Чтение онлайн

одеколон, почувствовав который, мне захотелось зарыться носом в его рубашку и сделать глубокий

вдох. Окей, возможно это было лишним. Мне не хотелось, чтобы он прозвал меня «рубашечным

наркоманом». Это прозвище может прилипнуть надолго. Как и мастерица влагалища.

Его руки вылетели из карманов и поймали меня за плечи, пока я пыталась не засосать его

рубашку, как винт моторной лодки. Услышав за собой кудахтающий смех, я оглянулась и увидела,

что ответственность за мое «изящное» вторжение в жизнь этого парня лежит на одной Хитерсов.

Оказывается, врезаться в кого-то очень весело. Ее не менее отвратительная близняшка показывала на

меня пальцем и смеялась.

Мы что, в подростковом кино 90-х? Они думают, я зареву и убегу под звуки драматической

музыки?

– Боже, Хитер, в чем твоя проблема? – спросил раздраженно мужской голос.

Внезапно они прекратили смеяться и смущенно уставились на стоящего позади меня парня.

А я, повернувшись обратно, взглянула на него с глубоким благоговением, поняв вдруг, что мои руки

до сих пор прижаты к его груди, и от его кожи сквозь тонкую рубашку исходит жар.

– Ты только что процитировал «Смертельное влечение»? – прошептала я. – Это мой

любимый фильм.

Он взглянул на меня и улыбнулся, пронзая меня синевой своих глаз.

– Я неровно дышал к Вайноне Райдер еще до того, как она стала подворовывать в магазинах,

– сказал он, пожав плечами. Его руки все еще обнимали меня за плечи.

– Меня зовут не Хитер, – запротестовал позади меня плаксивый голос.

– Ух ты, Вайнона Райдер, – констатировала я, кивая.

Господи, я абсолютно вне игры. Из-за близости с таким горячим парнем мой мозг

превратился в кашу. Я просто хотела, чтобы он снова заговорил. От звука его голоса моим трусики

автоматически хотелось слететь.

– У меня своего рода бзик на странных, умных и темноволосых цыпочек, – проговорил он,

улыбаясь.

– Почему он назвал меня Хитер? Он знает, что меня зовут Ники! – снова раздался

пронзительный голос.

3 Прим. ред.: Элмер Дж. Фадд – мультипликационный персонаж «Looney Tunes», заклятый враг Багза Банни. По

сюжету его целью является охота на Багза, но каждый раз она обычно заканчивается серьезными ранениями самого

охотника или второстепенных героев.

7

LOVEINBOOKS

Я – странная, умная и темноволосая цыпочка! Я, я, я, выбери меня! И кто, черт побери,

продолжает скулить и портит мой идеальный момент? Зарежу суку.

– Э… привееееееет!

Мужчина моей мечты отвел от меня взгляд, чтобы взглянуть поверх моего плеча.

– Ники, из-за твоего голоса у меня из ушей идет кровь. Ты ломаешь весь кайф.

Я услышала, как она надулась и унеслась. По крайней мере, надеюсь, что она именно так и

поступила. Все еще пялясь на этого парня, я думала о том, когда и как смогу затащить его в

свободную спальню. Он снова посмотрел на меня и, убрав с моего плеча одну руку, смахнул с моих

глаз челку. Его жест был настолько простым и легким… словно он делал так раньше тысячу раз. Мне

захотелось украдкой ухмыльнуться Лиз и выставить вверх большие пальцы, но она была увлечена

разговором с приятелем этого парня.

– Хочешь, пойдем обновим тебе напиток, а потом, может, сыграем в пиво-понг или что-то

еще?

Мне захотелось залезть к себе в трусики, достать свою девственность, завернуть ее и

украсить бантиком. Или, может, упаковать ее в подарочную упаковку от «Target» и подарить ему в с

карточкой «Спасибо, что ты есть! Небольшой подарок в виде девственности, чтобы выразить мою

благодарность!».

– Конечно, – пожала плечами я, стараясь не выдавать эмоций. Наверное, лучше изобразить

из себя недотрогу. Чтобы выглядеть слишком уж жаждущей.

***

– О, боже, не останавливайся, – пропыхтела я, пока он прокладывал дорожку поцелуев вниз

по моей шее и неуклюже возился с пуговицей на моих джинсах. После пяти раундов в пиво-понг и

нескольких часов разговоров, смеха и близости, из-за которой вскоре стало невозможно удержаться

и не дотронуться до него, я забыла значение слова «недотрога». Осмелев благодаря большому

количеству алкоголя после проигрыша в последнем раунде, я обняла его за шею, притянула к себе и

что есть силы поцеловала – прямо на глазах у тех, кто остался на вечеринке и до сих пор не спал в

своей собственной рвоте. Протащив его за руку по коридору, я втолкнула его в первую попавшуюся

на пути комнату. Я надеялась, что в последнюю минуту рядом окажется Лиз – чтобы поддержать

меня или подсказать, что надо делать. Но она исчезла после того, как я во всеуслышание объявила,

что в конце вечеринки она своей лесбийской проверенной рукой будет сдавать бесплатный мазок

Папаниколау4.

Оказавшись в темноте комнаты, мы немедленно набросились друг на друга. Пьяные мокрые

поцелуи, руки во всех местах, столкновения со случайной мебелью… так, спотыкаясь и смеясь мы

пробирались к кровати. Я обо что-то запнулась – этим «что-то» вполне мог оказаться какой-нибудь

человек – и рухнала на кровать, а парень, которого я тащила за собой, неаккуратно шлепнулся сверху

так, что из меня вышибло дух.

– Черт, пппрости. Ты в порядке? – невнятно спросил он, опираясь на руки и убирая с меня

свой вес.

– Ага, – прохрипела я. – Раздевайся.

Я была такой пьяной, что чуть не засмеялась, наблюдая, как он вскочил с меня и снял штаны

с боксерами. В окно спальни проникал яркий лунный свет, и мне было видно, что он там делает, хотя