Чтение онлайн

– Хорошо, – поднимаюсь и направляюсь к шкафчику, где у меня припрятан виски, – я все решу.

– Много не бухай, – раздалось тихо и дверь хлопнула.

– Много не бухай, – повторил я и вытащил бутылку.

Ехать сейчас домой нельзя. Слишком много эмоций у меня внутри. Блядь, ну нахрена было так выставляться? Вообще никаких вариантов больше заработать не было? Или так хотелось, чтобы прыщавые пацаны типа меня пятнадцатилетнего на нее дрочили?

Вот где мозги у баб? И Лена… Сука подлая. Откручу ее дурью башку и заберу нахрен квартиру, которую еще не успел переоформить. Что она себе придумала, что если вот эту всю грязь на обозрение выставит, то я к ней вернусь?

Убивать буду Костю. Этот говнюк вообще свою работу делать не умеет.

Набираю ему по телефону и аккуратно интересуюсь где он сейчас бродит, на что получаю такой же аккуратный ответ, что ездит по делам и в офисе сегодня не будет. Ну окей. Вежливо его предупреждаю, что заявлюсь после работы к нему домой, проведать крестницу, Катюшу и заодно с ним, бараном поболтать. Костя грустно вздыхает в трубку и просит перенести разговор в какой-нибудь бар, чтобы когда его будут громко обзывать бараном дочка и жена этого не расслышали. Потерять авторитет в их глазах ему гораздо неприятнее, чем получить в глаз где-нибудь в занюханном баре.

Знает, гад, за что получать будет. Хорошо хоть не отказывается.

Вешаю трубку и пытаюсь забить голову текущими делами, чтобы хоть как-то пригасить жгучую ревущую внутри ревность и злость. От мысли, сколько мужиков ее видело голой, в голове мутиться. Хочется взять в руки биту и расхерачить в кабинете все что бьётся, а все, что не бьётся сломать. Потом сломать руку Косте, придушить Лену, а вот что делать с Ангелом не придумал. В голове только жёсткий секс с ней в главной роли.

И главный вопрос, что делать дальше….

Просматриваю принесенные мне секретаршей портфолио местных моделей и раздражаюсь еще больше. У Ангелины тоже такие есть, наверняка. И модели эти все, их же только пальчиком помани, в ресторан нормальный своди, на белый песочек куда-нибудь за границу вывези, да просто сумму озвучь, как в свое время с Леной было, и все – ноги сразу раздвигают.

А вот она тоже так делала? Блядь!!! Херню несу и сам это понимаю.

Ангелина довольно знаменитая художница, с ней об откровенных съемках наверняка отдельно договаривались и точно она не прыгала в постель к фотографам и редакторам за то, чтобы украсить своим красивым задом и сиськами разворот.

Перебираю еще раз фотографии моделей, что кажутся одинаковыми и вытаскиваю двадцать в рандомном порядке, все равно будут ходить как вешалки по подиуму и среди гостей. Все внимание будет обращено на крашения, а не на их прелести и тем более лица. Если что, визажисты постараются и из любой конфетку сделают.

С журналистами было еще сложнее, эту братию я всегда недолюбливал, а с сегодняшнего для начал ненавидеть. После пары напряженных разговоров с удивленных моим предвзятым отношением и напролом журналюг, отдал эту работу секретарше, обведя кружочками пять подходящих фамилий.

Опять потянуло выпить, потому что работа закончилась, но пить в обед так себе идея. До вечера, когда смогу дать Косте в морду, могу и не дотянуть.

Оставшиеся часы до окончания работу тупо сижу в кресле и пялюсь в потолок. Чертова жизнь, только расслабился и думал все хорошо будет. Даже мысли закрадывались, что можно с чистой совестью остепениться и вступить в ряды таких же соплежуев как Миша и Костя. Может даже спиногрыза себе мелкого завести.

Это же от нее ребенок будет, а еще похожий на меня. Наверняка смышленый и упертый, как мы оба. А сейчас что делать? Как разрулить, если мне Юра башку оторвет за скандал.

И работу терять не хочется, я же так долго к этому шел. Юра уедет, а я стану главой филиала. Всю жизнь мечтал о подобной должности. Буду развивать бизнес здесь независимо, обрасту связями и в конечном итоге открою опять что-то свое, но уже на совершенно ином уровне.

И вот так все похерить из-за скандала?

Блядь, Ангелина, как перестать на тебя злиться?

До бара добираюсь на такси, понимая, что трезвым мне оттуда не уехать. Костя уже находится за стойкой у бара, жующий орешки.

Падаю рядом с ним на соседний стул и бросаю проклятую газету перед ним, бармену заказываю двойной виски.

– Хороша, – Костя разворачивает газету и медленно скользит своими глазками по Ангелининому телу. А мне сразу хочется ему втащить, о чем его и предупреждаю.

– Сейчас в морду дам, – тыкаю ему в плечо кулаком для начала, но меня отвлекает бармен и шумно грохнувшийся о стойку стакан.

– За что? – тот поднимает бровь и начинает отлистывать до шестой страницы, – это ж не я снимал. Но блин, хорошо.

– Кате расскажу, – делаю большой глоток и чувствую как виски обжигает горло и пищевод. Главное, чтобы и до мозгов поскорее добрался.

– Не надо, – быстро пролистав нужные страницы, Костя газету закрывает и отдает мне, – не понимаю какого хрена они у нас всплыли.

– Лена нарыла, – облокачиваюсь о стойку локтем и подпираю ей больную голову, – эта сука мстительная все никак не успокоится.

– А я сразу говорил, что вариант дерьмовый, – друг похлопал меня по плечу, – но такие как ты никогда никого не слушают.

– Блядь, – меня кривит, – да что ты начинаешь? А предупредить не мог?

– О публикации в журналах было в отчете, я просто фото не прикладывал. Решил, что Ангелина сама покажет, если посчитает нужным.

– Ты вообще за кого в этой истории? – поворачиваюсь к нему.

– За Ангелину, она мне деньги заплатила, кстати, и не малые, – сукин сын подмигивает, – должен же был я хоть как-то ей отплатить.

– Кость, – допиваю разом оставшийся в стакане виски, – тебе клиенты часто морду бьют?

– Бывает, – тот как-то быстро сник.

– Вот это девка, – одобрительно и пьяно раздалось откуда-то сбоку и я обратил внимание на мужика рядом, который в момент нашей с Костей перепалки ушуршал мою газету, – я б ей вдул.

– Блядь, – с ненавистью смотрю в залитые до поросячьего визга глаза-бусинки и желейный живот, необъятной массой разложенный на коленях. А он то куда? Ему если и дадут, так только если шлюхи на трассе. Элитные просто побрезгуют.

– Надо на выставку сходить, ик, просветлиться, – звук отрыжки и зловонное амбре отправили в нокаут мой мозг, а кулак отправил в нокаут это подобие мужика. Туша слетела с барного стула и пропахала собой деревянный пол, пуговицы на рубашке от натуги разорвались и выставили напоказ волосатый живот. Мужик захрипел и недоуменно осмотрелся, – упал, блядь. Мужики, помогите подняться.