Чтение онлайн

Здесь уже предположено существование «общего уровня прибыли» между различными сферами производства, между «отдельными отраслями приложения капитала». А между тем сперва следовало рассмотреть, как устанавливается общий уровень цен в одной и той же отрасли приложения капитала и общий уровень прибыли между различными отраслями его приложения. Рикардо увидел бы тогда, что последняя операция уже предполагает непрерывные странствования капитала, или определяемое конкуренцией распределение всего общественного капитала между различными сферами его приложения. Раз предположено, что в различных сферах рыночные стоимости, или средние рыночные цены, сведены к ценам издержек, приносящим одну и ту же среднюю норму прибыли {однако это имеет место лишь в таких сферах производства, где нет вмешательства земельной собственности; в тех сферах, где это вмешательство налицо, конкуренция внутри этих сфер может привести цены к стоимости и стоимость к рыночной стоимости, но не может снизить последнюю до цены издержек}, — раз это предположено, то более или менее постоянные отклонения рыночной цены вверх или вниз — от цены издержек, происходящие в тех или иных особых сферах, будут вызывать новое перемещение и новое распределение общественного капитала. Первое перемещение происходит для установления отличающихся от стоимостей цен издержек; второе — для уравнивания действительных рыночных цен с ценами издержек, поскольку рыночные цены поднимаются выше или падают ниже цен издержек. Первое перемещение есть превращение стоимостей в цены издержек. Второе есть вращение действительных, [546] случайных рыночных цен в различных сферах вокруг цены издержек, которая выступает теперь как «естественная цена», хотя она отличается от стоимости и представляет собой всего лишь результат общественного действия.

Именно это последнее, более поверхностное движение и рассматривает Рикардо, бессознательно смешивая его подчас с другим движением. Оба эти движения вызываются, конечно, «одним и тем же принципом», а именно тем принципом, что

«каждый человек волен вкладывать свой капитал куда ему угодно… Он, естественно, будет искать для своего капитала наиболее выгодного помещения; он, само собой разумеется, не удовлетворится прибылью в 10 %, если, вложив свой капитал в другое дело, он может получить прибыль в 15 %. Это неугомонное стремление всех капиталистов оставлять менее прибыльное дело ради более выгодного создает сильную тенденцию к выравниванию нормы прибылей у всех или к фиксации их в таких пропорциях, которые, по мнению заинтересованных сторон, уравновешивают действительные или кажущиеся преимущества одних перед другими» (стр. 81) [Русский перевод, том I, стр. 81].

Тенденция эта приводит к тому, что совокупная масса общественного рабочего времени, соответственно общественной потребности, распределяется между различными сферами производства. Вместе с тем стоимости в различных сферах превращаются благодаря этому в цены издержек, а с другой стороны, в отдельных сферах выравниваются отклонения действительных цен от цен издержек.

Все это ведет свое начало от А. Смита. Рикардо сам говорит:

«Ни один писатель не показал так удовлетворительно и дельно, как д-р Смит, тенденцию капитала покидать те отрасли приложения, в которых произведенные товары не покрывают своими ценами всех издержек по их производству и доставке на рынок, включая и обычную прибыль» (следовательно, не покрывают цен издержек) (стр. 342, примечание) [Русский перевод, том I, стр. 240].

Заслуга Рикардо, промах которого вообще проистекает из того, что он здесь некритичен по отношению к А. Смиту, состоит в том, что он точнее определяет эту миграцию капитала из одной сферы в другую, или, лучше сказать, самый способ этого перемещения. Но это он мог сделать только потому, что в его время кредитная система была более развита, чем во времена Смита. Рикардо говорит:

«Очень трудно, быть может, проследить те пути, какими совершается эта перемена; по всей вероятности, она совершается таким образом, что тот или иной фабрикант не абсолютно меняет свое дело, а только уменьшает размеры капитала, вложенного им в свое предприятие. Во всех богатых странах существует известное число людей, образующих так называемый класс денежных людей {56} ; эти люди не занимаются никакой промышленной или торговой деятельностью, а живут на проценты со своих денег, которые они употребляют на учет векселей или на выдачу ссуд более предприимчивой части общества. Банкиры тоже применяют большой капитал для подобного рода операций. Применяемый таким способом капитал образует оборотный капитал больших размеров, которым в большей или меньшей степени пользуются все отрасли промышленности и торговли страны. Нет, пожалуй, такого фабриканта, как бы богат он ни был, который ограничивал бы свое дело теми размерами, какие допускают одни его собственные средства: он постоянно пользуется той или иной частью этого оборотного капитала, которая увеличивается или уменьшается в зависимости от интенсивности спроса на его товары. Когда увеличивается спрос на шелк и уменьшается спрос на сукно, фабрикант сукна не переходит со своим капиталом в шелковую промышленность, а увольняет часть своих рабочих и перестает делать займы у банкиров и у денежных людей; между тем как у фабриканта шелка происходит обратное: он теперь занимает больше денег, и таким способом капитал перемещается из одной отрасли в другую без необходимости для фабриканта прекращать свое обычное дело. Когда мы посмотрим на рынки большого города, мы увидим, как регулярно они снабжаются отечественными и иностранными товарами в требуемом количестве при всех условиях меняющегося спроса, зависящего от прихотей вкуса или от изменения в численности населения, и как редко происходит переполнение рынка от слишком изобильного предложения или возникает непомерная дороговизна от недостаточности предложения по сравнению со спросом, и мы должны будем признать, что принцип, регулирующий распределение капитала между всеми отраслями промышленности и торговли в требуемых размерах, является более действенным, чем это обыкновенно полагают» (стр. 81–82) [Русский перевод, том I, стр. 81–82].

Таким образом, кредит и есть тот фактор, который предоставляет капитал всего класса капиталистов в распоряжение каждой сферы производства не в соответствии с суммой собственного капитала капиталистов этой сферы, а в соответствии с потребностями их производства, — тогда как в конкуренции отдельный капитал выступает самостоятельно по отношению к другому. Этот кредит является как результатом, так и условием капиталистического производства, и это дает нам прекрасный переход от конкуренции капиталов к капиталу как кредиту.

В начале главы 4-й Рикардо говорит, что под «естественной ценой» он понимает «стоимость» товаров, т. е. цену, определяемую их относительным рабочим временем, а под «рыночной ценой» — случайные и временные отклонения от этой «естественной цены», отождествляемой со «стоимостью». [547] Но на всем дальнейшем протяжении главы — и притом даже в совершенно определенных выражениях — он под «естественной ценой» понимает нечто совсем другое, а именно цену издержек, отличающуюся от стоимости. Поэтому, вместо того чтобы показать, как конкуренция превращает стоимости в цены издержек и, следовательно, создает постоянные отклонения от стоимостей, он излагает по А. Смиту, как конкуренция сводит к ценам издержек существующие в различных, взаимодействующих друг с другом, отраслях производства рыночные цены. Так, в начале главы 4-й говорится следующее:

«Если мы принимаем труд за основу стоимости товаров, а сравнительное количество труда, необходимое для их производства, за меру, определяющую соответственные количества товаров, которые должны быть даны в обмен друг на друга, то из этого еще не следует, что мы отрицаем случайные и временные отклонения фактической, или рыночной, цены товаров от этой их первичной и естественной цены» (стр. 80) [Русский перевод, том I, стр. 81].

Здесь, следовательно, «естественная цена» отождествляется со стоимостью, а рыночная цена выражает не что иное, как отклонение фактической цены от стоимости.

Напротив:

«Предположим, что все товары продаются по своей естественной, цене и, следовательно, что нормы прибыли на капитал во всех отраслях совершенно одинаковы или же разнятся между собой лишь настолько, насколько эта разница, по мнению заинтересованных сторон, уравновешивается какой-либо действительной или воображаемой выгодой, которой они обладают или от которой они отказываются» (стр. 83) [Русский перевод, том I, стр. 83].

Здесь, следовательно, «естественная цена» отождествляется с ценой издержек, т. е. с той ценой, при которой отношение прибыли к затратам, заключающимся в товаре, одно и то же несмотря на то, что равные стоимости товаров, произведенных капиталами в различных отраслях, содержат весьма неравные прибавочные стоимости, а значит и неравные прибыли. Для того чтобы приносить одну и ту же прибыль, цена, следовательно, должна отличаться от стоимости товара. С другой стороны, равновеликие капиталы производят товары весьма неравной стоимости в зависимости от того, большая или меньшая часть основного капитала входит в товар. Но об этом — при рассмотрении обращения капиталов.

Вот почему под выравнивающим действием конкуренции Рикардо понимает всего лишь колебание фактических цен, или фактических рыночных цен, вокруг цены издержек, или «естественной цены», как отличающейся от стоимости, — сведение рыночных цен в различных отраслях к общим ценам издержек, т. е. именно к тем ценам, которые отличаются от действительных стоимостей в той или другой отрасли производства:

«Таким образом, стремление каждого капиталиста извлекать свои фонды из менее прибыльного дела и помещать их в более прибыльное дело не позволяет рыночной цене товаров надолго оставаться или много выше или много ниже их естественной цены. Как раз эта конкуренция так регулирует меновые стоимости» {а также и различные действительные стоимости} «товаров, что после выдачи заработной платы за труд, необходимый для их производства, и покрытия всех прочих издержек, требующихся для того, чтобы применяемый капитал восстановил свою первоначальную эффективность, остаток стоимости, или избыток ее, будет в каждой отрасли пропорционален стоимости затраченного капитала» (стр. 84) [Русский перевод, том I, стр. 83].

Это совершенно верно. Конкуренция регулирует цены в различных отраслях таким образом, что остаток стоимости, или избыток ее, т. е. прибыль, соответствует стоимости затраченного капитала, а не действительной стоимости товара, не действительному избытку стоимости, который содержится в товаре после вычета издержек. Для осуществления этого регулирования цена одного товара должна подняться выше, а цена другого — опуститься ниже их соответственных действительных стоимостей. Конкуренция заставляет рыночные цены в различных отраслях производства вращаться не вокруг стоимости товаров, а вокруг их цены издержек, т. е. вокруг содержащихся в товарах издержек плюс общая норма прибыли. Рикардо продолжает: