Собрание сочинений в 4 томах. Том 2
Шрифт:
Входит Дятлов.
Дятлов(в изумлении и гневе). Кто придумал? Кто научил? Кто допер до этого безобразия?
Кузьмич с Проней мнутся.
Дятлов. Вы ковер стелили?
Проня. Мы.
Дятлов. Для кого вы его стелили?
Проня. Мы не знаем… Мы чернорабочие.
Дятлов. Где Ипполит?
Проня. Какой Ипполит?
Дятлов. Ипполит — Инженер Сестрорецкий… Найдите.
Проня(рад). Сестрорецкий… ну как же, знаем… при входе он. Минутой. (Убегает.)
Дятлов. Чего стоишь? Убирай!
Кузьмич (хитровато). Э-э, не-ет. Один с ним не управишься.
Дятлов. А я на что?! Помогу. Давай-ка.
Кузьмич. Не советовал бы…
Дятлов. Почему это?
Кузьмич. Боюсь, все равно увидит. Что ковер стелили — один раз дураки. А что при нем же убирать будем — дураки дважды. Давай, как желаешь.
Входит Ипполит, за ним — Проня.
Дятлов. Ипполит, ты понимаешь, какая петрушка?
Ипполит(несколько отсутствующе). Глупо, но факт.
Дятлов(рассердился. Проне). Ты, смышленый, ну-ка скажи, кто этот ковер вам удружил?
Проня(Кузьмичу). Где же мы его взяли? Кажется, у Сухожилова. Ну да, у Сухожилова.
Дятлов. А кто такой Сухожилов?
Ипполит. Мой лучший мастер. (Зовет.) Дермидонт!
Входит Сухожилов.
Дятлов. Ты, мастер, ковер стелил?
Сухожилов(оценивши ситуацию). Не я…
Ипполит. Не он.
Сухожилов. Был в цеху разговор, что надо бы… в знак любви и уважения. А вообще, кто же приказал… никто.
Дятлов(досада). Откуда он взялся, этот ковер, черт его возьми!
Сухожилов. От старого режима остался.
Дятлов. Сам ты от старого режима остался. Это мне ясно как день…
Проня(Кузьмичу). Остер… бритва.
Кузьмич. Чекист… видно.
Дятлов(продолжает). Я вашего брата знаю… с таких вот (показал) за шкаликами вам бегал.
Сухожилов. Бегал не мне. На всех не распространяй.
Ипполит. Чушь… но факт остается фактом.
Дятлов. Калякаем… давно бы убрали. Давайте-ка.
Вдали раздаются крики «ура». Кузьмич и Проня убегают, уходит Сухожилов, снимая картуз.
(В смятении.) Идет…
Ипполит. С кем он, а?
Дятлов. Мария Ильинична Ульянова. Младшая сестра. Ответственный секретарь газеты «Правда».
Ипполит. Ах вот оно что… «Правда» про наш завод восторженно писала. Ты читал?
Дятлов(не слышит). Идет… по ковру идет.
Входят Ленин, Мария Ильинична, множество рабочих.
Ленин(смеясь так, что говорит с паузами). Маша, ты видишь… думали или нет царские жандармы, когда вели тебя в тюрьму… что ты с этой помпезностью… по ковру!
Мария Ильинична(так же весело). Володя, но это очень нелепо.
Ленин. Конечно, нелепо. Ужасно нелепо и архиглупо. И все же это — мы! Русь-матушка! Что с нас взять! (Удивленно и с удовольствием.) Дятлов, вы? Здравствуйте, батенька, куда исчезли, почему не показываетесь? Неужели это ваша затея? Смотрите, плохо вам будет. Вот Мария Ильинична возьмет и пропечатает вас в «Правде» с басней Демьяна Бедного, и оскандалитесь во всероссийском масштабе.
Дятлов. Владимир Ильич, как можно, чтобы я… Сам хочу найти виновника.
Ленин. Виновника?.. Да вот они — виновники! По-моему, никто не возражал, значит, все виновники. А кто придумал — любопытно. (Легко.) Кто же?
Молчание.
Впрочем, не стоит выяснять. Ковер этот надо отдать в детский дом. Дети с удовольствием на нем будут кувыркаться.
Сухожилов(истово). Я ковер выстелил.
Ленин. Так, простите, я и подумал.
Мария Ильинична(Сухожилову). Зачем же вы это?..
Сухожилов. Владимир Ильич — не из простых смертных. Он вождь всего трудового мира. Выше его — кто? Никто.
Ленин. Кто? Калинин!
Сухожилов(изумлен). Неужели?
Ленин. Вот видите, не знали… Опять ошибка.
Голос из цеха. Мастер! Сухожилов! Дермидонт Евдокимович!
Ипполит. Владимир Ильич! Мастер должен подойти к мартену.
Сухожилов уходит.
Ленин. Пожалуйста, пожалуйста. (Всматривается в Ипполита). Погодите-ка… (Лукавство.) Я что-то вспоминаю. Что же вы молчите, Федор?
Дятлов. Неловко приставать с сентиментальными воспоминаниями.
Ленин. Чудак. Октябрь, по-вашему, сентиментальное воспоминание?