Чтение онлайн

— Не хочешь под нашу защиту?

Ветер встал. Всадники кружили, точно голодные хищники. Закрыла глаза. Желания были примитивными: чтобы я визжала, пиналась и кусалась, пока они волокут меня на обочину. Должна кусаться и брыкаться, чтобы у них была причина бить меня, пока не отключусь…

«Эсин… где же ты?»

Цокали копыта. Я крепко зажмурилась, чужое желание отзывалось во мне теплом, туманило разум. Дышала я тяжело и часто, внизу живота стало нестерпимо жарко, влажно — их дико возбуждала скачка вокруг меня, предвкушение, воспоминания и о криках других женщин…

«Эсин, ты обещал меня защищать».

— Какая трусливая.

— Неужели даже не крикнет?

— У меня закричит.

Меня затрясло от смеси желания, ужаса и отвращения.

— Ребят, вы бы полечились сначала! — раздался оклик тёмного. — А то через полгода рискуете остаться без причинного места!

Словно камень с души свалился, я потянулась вперёд: тёмный соскочил с нагруженного поклажей Скорбного и бодро пошагал к нам.

— Ты кто такой? — гаркнул самый большой из всадников, на гнедом.

— Муж её, — широко улыбнулся тёмный. — Ревнивый.

Я б при виде такой улыбки прятаться начала, но громила кивнул остальным всадникам. Они поскакали на тёмного, а предводитель обхватил меня за плечи и потянул на своего коня. Самое время использовать молнию или лезвие света, тут даже маленького хватит. Зажмурилась, попыталась представить, как сила обращается в них, но жамкающая меня рука отвлекала, и запах перегара, и страх, парализующий сильнее самых крепких пут. Открыла глаза: в поясе предводителя торчали метательные ножи… Может вытащить один и ударить?

Кто-то закричал. Вскинула взгляд: тёмный сидел на буланом коне бандита, тот орал на земле, прижимая сломанную руку. У второго сверкнул меч, третий судорожно взводил арбалет. Лёгким движением руки тёмный поставил буланого на дыбы и обрушил на арбалетчика, поднырнул под мечом второго и резко пихнул того в рёбра, тот пошатнулся…

Меня швырнули на землю, в локтях и коленях стрельнуло, главарь ускакал вперёд. Боль отступала, я приподнялась: меч главаря, сверкнув в вышине, спикировал и воткнулся в паре метров от меня.

— Ублюдок! — выхватив короткий меч, главарь ринулся на тёмного.

Щелчок — и короткий меч тоже взлетел и вошёл в землю. На сей раз подальше, но как-то неприятно близко.

— Ну надо же, дважды одним приёмом. — Тёмный покачал головой. — Лечиться тебе надо. И как можно скорее.

Главарь зарычал: у него не было арбалета. И ножей метательных в поясе тоже почему-то не было. Одна из лошадей лежала на земле с таким ножом в черепе. Бандит со сломанной рукой поскуливал в кустах. Ещё один лежал без движения. Третий, скаля окровавленный зубы, заряжал арбалет за спиной тёмного. Я взвизгнула:

— Сзади!

Опустив меч на луку, тёмный как-то странно развернулся, метнул нож, и снова обернулся к поскакавшему на него главарю, провернул коня, выставляя меч. Летящий нож звонко срикошетил от лезвия. Вскинутый для удара кулак главаря отлетел в сторону, покатился по камням.

Я тупо смотрела то на него, то на главаря, прижимавшего к покрасневшему животу руку, то на бандита, выдирающего нож, приколовший его ладонь к рукояти арбалета, то на задумчиво озиравшегося тёмного.

Только теперь поняла, что странного было в его движениях: он держал меч в левой руке. Похоже, рана в правом плече ещё болела…

— Господа. — Тёмный оглядел поверженных врагов. — Моей дорогой супруге нужен конь. Надеюсь, вы жаждете подарить этой красавице одно из ваших животных.

— У-ублюдок, — простонал главарь.

— Принимаю это за знак согласия, — тёмный потрепал отбитого им буланого коня по тёмной гриве. — И мне тоже конь не помешает, мой пока на больничном. Не возражаете, если возьму этого красавца? Всё же уроки фехтования дорого стоят…

Взгляды бандитов были бесценны. Особенно главаря. Сплюнув, он пробормотал:

— Хватит измываться. Бери.

— И деньги, — я вскочила. — Пусть отдают деньги.

Тёмный лучезарно улыбнулся:

— А ты просто бандитка с большой дороги.

— Если бы ты знал, сколько я за ремонт квартала должна, ты бы не удивлялся.

— А я ничему не удивляюсь, — он повёл правым плечом, — я для этого уже старый… Так, господа, деньги на бочку.

Господа, то есть бандиты, оказались бедноватыми: пару сотен медяков, тридцать серебряных и ни одного золотого. К предложению пытать их, пока не расскажут, где у них схрон с награбленным, тёмный отнёсся без должного энтузиазма, ещё и денег им на лечение оставить предлагал, так что пришлось ограничиться наличкой, буланым и игреневым конями (гнедого тёмный милостиво оставил хозяину).

Когда моё возмущение гуманностью тёмного улеглось (где-то через полчаса неспешной поездки), поинтересовалась:

— Почему ты не воспользовался магией?

— Магией я бы точно с ними справился, а вот мечом в бое на конях, да ещё левой рукой — тут уверенности не было, решил проверить.

— Знаешь, по-моему, у тебя задатки самоубийцы.

Тёмный рассмеялся:

— Может быть. Но правда в том, что если ты всегда идёшь по самому лёгкому пути, потом рискуешь внезапно обнаружить, что не в состоянии преодолеть даже самое маленькое сопротивление. Посмотри на себя, например.

— А что я?

Он просто смотрел на меня, и я покраснела, отвернулась к шагавшему рядом Скорбному.

— А почему ты так странно назвал коня?

— Не я, хозяин его. Когда у него мать загнали, он плакал, от еды отказывался, вот и дали кличку соответствующую.

— А Ветер?

— У него родители быстрые, я серьёзно отношусь к тренировке выносливости своих коней, сразу дал соответствующее имя.

— Мм… и как он?

— А ты не заметила? — оскорбился тёмный.

Мы подъехали к развилке, на этот раз он повернул вправо. Оглянулась: вдали на тракте темнели несколько точек. Задумчиво уточнила:

— Не боишься, что бандиты нам отомстить попытаются?

— Не боюсь, ожидаю, так что коней меняем при первой возможности. И волосы тебе пора перекрасить. Или вернуть им натуральный цвет.

— А ты тоже перекрасишься? — ядовито уточнила я. — В белый? Рыжий?

— Учитывая, что я могу за себя постоять, в этом нет такой насущной необходимости.

— А если к тебе сзади подкрадутся и по голове треснут?

— Ты такая добрая.

— О тебе беспокоюсь, — я прижала ладонь к груди. — А ты…