Чтение онлайн

– Демид, не томи, – тонкие пальцы сжимают бедную кисть.

– Короче, я хочу НЮ.

В помещении раздался тихий треск и щелчок сломанного дерева и повисла гробовая тишина. Глазки моего ангела округлились и щечки начали наливаться огненным румянцем. Не ожидала.

– Долго думал, кому можно довериться, – опускаю взгляд на ее вздымающуюся грудь, – и на самом деле сомневался. Но потом посмотрел твои работы, где обнаженная натура присутствует очень часто, перформанс еще этот, где тебя не смущало даже то, что мужчина в течение нескольких часов себе надрачивал.

– Это искусство, – как-то совсем тихо шепчет Ангелина, все еще буравя меня стеклянным взглядом.

– Вот именно, – подхватываю я ее мысль, – и я хочу стать его частью.

– Не верю, – сломанная кисточка летит на ковер, а ноздри Ангелины начинают раздуваться от праведного гнева. Правильно, конечно, не веришь… Но у меня вариантов не так и много осталось, а ты все никак не идешь на контакт. Придется подстегнуть события, – ты это специально, чтобы меня соблазнить.

– Хм, а это тебя соблазнит?

– Нет, – качает она головой, – что бы ты себе ни думал, – Ангелина резко поднимается на ноги и отправляется к пустым полотнам, что стоят у стены. Стоит там некоторое время, смотрит на них. Я так понимаю, с мыслями собирается. Ладно, ждем.

Отвечаю на звонок, перезваниваю двум ранее набиравшим абонентам, просматриваю бумаги и удерживаю себя на расстоянии.

– И какое НЮ ты хочешь? – раздается уже более хладнокровно. Похоже, у Ангелины получилось собраться.

– На твой вкус, я тебе доверяю, – быстро просматриваю в ноуте нужные мне цифры, делаю фото на телефон и отправляю Юре. Работу никто не отменял и открытие нового филиала в Питере должно пройти идеально и с размахом.

– На мой вкус? – она выгибает свою графичную бровку.

– Угу.

– А если тебе не понравится?

– Это искусство, – отвлекаюсь от работы и смотрю на нее в упор, – мы уже выяснили, что оно может быть спорным. И потом, мне интересен взгляд со стороны. Хочу увидеть, какой я в твоих глазах.

– А я смогу взять эту работу на выставку в Москве? – Ангелина складывает руки на груди и подступает ко мне.

– Тогда без лица, – предлагаю разумный компромисс, – или сделай так, чтобы меня нельзя было узнать. Сама понимаешь, я себе подобных вольностей на обозрение любопытной общественности позволить не могу.

– Хорошо, – еще немного задержавшись на мне оценивающим и, не побоюсь этого, кровожадным, взглядом, Ангел направилась обратно к полотнам и вытащила одно из них. Метр на два. Полотно заняло свое место на стене, началась какая-то активность с красками, кистями и прочими ее штуками.

Слежу с легким любопытством и настраиваюсь. Все же придется раздеваться перед ней. И даже не для секса. Волнительно, черт возьми. И как она отнесется к вполне очевидной реакции на нее, что пока стыдливо скрыта у меня в штанах. Но вот стоит их снять и уровень привлекательности Ангела для меня станет очевиден.

– Нам нужен будет час или полтора времени. Без телефона и прочих отвлекающих факторов. Мне нужно сосредоточиться и так будет намного быстрее.

– Как скажешь, – демонстративно выключаю телефон и тихонько ерзаю на месте. Слегка напоминает ситуации у доктора. А сейчас она еще скажет – разденьтесь. Черт возьми, из Ангела получилась бы идеальная медсестричка.

– Сегодня будет набросок, идем, – она поманила меня рукой и начала ставить в разных позах и рассматривать. Почти как куклу. Пальцы то по скуле проедутся и повернут голову, то руки мои осмотрит и проведет ладонями по коже. Смотрит, трогает, словно материал лепит и мнет. И мне нравится быть объектом интереса для нее.

Через минут двадцать Ангел удовлетворена полностью и делает снимок на телефон.

– Это для работы, буду показывать каждый раз, чтобы ты смог встать как надо.

– Хорошо, – слегка пожимаю плечами. На самом деле ничего особенного, просто стою, немного разведя руки и рассматривая ее из-подо лба. Чем-то позу Христа на кресте напоминает. Но я так понимаю, для нее еще важен свет и тени, поэтому так долго ставила меня и крутила.

– Давай, – она проводит ладонью по своим распущенным волосам и отступает от меня на пару шагов, – снимай.

– Окей, – чувствую, как волнение начинает меня заполнять и все внутри подрагивает. Умею же я подписать себя на авантюру. НЮ, чтобы затащить малышку в свою постель. Если не сработает, то я даже не знаю, что еще мне поможет.

– Стесняешься? – Ангелина вдруг насмешливо улыбается, видя мою заторможенность, – если это слишком, то не молчи, скажи. Напишем тебе что-нибудь более привычное, например, в костюме.

– И котелке, угу, – кривлю ее и тяну за край майки, стаскивая ее с себя и сбрасывая на пол.

Так, тут мне стыдиться нечего, форма идеальная. Давай, Ангел, проникайся моей неземной красотой, можешь даже подойти и потрогать.

– Это не НЮ, – опять поддевает стерва, – штаны снимай.

Господи, на что я подписалась?

Демид опускает свои ладони на пояс джинсов и слегка похлопывает пальцами по жесткой ткани. На меня смотри в упор и я держусь всеми силами, чтобы не показать свой собственный мандраж. Он меня в эту игру играть не заставит.

Я же профессионал.

Очнись, Ангелина, ты голую натуру рисовала уже сотни раз, и период глупых хихиканий и влажных фантазий по поводу обнаженных натурщиков был пройден еще в художественной школе.

Сердце в груди начинает отбивать такт все громче. Нихрена Демид никакой не натурщик. И с ним, как с мальчишкой, который за пятьдесят баксов согласился раздеться, обращаться не получится и отмахнуться тоже.

Этот только и ждет, чтобы я дала слабину, чтобы накинуться и получить свое. НЮ портрет он себе хочет, ага… так я повелась.

Пальцы одним небрежным движением освобождают металлическую потертую половицу из петли, тянут за собачку молнии вниз и ладони перемещаются на бедра, чтобы спустить штаны вниз. Нет, я определенно не готова это видеть.

Штаны летят куда-то на диван, слышу как задевают его рабочие бумаги и ноутбук. Раздается тупой удар о ковер. Но никто в ту сторону даже не оборачивается.

Сглатываю и заставляю себя мазнут взглядом по боксерам. Так и есть. У него стоит.

Ну вот никакой неожиданности.