.
— Sorry. — произнес Давид, закрывая меня собой и выходя из лифта, потянув меня за собой.
— Сорри. — спародировала его женщина.
Мы рассмеялись и побежали из подъезда. Я чувствовала себя подростком. Пока Давид наслаждался своей вредной привычкой я вдыхала приятный запах исходящий от него, кедра с цитрусами и немного горчинки, и этот запах идеально сочетался с запахом табака, что меня плавило только он его запаха.
— Вера. Поехали потом со мной в гостиницу? — спросил Давид.
Я подняла взгляд на него, заломив бровь.
— У меня дочь. — покачала я головой отрицательно.
Он тяжело вздохнул и прижал к себе.
— Так давайте вместе поедем. Я не хочу расставаться.
Ну нет. Не хочу по гостиницам таскаться с ребенком. А если ко мне поедем?
— Может ко мне поедем? — вопросительно произнесла и посмотрела внимательно на него.
— А ты не с родителями живешь? — удивился он.
Я рассмеялась и отрицательно произнесла я.
— Точно, забыл, что у вас всё по-другому. У нас итальянки живут с родителями лет до 30 точно. — и улыбнувшись поцеловал меня в скулу и глубоко вдохнул. — Ты вкусная.
— Ты тоже. — я взяла и лизнула его нижнюю губу, и улыбнулась.
Ох и взгляд то. А этот судорожный вздох. Даже ноги сжала вместе, от волны возбуждения, прокатившейся по моему телу.
— Пошли. — произнес он, выкидывая окурок и протянул мне ладонь.
Я взяла его руку и пошла за ним. Так приятно, когда идешь за мужчиной. Я и не догадывалась об этом. Оказывается, за кем-то хочется идти, а кого-то вести за собой. И заставлять себя не надо.
В лифте, он снова меня поцеловал. Я уже думаю, быстрее бы уже встретить новый год. Я хочу его до безумия. Какая-то ненормальная тяга к человеку. Раньше такой я не была.
В квартире, мама уже собралась, и Ева как раз проснулась, так что я её одела, и мы поехали в баню. Мама посматривала на меня и улыбалась.
— Что хочешь сказать? — не выдержала я её гляделок.
— Да не узнаю тебя. Всегда такая собранная, а тут кажется, что ты хочешь закрыться с Давидом вместе и всё.
— Ну не прям так. О Еве ещё думаю. Но хочется закрыться.
— Кстати о Еве. Оставляй сегодня её у нас. Ей нравится у нас, и нам радость. — хитро улыбнулась мама. — Да и у вас будет время для двоих.
Я в неверии посмотрела на маму.
— Правда?
Она улыбнулась.
— Уже отец предложил это, видя ваши зажимания.
Должно быть стыдно. Но вообще не стыдно. Мне хорошо.
— Спасибо мам. — я сжала ее руку, когда мы подъехали к нашей даче.
Мы искупались в бане. После неё чувствую себя обновленной. Будто заново родилась. Ева в нашей семье не любитель бани, да и вообще жару с трудом переносит. В этом мы отличаемся, я люблю тепло и терпеть не могу холод, такое чувство будто впадаю в состояние анабиоза. А дочь моя, когда ей жарко становится совершенно неуправляемой и капризной, а в холоде чувствует себя очень комфортно.