Чтение онлайн

– Не волнуйся, друг мой, – сказал испанец, когда они оставили женщин в комнате, в которой тем предстояло вместе спать, и вошли в свою. – Будут еще ночи.

Но тон Мигеля говорил, что распределение по комнатам ему нравится не больше, чем Бренчу.

– У вас с Голубкой все наладилось?

– Я надеялся, со временем… – начал Мигель.

– Хочешь сказать… если у тебя будет целая ночь?

Испанец расплылся в улыбке.

– Si, целая ночь может дать мне все то, к чему я стремлюсь.

Мужчины сменяли друг друга у открытой двери своей комнаты, чтобы не пропустить момента, когда женщины завершат купание. Когда наконец все стихло, Мигель прокрался по коридору к комнате женщин. Он тихонько постучал и позвал Голубку. Когда индианка открыла дверь, Мендоза вытащил ее в коридор и объяснил, что Бренч очень хочет побыть с Дженной наедине, и он не обманывал Голубку.

Понимающе улыбнувшись, Голубка вернулась в комнату и тихонько прикрыла дверь.

– Дженна, это Мигель. Ты не могла бы на минутку оставить нас одних?

– Да, конечно, – Дженна посмотрела на ночную сорочку, которая уже была на ней. – Но куда я пойду в таком виде?

– В комнату Бренча.

Лукавая улыбка индианки объяснила все без слов.

– Понятно. Это была идея Бренча. Голубка, ты не должна этого делать, если…

– Сомневаюсь, что Мигеля пришлось упрашивать. И, – Голубка отвела взгляд в сторону, – по правде говоря…

Дженна кивнула и тут же вздрогнула, ощутив сладкое томление внизу живота.

– Хорошо, если только Маура не узнает.

– Я попрошу Мигеля постучать к вам до рассвета.

Дженна набросила поверх рубашки свободный халат и вышла из комнаты. Она лишь на мгновение встретилась взглядом с Мигелем и тут же, покраснев, опустила глаза. Он улыбнулся и коснулся ее щеки костяшками пальцев.

– Любовь – это самое главное в жизни, chiquita. Никогда не стыдись того, что у тебя на сердце. На земле слишком многие не умеют любить и быть любимыми.

Дженна поблагодарила испанца, чмокнув его в щеку, и поспешила дальше по коридору.

Мужчин устроили в самой дальней комнате. Дверь отворилась так быстро, что Дженне стало ясно: к ее шагам прислушивались. Ни слова не говоря, Бренч увлек ее в комнату и заключил в объятия. После долгого поцелуя он взял Дженну за руку и повел к кровати. На нем были только джинсы. Его волосы были влажными после мытья и сияли в тусклом свете огня, пылавшего в простом кирпичном камине.

Комната была в два раза больше той, где должна была спать Дженна, она занимала весь торец вытянутого здания. Одна ее половина была обставлена как спальня – огромная кровать, гардероб и ящик для белья. Вторую половину занимал письменный стол, заваленный бумагами. Стену украшали сделанная вручную карта-схема местных шахт и несколько рисунков. Пол перед камином закрывал ковер из медвежьей шкуры, на котором стояло большое мягкое кресло и маленький столик. Комната освещалась только пляшущими языками огня в камине.

И улыбкой Бренча.

– Я знала, что ты найдешь способ добиться своего, – дразнящее произнесла Дженна.

– Во всем… – он прижал к себе молодую женщину, уткнулся носом ей в шею и принялся нащупывать кружевной край полы халата, – что касается тебя. Запомни это.

Дженна и пальцем не пошевелила, когда Бренч стянул с ее плеч халат, позволив ему упасть к ногам. Ее голос был низким и хриплым.

– Могу напомнить, что пару раз не получилось по-твоему… и это касалось меня.

– Обязательно было ставить это мне на вид, – прорычал Макколи. Он покусывал ушко любимой, борясь с крошечными пуговицами на ее ночной сорочке. – Скажи, вы, женщины, нарочно повсюду пришиваете эти дьявольские пуговицы, чтобы выводить из терпения нас, мужчин?

Дженна хихикнула и повернулась к нему лицом, чтобы ветретиться с губами Бренча.

– Нет, мы делаем это, чтобы получить больше поцелуев, прежде чем вы добьетесь своего.

– Ах, вот как?

Его руки замерли, потом скользнули по ее бокам. В ту же секунду Дженна почувствовала, что они задирают ее ночную сорочку.

– Но я могу получить что хочу, ничего с тебя не снимая. Дженна выскользнула из объятий Макколи, смеясь.

– Ну уж нет! Если чего-то от меня хочешь, придется отдать столько же, сколько возьмешь.

Макколи бросился к ней, обхватив руками за талию и не давая вырваться. Они повалились на кровать, Бренч оказался сверху.

– Я отдам, женщина. – Он стал целовать Дженну, пока у той не перехватило дыхание. – Я отдам тебе все, что хочешь, а может, даже немножко больше.

Он, теперь уже быстро, снял с женщины ночную сорочку, а с себя джинсы. Его руки и губы, казалось, были повсюду. Дженне чудилось, что ее водоворотом уносит вверх – Бренч начал пробуждать в ней чувственность и наполнять ее горячей страстью, казалось, способной сжечь заживо.

Позже, укутавшись в лоскутное одеяло, они лежали в объятиях друг друга на мягком меховом ковре и обсуждали планы, как поймать в ловушку Слида Хендрикса.

Поцеловав Дженну в макушку, Бренч спросил:

– Что будешь делать, когда все это закончится и ты встретишься с отцом?

– Я еще так далеко не загадывала. Нужно будет поехать домой, узнать, как там мама.

Бренч мог предположить что угодно, но только не то, что она может покинуть Юту.

– А ты, наверное, вернешься в свою шахту, – сказала она.

Мысль о возвращении к тому, что до смерти Слоана было в порядке вещей, принесла Бренчу тревогу и разочарование. Смерть брата не имела к этому никакого отношения. Разве что, по случайному стечению обстоятельств, именно поиски Мендозы способствовали его встрече с Дженной.

Только сейчас Бренч понял, насколько был одинок все это время. Рембрандт дарил ему дружбу и помогал в работе, a May-pa и ее дети позволяли ему чувствовать себя в окружении семьи. Другие свои нужды он удовлетворял в публичном доме Нел, что на улице Диа-Валли. Однако с тех пор как он познакомился с Дженной, ему и в голову не приходило отправиться к проституткам, за исключением короткого мгновения, когда Бренч впервые увидел Голубку. Он хотел Дженну и только Дженну. А после того, что произошло сегодня, он сомневался, что вообще когда-нибудь захочет какую-либо женщину, кроме нее.

О такой страстной любовнице мог мечтать любой мужчина. И она заставляла его смеяться. Она делала его счастливым. Бренча поражало, что он понимает, как сильно ему нужна Дженна, как он ее любит, и при этом не паникует. Он боялся только одного: что она не захочет разделить с ним будущее.

– Будущее, – пробормотал он себе под нос. – Я давно уже не заглядывал дальше завтрашнего дня.

– У тебя наверняка есть мечты, что-то, чего ты всегда хотел.

Было время, когда ему отчаянно хотелось, чтобы какая-нибудь женщина полюбила его, разделила с ним жизнь и родила ему детей. Лилибет разбила эту мечту. Были и другие, но он тоже похоронил их в Пенсильвании. Бренч горько усмехнулся, подумав, каким наивным был все то долгое время, пока состоял в «Молли Магвайрс».