Чтение онлайн

Хотя у него сохранились отрывочные воспоминания о ее сине-зеленых глазах, мягких прикосновениях и слабом аромате гардении. Но Аве незачем об этом знать.

– Но ты помнишь, что произошло до этого? – спросила она.

– Да.

Она ждала его уточнений, но в ответ Пейтон лишь выгнул бровь.

Она вздохнула:

– Когда ты вернулся в город?

– Вчера.

– Ты приехал из Сан-Франциско?

Ее вопрос его удивил:

– Откуда ты узнала?

– Когда я вчера предложила отвезти тебя домой, ты заявил, что мне предстоит долгая поездка. Потом ты назвал мне район Си-Клиф в Сан-Франциско. Ты живешь в неплохом районе.

Ну, это мягко сказано. Си-Клиф – один из самых дорогих и эксклюзивных районов Сан-Франциско, где живут богачи и отпрыски из высшего сословия. Два ближайших соседа Пейтона – всемирно известный издатель и рок-звезда шестидесятых годов.

– Район неплохой, – уклончиво сказал он.

– Что привело тебя на Западное побережье?

– Работа. А ты по-прежнему живешь в Голд-Кост?

Ава почему-то насторожилась:

– Нет. Мои родители продали дом, когда я оканчивала школу.

– Полагаю, они решили, что площадь этого дома слишком велика для двух человек вместо трех. Не считая слуг, конечно.

Она посмотрела на чашку с кофе:

– Там жили только двое слуг.

– А что же у тебя здесь?

– Здесь… – Ава продолжала смотреть в свою чашку. – Внизу у меня магазин. Бутик модной женской одежды.

Пейтон кивнул:

– Ага. Значит, квартира прилагается к магазину, да?

– Что-то в этом роде, – сказала она.

– Ты привезла меня сюда, чтобы не объяснять мое присутствие, да?

Он впервые подумал, что Ава может быть замужем. Вполне вероятно. В школе при Эмерсоне за ней по пятам ходили все парни. Он посмотрел на ее руку – кольца нет. Странно. Она постоянно носила ювелирные украшения в средней школе: бриллиантовые серьги, кольца с рубинами и сапфирами.

Прежде чем он успел решить, не носит ли она кольца потому, что не замужем, или просто сняла украшения на ночь, Ава сказала:

– По-твоему, я не смогла бы его объяснить, Пейтон?

– Твой муж не одобрил бы.

Она опустила глаза:

– Я не замужем.

– Но дома тебя все равно кто-то ждет?

Ава не ответила, и Пейтон разволновался больше, чем следует. Он приказывал себе не останавливаться на мелочах, а просто узнать, что произошло вчера вечером, и вызвать такси. Он убеждал себя, будто не желает ничего знать об Аве. Он твердил себе, что не должен забывать, как они враждовали в средней школе.

Но, как это часто бывает, сердце не слушает доводов разума.

Ава приложила все силы, чтобы убедить себя, что не лжет Пейтону. Она очень не хотела, чтобы он догадался, в каких скромных условиях она живет. По его мнению, она должна была добиться огромного успеха в жизни. У нее должен быть шикарный дом в Голд-Кост, шкаф, полный дизайнерской одежды, и куча ювелирных украшений. Ну, последние два пункта у нее все-таки имеются. Правда, одежда и ювелирные изделия принадлежат не ей, а магазину.

В любом случае люди верят в то, во что хотят верить. Даже сидя в ее дрянной квартире, Пейтон полагает, что Ава по-прежнему ослепительная, тщеславная наследница из Голд-Кост, которая всех обводила вокруг пальца в средней школе. Он думает, что она до сих пор живет в огромном доме в георгианском стиле, в котором выросла, и водит машину вроде кремового «мерседеса», подаренного ей на шестнадцатилетие.

Пейтон, очевидно, не слышал, что семья Бреннер из Голд-Кост обнищала. Он не знает, что ее отец растратил деньги на наркотики и девушек по вызову и все еще отбывает срок в федеральной тюрьме за уклонение от уплаты налогов, хищение и множество других преступлений. Пейтон не в курсе, что мать Авы умерла в психиатрической больнице после того, как долгие годы пыталась справиться с депрессией и примириться с предательством мужа. Ему невдомек, что Колетт Бреннер покинула отца Авы и отвезла дочь в Милуоки, где та окончила среднюю школу, очень похожую на школу при академии Эмерсон. Только в тот раз Ава была ученицей из бедной семьи, на которую дети богачей смотрели с презрением.

Именно поэтому Ава не желала, чтобы Пейтон знал правду. Обучаясь в старшем классе школы в Милуоки, она оказалась в положении своих прежних одноклассниц, над которыми бессердечно издевалась. Судьба преподала Аве отличный урок. Именно поэтому она открыла бутик «Городской стиль»: Ава хотела, чтобы женщины, лишенные привилегий, которые она когда-то принимала как данность, одевались не хуже представительниц высшего общества.

Ей казалось, что Пейтон понял бы такие мотивы, если бы они шли не от нее, а от кого-то другого. Если он узнает, через что ей пришлось пройти в старшем классе школы, то начнет над ней беспощадно издеваться. Хотя, возможно, она заслужила подобное отношение. Но ей нужно время, чтобы подготовиться к разговору с ним.

– Дома меня никто не ждет, – тихо ответила она.

Ее вообще никто и нигде не ждет, если на то пошло. Ни один из ее друзей не захотел с ней общаться, когда она оказалась за чертой бедности. С ней не желали разговаривать и дети из бедных семей – в свое время она немало им насолила. Пейтон – не исключение.

Подняв голову, Ава увидела, что он пристально ее разглядывает. Ей стало не по себе.

– Что случилось вчера вечером?

– Ты был в ресторане Базилио. Я услышала крики в баре и увидела, что ты пререкаешься с барменом Дэнисом. Он предложил тебе выпить кофе вместо виски.

– Ты знаешь, как зовут бармена? – спросил он.

– Конечно. И я знаю Базилио, владельца ресторана, и официанта Маркуса, который помог мне доставить тебя домой на машине. Я часто там ужинаю.

Это было единственное заведение недалеко от ее дома, где она могла себе позволить угощать потенциальных поставщиков. Но Пейтону незачем об этом знать.

Он кивнул:

– Не удивлен, что ты часто там ужинаешь. Зачем готовить самой, если можешь заплатить и тебе приготовят?

Ава проигнорировала его комментарий. Пусть Пейтон думает о ней все, что захочет. Ему и в голову не приходит, что за шестнадцать лет она изменилась и стала менее тщеславной и более сочувствующей. Наверняка он не повзрослел за шестнадцать лет, раз продолжает думать о ней худшее.

– Во всяком случае, – продолжала она, – ты отказывался признавать правоту Дэниса, хотя выпил слишком много. Пейтон, ты стал немного… буйным.

– Буйным? – отрезал он. – Я не бываю буйным.

Ава снова воздержалась от комментариев.

Казалось, он понял, о чем она думает, потому что прибавил:

– Я изменился. Я давным-давно ни с кем не враждую.

Ага, около шестнадцати лет – после того, как окончил школу при Эмерсоне и расстался с Авой.

– Базилио собирался вышвырнуть тебя на улицу, но я… Ну, когда я поняла, что знаю тебя… – Она опустила глаза. – Я сказала ему, что мы с тобой… старые друзья. И предложила отвезти тебя домой.

– И он тебя отпустил? – спросил Пейтон. – Он позволил тебе уйти с буйным парнем?

Ава ощетинилась:

– Он позволил потому, что ты успокоился, когда узнал меня. Когда я и Маркус сажали тебя в машину, ты был послушным. Я знаю, в это трудно поверить. Но в машине ты сразу отключился, – поспешно прибавила она. – Мне ничего не оставалось, как привезти тебя сюда. Я разбудила тебя, и мы поднялись в квартиру. Пока я готовила кофе, ты прошел в спальню и снова отключился. Я думала, ты проспишь несколько часов, но… Ты проснулся раньше.