Чтение онлайн

А у любящих земное вся жизнь проходит в суетной надежде. И чем в большем избытке богатство, тем более увеличивает оно страх смертный, ибо памятование о смерти, живя внутри них, причиняет скорбь в зависимости от чувствительности каждого. Но (скорбят они) не к усовершенствованию их целомудрия и благоразумия, правдивости и мужества, не к возбуждению мысли о геенне и о правосудии Божием, — нет, они, не зная, чем помочь себе, плачут о своем богатстве и говорят: «Кто по нашей кончине будет владеть таким имением. Ведь и царям приятно знать, кто после них будет владеть царством! Кто возобладает этим золотом и серебром? Кто после будет пользоваться таким множеством золотых вещей? Кому поступят в наследство тканые золотом и шелковые одежды, разноцветные и дорогие покрывала? Кто будет ездить на златоуздных и избранных конях? Кого при выходах будет сопровождать множество слуг, собранных из разных народов? Кто поселится в башнях и столовых, которые с таким тщанием украсил я мрамором, в которых пол выстлан из разноцветных камней и потолок раззолочен? На кого после этого будут работать хлебники и виночерпии? Кому будут предстоять с услугами евнухи? Кто будет возлежать на среброкованных ложах, украшения для которых вывезены из Индии? Кто будет получать плоды, и отстоенное вино, и начатки садов моих? Кому достанутся ожерелья и золотые поясы? Кто будет владетелем оружейных, колесниц и коней, приобученных к дороге и к военному строю? Кого будут звать своим господином домашние слуги? Кто будет умащаться благовонием мазей? Кому достанутся и псы, и ловчие, и птицы, служащие на охоте? Кому пастухи мои принесут начатки? Кто станет собирать подати?» И когда человек, увлекаемый помыслом в разные стороны, не находит исхода к разрешению, после многих воздыханий возвращается он снова к попечению о доме, не принимая на себя труда уготовить сокровище на небе. Когда же примет конец все для него вожделенное, — и довольство плодов, и обилие доходов, и плодородие скота, и знатный чин, и доблестные подвиги в войне со врагами, — тогда возродившаяся мысль о смерти возмутит сердце. А если члены согбены глубокой старостью и не могут уже служить неприличным и запрещенным удовольствиям, то самая жизнь делается ему противной.

Если же кто жесток, свиреп и высокомерен, и в избытке покоя и благоденствия почитает себя весьма далеким от мысли о смерти, то через это не становится он вне опасности смертной, — ибо подобен больному, который притворяется здоровым и употребляет в пищу противное его недугу, думая тем преодолеть болезнь. Но от этого страдание не облегчается, потому что болезнь, усилившись в членах, и против его воли уверит, что страдание выше его сил. Как скоро таковой увидит, что кто-нибудь из единоплеменных внезапно похищен смертью от разных припадков, тогда невольно убедится, что и на него придет смертный приговор.

Если же кто молод или недавно вступил в брак, то и в этом случае пришедшая мысль о смерти (даже) к приятнейшим ощущениям примешает скорби. Как скоро увидит любимое лицо супруги, тотчас непременно придет в него и страх разлуки, а если услышит сладчайший голос, представит, что некогда уже не будет его слышать. И когда мог увеселяться зрением красоты, тогда наиболее начнет трепетать от ожидаемого плача, размышляя, что красота эта утратится, а вместо видимого теперь останутся отвратительные кости, уже не имеющее ни следа, ни напоминания, ни остатка настоящей красоты. И если все это и подобное тому представит в уме, то будет ли жив в веселии? Положится ли (понадеется ли) на настоящее, как на что-то полезное и постоянное? Не явно ли, что потеряет расположение и доверие к жизни, как к сонным обольщениям, смотря на видимое, как на что-то чуждое? Нерадивые и небрежные, будучи омрачены греховным обольщением, при возрастающем числе дней жизни их думают ещё, что далеки они от часа смертного, нимало не заботясь о своем исшествии. Напротив, назначают себе многие годы и продолжительную жизнь. Но они подобны путникам, идущим ночью впотьмах, которые думают, что они далеко от находящейся впереди стремнины и пропасти, пока, упав, не решат своих сомнений действительным опытом.

Потому, кто чистым душевным оком взирает на обольщения этой жизни и стал выше заботящихся о здешнем, тот, без сомнения, поймет, что ест ли он, пьет ли, спит ли, трудится ли, рассеивает ли себя, — всякий день и час природа приближает его к старости и к концу временной жизни. Потому, презирая все как уметы (неводы), постарается освободиться от пристрастия к жизни, чтобы не иметь никакого общения с тем, что в человеческой жизни есть худого.

Итак, кто имеет в виду добродетельную жизнь, обогащает себя добродетелью, которой не ограничивается никакой человеческий предел, тот может ли без сокрушения и слез проходить настоящую жизнь? Не преклонится ли своей душой к пресмыкающемуся по земле и попираемому ногами? Станет ли ещё дивиться земному богатству или человеческому могуществу, или чему иному, чего домогаются люди по неразумию? — Кто пристрастен ещё к подобным вещам, тот да будет вне подобного лика (собрания), и не о нем у нас слово. Но кто мудрствует горнее и воспаряет мыслью к Богу, тот, без сомнения, выше подобных вещей и всеми силами стремится во след добродетели, потому что в мире нет ничего досточестнее её. Она делает людей друзьями Божиими. Все золото в глазах её то же, что несколько песчинок, и серебро вменяется ей в прах. От злострадания она не увядает; немощь её не омрачает. Страшная для всех смерть не страшна преуспевшим в добродетели, потому что с дерзновением воскликнут они с апостолом, сказавшим: желание имый разрешитися, и со Христом быти (Флп. 1:23). Ему слава во веки веков! Аминь.

Вопрос: Что значат слова Писания: Ничтоже бо внесохом в мире сей, яве, яко ниже изнести что можем (1 Тим. 6:7)?

Ответ: Думаю, что этим выражается следующее: Ничтоже бо внесохом в мир сей… ниже изнести что можем, — потому что все принадлежит Создателю, а мы — пресельники и пришлецы (Пс. 38:13). Если есть у кого богатство в руках и достаток, то не полновластный он господин его, а только приставник, ибо получил его от другого, а после него опять оно перейдет в наследство другому, по повелению Создателя. Потому надлежит исповедовать милость Давшего.

Зная это, мудрые приставники не вознерадеют о деле правды, желая сподобиться оного ублажения. Господь говорит: Блажен раб той, егоже, пришед господин его, обрящет тако творяща. Аминь глаголю вам, яко над всем имением своим поставит его (Мф. 24:46–47), — за то, что устроил словеса своя на суде, потому в век не подвижится. А Святой Дух говорит: Благ муж, щедря и дая: устроит словеса своя на суде, яко в веке не подвижится. В память вечную будет праведник. От слуха зла не убоится: готово сердце его уповати на Господа. Утвердися сердце его, не убоится, дондеже воззрит на враги своя. Расточи, даде убогим, правда его пребывает в век века: рог его вознесется в славе. Грешник узрит и прогневается, зубы своими поскрежещет и растает. Желание грешника погибнет (Пс. 111:5–10), Праведник же в память вечную будет и от слуха зла не убоится. Какой это злой слух? Думаю такой: да возмется нечестивый, да не видит славы Господни (Ис. 26:10). Связавше ему руце и нозе… вверзите непотребного раба во тму кромешнюю (Мф. 22:13). Идите от Мене проклятии в огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его (Мф. 25:41). Праведник же вместо сего услышит: добре, рабе благий и верный, о мале был еси верен, над многими тя поставлю: вниди в радость Господа твоего (Мф. 25:23). Потому Господь, Податель благ, повелел не иметь пристрастия к житейскому, сказав так: Никтоже может двема господинома работати… Не можете Богу работами и мамоне (Мф. 6:24). Не скрывайте себе сокровищ на земли, идеже червь и тля тлит, и идеже татие подкапывают и крадут (Мф. 6:19). Идеже бо есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6:21). И ещё говорит: Продадите имения ваша и дадите милостыню. Сотворите себе влагалища неветшающа, сокровище неоскудеемо на небесех (Лк. 12:33). И ещё: И Аз вам глаголю: сотворите себе други от мамоны неправды, да, егда оскудеете, приимут вы в вечныя кровы (Лк. 16:9). Надеющийся на силу свою и о множестве богатства своего хвалящийся (Пс. 48:7), яко человецы умирают, и яко един от князей падают, потому что не сохранили приверженности ко Господу (Пс. 81:7). Терпящие же Его, наследят землю, ибо слово в них и свет, и соль, и сила, по изречению Господа: Вы есте соль земли… и свет мира (Мф. 5:13–14).

Потому и мир стоит доныне, что имеет в себе сию соль и сие светило. Из рода в род есть служащие Господу, иначе и мир не стоял бы. Аще же, сказано, соль обуяет, чим осолится; ни вочтоже будет ктому, точию да изсыпана будет вон и попираема человеки (Мф. 5:13). Поскольку в Содоме не нашлось таковых людей, кроме единого, то город погиб в одно мгновение. Но пока был ещё с ними праведник, то Всемогущая рука не посылала на них гнева до тех пор, как не взяла из среды их. Потому блаженна страна, блажен город, блаженно поколение, в которых много праведных. Гораздо блаженнее сами праведники, через которых спасается мир, потому что ублажения и похвалы (Господу) соблюдаются праведным.

Итак, отложив дела, несвойственные праведности, поревнуем житию праведных, чтобы с ними наследовать нам похвалы, став светом, и солью, и градом Великого Царя, да будет Он нашей похвалой, яко в руце Его концы земли (Пс. 92:4). Он, по слову Псалмопевца, дает снег Свой, яко волну, мглу, яко пепел, посыпающаго, метающаго голоть Свой, яко хлебы. Противу лица мраза Его кто постоит? Послет слово Свое, и истает я: дхнет дух Его, и потекут воды (Пс. 147:5–7). Тогда земля, благоухая для зрения, облекается по Божию повелению в свое благолепие и услаждает зрителей, будто она с дорогими камнями позлащенный сосуд; порхающие птицы, услаждаясь ясностью воздуха, выводят стройные звуки; скачут четвероногие по долинам, потому что долины пустынные покрылись злаком, и восхищенные пастухи радуются дарам Господним. Реки после бурного и неумеренного стремления вод, протекая безмолвно, увеселяют наводняемые ими места, и рыбы играют при солнечном сиянии; дерева, лишенные дотоле листьев, одеваются цветами и при обилии плодов стоят, украшенные листьями. Горы, и холмы, и долины, и вся земля, пестрея цветами, возвещают славу Господню, потому что Господь, как невесту, облек землю в убранство. И мы, сыны человеческие, сложив с себя зимнюю угрюмость, веселимся, насладившись благорастворением воздуха и обилием плодов. Так сотворим и мы плоды правды, благоприятное Господу, чтобы иметь нам дерзновение сказать Создателю: возвеселится Господь о делех Своих (Пс. 103:31). Ибо Господь, действительно, веселится о делающих правду.

Итак, никто да не превозносится суетной мудростью, или силой, или богатством, потому что все посохнет, как трава. Хваляйся, о Господе да хвалится (1 Кор. 1:31). Что выше или досточестнее у людей царской диадемы? И она не век на главе у человека, потому что род за родом переходит с одной главы на другую. Что же есть у царя такого, что не Богом дано? Не Сам ли Господь сотворил небо, и землю, и все, что на них? Не Сам ли создал воду, на которой основал землю? Чем же таким владеет царь, что дано не Господом, Который властвует над телами, и оружием, и сокровищами? Но скажи, Кто же сотворил все, Кто размножает живых тварей через чадородие, обилие потребного, которым пользуются, и умение изготовлять оружие? Не Сам ли Господь, животворящий все? Кто рудокопам в рудокопнях запасает руды? Не Сам ли Господь? Кто взором приводит в колебание землю, как лист или прут, плавающий на воде? Не Сам ли Господь? И как ни легко все в очах Его, однако ж от колебания земли смутятся и возболезнуют обитающие на ней. Если же и все у нас есть, — и золото, и серебро, и одежда, и слуги, и служанки, и стада волов, овец, коней и верблюдов, но не велит Он воссиять солнцу, — все вменится ни во что. Мудрый объюродеет, сильный изнеможет, богатый обнищает.

Итак, справедливо будет признаться, что никто ничего не имеет у себя, но все принадлежит Создателю. Мы же знаем немощь свою. И как сами, смотря на остов или череп прежде усопших, воздыхаем, так и те, кто будут после нас, увидев наши кости, примут печальный вид, — ибо все мы, сыны человеческие, составлены из той же персти.

Братия, возлюбленные Господом, смирим души свои под крепкую руку Божию, чтобы возвысил нас Бог во время посещения. Возненавидим тщеславие и высокомерие, которое неразумно; будем бегать гордыни, потому что Бог ей противится. Возлюбим смирение, чтобы, когда соделаемся кроткими, Господь научил нас путям Своим. Сколь многие властвовали во вселенной от сложения мира, — и все почивают под грудой земли, и никакого нет различия между костями царя и пленника, владетеля златоуздой колесницы и ходившего на собственных своих ногах, питавшегося роскошно и жившего в нищете, благообразного и безобразного, истребителя и истребленного. Но все спят под грудой земли, пока не вострубит святая труба, которая пробудит мертвецов от начала века, да приимет кийждо, яже с телом содела или блага, или зла (2 Кор. 5:10). Великое чудо, братия, видеть вдруг гробы, отверстые по гласу трубы, пробужденных мертвецов и всех, почивших от Адама до оного часа, восстающих вместе в одно неуловимое мгновение ока; видеть Ангелов, которые носятся с громогласной трубой и собирают праведников от четырех ветр, от конец небес до конец их (Мф. 24:31). Оный глас оживотворит всех: от первого до последнего, и никто из людей не останется не оживотворенным, но одни воскреснут в воскрешение живота, а другие — в воскрешение Суда (Ин. 5:29).

Слыша же о воскресении мертвых, не усомнимся в этом, христолюбивые братия. Все возможно Богу, и ничего нет для Него невозможного. Вверженных в огненную пещь и как в гробе сокрытых, в пламени сохранил Он невредимыми; не только волос их не опалился, но даже не осталось на них вони с таким усилием возгнетенного пламени. Так и мертвые восстанут нетленными, и не только волос не потерпит утраты, но не окажется в них и вони тления после столь продолжительного времени от их успения. Все возможно Богу, и ничего нет для Него невозможного. Послушай же, что говорит и пророк Иезекииль: И бысть на мне рука Господня, и изведе мя в Дусе Господни, и постави мя среде поля, се же бяше полно костей человеческих, и обведе мя окрест их около, и се многи зело на лицы поля, и се сухи зело. И рече ко мне: сыне человечь… прорцы на кости сия, и речеши им: кости сухия, слышите слово Господне. Се глаголет Адонаи Господь костем сим: се, Аз введу в вас дух животен и дам на вас жилы, и возведу на вас плоть, и простру по вам кожу, и дам Дух Мой в вас, и оживете, и увесте, яко Аз есмь Господь. И прорекох, якоже заповеда ми Господь, и бысть глас внегда ми пророчествовати, и се трус, и совокупляхуся кости, кость… к составу своему. И видех, и се быша им жилы, и плоть растяше… и протяжеся им кожа верху, духа же не бяше в них. И рече ко мне: прорцыо дусе, прорцы, сыне человечь, и рцы духови, сия глаголет Адонаи Господь: от четырех ветров прииди душе, и вдуни на мертвыя сия, и да оживут. И прорекох, яко же повеле ми, и вниде в ня дух жизни, и ожиша: и сташа на ногах своих, собор мног зело. И рече Господь ко мне, глаголя: сын человечь, сия кости весь дом Израилев есть, тии бо глаголют, сухи быша кости наша, погибе надежда наша, убиени бехом. Того ради прорцы и рцы к ним, сия глаголет Адонаи Господь: се Аз отверзу гробы ваша, и изведу вас от гроб ваших… и введу вас в землю Израилеву. И увесте, яко Аз есмь Господь, внегда отверсты Мне гробы вашя, еже возвести ми вас от гробов ваших, людие мои: и дам Дух Мой в вас, и живи будете. И поставлю вы на земли вашей, и увесте, яко Аз Господь: глаголах, и сотворю, глаголет Адонаи Господь (Иез. 37:1–14).