Чтение онлайн

Но не так поступил Фома. Как же? Послушай, что воспевает он с Давидом: Гласом моим ко Господу воззвах, гласом моим к Богу, и внят ми (Пс. 76:2). Чему же внял? Тому, чего с неверием взыскал и, не изнемогши, достиг. В день скорби моея (очевидно, в день колебания в мыслях) Бога взысках, желая узнать, точно ли: как хлебы умножались, вода прелагалась и рыбы добровольно давались на уду, — так и смерть ясно показывает и свидетельствует, что Ты Бог и по смерти, которую пригвоздил плотию; …отвержеся утешитися душа моя. Помянух Бога и возвеселихся (Пс. 76:3–4). Видишь, какая высота заключена в словах пророческих и в догматах апостольского богословия. Гласом моим ко Господу воззвах, гласом моим к Богу, и внят ми. Не сказал только к Богу. Когда же Фома взывал к Нему гласом? Когда апостолы сказали: видехом Господа, — и он в недоумении отвечал: еще не вижу на руку Его язвы гвоздинныя, и вложу… руку мою в ребра Его, не иму веры (Ин. 20:25); а потом через несколько дней явился ему Христос и сказал: принеси перст твой семо и виждь руце Мои… и не буди неверен, но верен (Ин. 20:27); он же в изумлении громогласно отвечал… Господь мой и Бог мой (Ин. 20:28); и Христос не отверг сего слова, но с радостью принял оное, почему и трость пророчественная присовокупила: и внят ми. Каким же образом внял Он? Приступи и научись. Господь внял, что ученик колеблется, проповедник недоумевает, апостол сомневается. Выслушай же и упрек. Какой же? Желая дать почувствовать ученику и озарить светом нас, Господь присовокупил: …яко видев Мя, веровал еси: блажени не видевшии и веровавше (Ин. 20:29). Но Фома не умолкает; какое же оправдание принес он на сделанный ему упрек? Сам Иоанн не говорит сего, правда, но Давид не захотел утаить, а, напротив того, ясным гласом возвещает, потому что дух пророческий пророком повинуется (1 Кор. 14:32). Какое же это оправдание? В день скорби моея Бога взысках рукама моима, нощию пред Ним, и не прельщен бых (Пс. 76:3). Не изъявляй, — говорит, — негодования, Царь, не гневайся, Избавитель, не раздражайся, Владыка. В день скорби моея Бога взысках. Сжалось у меня сердце, изнемог ум, оскудел рассудок, смутили меня речи фарисеев, привели в замешательство слова книжников, затмило веру мою предательство Пилатово, смутили мужество мое речи воинов, подкупленных деньгами. Какие же речи? Ученицы Его нощию пришедше укродоша Его, нам спящым (Мф. 28:13). При сем оскудел у меня рассудок, сжалось сердце; но день скорби стал днем веселия. Посему говорит в день скорби моея, не просто скорби, но скорби моея. Ибо жены возвеселились, по принесении мира; Петр же и Иоанн, увидев ризы, необходимо возликовали; и прочий собор апостолов, сподобившись лицезрения Твоего, не только возрадовались, но и со тщанием взыграли, восскакали; взыграли таинственно, восскакали духовно. А я был в скорби, потому что не сподобился ничего подобного сказанному. Впрочем, и при всем этом не всецело предался я заблуждению, но в день скорби моея взысках Тебя, Бога моего. И когда ученики сказали: видехом Господа, устыдился сказать им: вы видели Того, о Ком фарисеи говорят, яко ученицы Его нощию пришедше украдоша Его, нам спящым; я не сказал им этого, но Тебя, Бога моего взысках. Не сказал им: что мне и Распятому? Прободенного не называю Избавителем, пострадавшего плотию не могу наименовать Богом, — но взысках Тебя руками моима, сказав: аще не вложу руку мою в ребра Его, не иму веры. Итак, Тебя, Бога моего, взысках рукама моима нощию пред Богом и не прельщен бых, потому что Кого искал, Того нашел ещё большим; Кого вожделевал, Того осязал ещё светоноснейшим. Нашел поражение не пораженным; видел язву, и не было в ней тления; осязал следы язв, и оказалось нетление. Отвержеся утешитися душа моя. Когда же это? Когда слышал поругание иудеев. Но помянух Бога, возвеселихся. Как скоро вложил персты в живоносные язвы, помянул, что воплотившийся есть Бог, помянул — и, возвеселившись, стал богословствовать сугубо; не сказал только: Господь, или только Бог, но Господь мой и Бог мой. К Нему, говорит, желаю возвести богословие, о Ком сказал Моисей: Сей Господь Бог твой, Бог богов и Господь господей (Втор. 10:17). К Нему желаю возвести богословие, на Кого указывал нам пророчественною тростию Осия: Обратися, Израилю, ко Господу Богу твоему, зане изнемогл еси в неправдах твоих. Возмите с собою словеса и обратитеся ко Господу Богу вашему (Ос. 14:2–3). К Нему желаю возвести богословие, о Ком в пророчествах проповедал Амос следующее: …сия глаголет Господь Бог Вседержитель: на всех стогнах… плачь, на всех путех речется: увы люте, увы люте! (Ам. 5:16). К Нему желаю возвести богословие, Кому превосходный пророк и богослов Иоиль вострубил так: …обратитеся ко Господу Богу вашему: яко милостив и щедр есть, долготерпелив и многомилостив и раскаявайся о злобах (Иоил. 2:13). К Нему желаю возвести богословие, Кому Иона воспевал в китовом чреве: возопих в скорби моей ко Господу Богу моему (Иона 2:3). К нему желаю возвести богословие, о Ком давал разуметь Авдий, сказав: сия глаголет Господь Бог Идумеи: слух слышах от Господа, известие во языки посла (Авд. 1:1). К Нему желаю возвести богословие, как величайший пророк Аввакум, и сам за много родов подобно богословствуя о Христе, провещал: Неси ли Ты искони, Господи Боже, Святый мой; и не умрем (Авв. 1:12). А после него и вместе с ним в начале изображает Иоанн: В начале бе Слово, и Слово бе к Богу, и Бог бе Слово (Ин. 1:1). Господь Бог — и не умрем. Почему? Потому что за нас воздал смертью. К Нему желаю возвести богословие, о Ком подобно сему вещал Софония: Убойтеся от лица Господа Бога нашего, зане близ день Господень, яко уготова Господь Бог жертву Свою (Соф. 1:7). К Нему желаю возвести богословие, Кого не не знал пророк Малахия, говорит же так: …жены юности твоея да не оставиши: но аще возненавидев отпустиши ю, глаголет Господь Бог Израилев, и покрыет нечестие помышления твоя, глаголет Господь Вседержитель (Мал. 2:15–16). К Нему желаю возвести богословие, о Ком подобно выразился пророк Аггей: И слыша Зоровавель Салафиилев от колена Иудова, и Иисус Иоседеков, иерей великий, и вси оставшиеся на земли глас Господа Бога нашего (Агг. 1:12). К Нему желаю возвести богословие, о Ком выражаясь Захария, и страдание Его проповедал, и показал достоинство: и приидет Господь Бог… и вси святии Его с Ним. И будет в день он, не будет свет… и не день и не нощь, но при вечере будет свет (Зах. 14:5–6); ибо течение дня продолжалось (во время крестных страданий Господа нашего Иисуса Христа), но был это не день; пришедшая ночь покрыла собою день, к вечеру же явился свет, день снова восприял свойственный ему свет. К Нему желаю возвести богословие, о Ком великий Исаия вострубил так: Господь Бог сил изыдет и сокрушит рать, и воздвигнет рвение (Ис. 42:13). Откуда же изыдет и не отлучится; изыдет плотию, пребудет же Божеством; и сокрушит рать силою Креста, потому что привел Он в бездействие мучительное жало греха и вражды: и воздвигнет рвение, какому подверглись евреи по причине знамений и чудес. На кого же воздвигнет? На завиствующих, и потому хулящих; потому что Хулимый не потерпел никакого ущерба в собственной славе Своей. Свидетельствует же о сем собор апостолов, свидетельствует слава рыбарей, свидетельствует слово неученых, свидетельствуют повсюду превозмогшие догматы неискусных в слове. Обтекли они вселенную, имея на себе вид нищеты, и царей одарили богатством. Свидетельствует желание Церкви, свидетельствует благая цель иерея, потому что преодолевает немощь плоти, не думает о страданиях, только бы подражать язвам, и приобрести победные награды. Ибо кто страждет, тот по праву спрославляется; кто терпит, тот получает в жребий Царство.

Никто да не обольщает пустыми словами. Невозможно получить венец, оставаясь в покое; удостоиться царской награды, живя роскошно. Многими скорбьми подобает нам внити во Царствие Божие (Деян. 14:22). Но, без сомнения, скажешь: «Теперь не время опасностей: цари не гонят, а, напротив, увенчивают Церковь, прославляют иереев, поощряют народ, и сами притекают к рыбарям; народы заодно с нами верными, и желают приобщиться наших благ». Какая же у нас скорбь? — спрашиваешь. — Все роскошествуют, а мы постимся.

Обливаетесь вы потом, и не хотите дать места моему слову; утрудились вы, стоя, но не называйте витию пустословом; а напротив того, да усиливается желание, да возрастает любовь, да усугубится, и даже во много крат да преизбудет молитва, чтобы укрепился сосуд скудельный, чтобы очистилось бренное, и немощный язык воссоздан был Духом, Которому слава и держава во веки веков. Аминь.

Недавно говорил я брачное слово Ревекке, а сегодня возглашаю надгробное Происшедшему от Ревекки, потому что сегодня празднуем Владычнему гробу, соделавшемуся ковчегом жизни. Сегодня празднуем царственному гробу, который стал окном во гроб. Сегодня ликовствуем при ковчеге, который трехдневнего Мертвеца скрывал в смерти. Сегодня торжествуем при мировлагалище мира. Сегодня веселимся при могиле, уготованной Мертвецу. Сегодня приходит Крест, и радуется тварь, потому что Крест — путь заблудшим; Крест — упование христиан; Крест — узда богатым; Крест — памятник победы над демонами, помощь беспомощным, надежда обуреваемых, заступник вдов, упокоение скорбящих, цель старцев; Крест — оружие вечное, мудрость неученых, проповедь апостолов, целомудрие дев; Крест — безопасность вселенной; Крест — уничтожение идолов, сила бессильных, разрешение расслабленных, покров нагим; Крест — воскресение мертвых, жезл хромым, низложение горделивых, победа над диаволом; Крест — надежда отчаянных, стена воюемых, судия неправых, страж младенцев; Крест — свет сидящим во тьме, любомудрие варваров, закон беззаконным, похвала мучеников; Крест — радость иереев, низпровержение капищ, соблазн иудеям, врачевство болящим; Крест — хлеб алчущим, путеводитель слепым, утешение нищим, покаяние невоздержным; Крест — пестун юношей, кормчий плавающих, отец сирот; Крест — советник праведных, глава мужей, великолепие царей, свобода рабов, проповедь пророков; Крест — упражнение монахов, основание Церкви, разрушение идольских жертвенников, источник жаждущим. Сегодня приходит Крест и — преисподняя разорена.

Сегодня пригвождены руки Иисусовы, и разрешены узы мертвецов. Сегодня дерзнули на христоубийство, и извращен путь мертвых. Сегодня кровавый поток излиялся в гробы, и орошенный ад процвел. Ныне весь день туда и сюда влачим был Иисус, каждый час дня благословивший Своими страданиями; рано приведен к судящему в претории Пилату, оттуда предан иудейской дерзости на поругание до шестого часа; потом три часа терпев мучение от прободения гвоздями, прекращает страдание Свое смертию; после сего, прежде часа двенадцатого, снимается с древа, уподобившись уснувшему льву.

Теперь же снисходит во ад, желая видеть праведников, почивших по трудах, и на каждом из них останавливает взор, подобно царю, который в полдень осматривает воинство, покоющееся сном. Видим Адама, обливающегося слезами; видит Авеля, покрытого кровью, как багряницей. Видит Ноя, украшенного праведностью. Видит Сима и Иафета, украшенных почтительностью к отцу. Видит Авраама, увенчанного всякими добродетелями. Видит Лота, подвизающегося в гостеприимстве. Видит Исаака, цветущего постоянством. Видит Иакова, сияющего терпением. Видит Иова, подобного борцу, уготовившемуся на ратоборство. Видит Финееса, вооруженного сулицею (Числ. 25:7). Видит Моисея, посвященного Божиими перстами. Приходит к сыну Навина — и он окружен воинствами; подходит к Самуилу — и он блистает помазанием царей. Идет к Давиду — и он погребен со псалтирью. Приступает к Елисею — и он облечен в милоть. Исаия с радостью показывает главу, отделенную от него пилою. Иона славится спасением ниневитян. Иеремия умащен тиной из рва. Светозарны очи Иезекиилевы от страшных видений. На ногах Данииловых свежи ещё лобзания львов. Тела бывших в пещи искрятся огнем. Дружина Маккавеев окружена орудиями мучений. Глава Крестителева сияет усекновением. Видит и святых жен, которые ни в чем не уступили мужам. Видит Сарру, сияющую Аврамовскою верою. Видит Ревекку, процветающую благотворным напоением из водоноса, Видит Рахиль, в браке сияющую целомудрием. Видит матерь противоборных мучителю оплотов, остененную седмью сынами. Видит всякого праведника, взирает на всякого пророка; проповедует: се Аз — и Божественное воинство пробуждено.

Но сим да заключено будет краткое сказание о царе. Обратим, наконец, слово к Пилату, ибо это — начало нынешних событий. Иудеи, с неистовством взяв Христа, предали игемоновым истязаниям, ни в чем не соблюдая должного порядка, без всякой записи, без законного обвинения, не сказав причины, не представив в оправдание своё никакой жалобы. Но как же было дело? Простой народ, толпа людей низких и грубые поселяне из окрестных весей, и сойдясь на празднике, вопиют: распни, распни. Пилат же, не находя никакой другой причины, но видя, что движение в народе возбуждено завистью, в намерении большее наказание искупить меньшим, чтобы спасти от смерти, отдает Иисуса на бичевание. Но как иудеи, при всем этом, не оставляют своей жестокости, то, умыв руки, говорит: чист есмь от крови Сего (Деян. 20:26). И тысячами убеждений старается отвратить от намерения сих кровожадных, приводя им римские узаконения. «За какие вины, — говорит он, — распну Иисуса, о иудеи? Я должен наказывать убийц, а Он и гробы сделал пустыми. Я прислан от кесаря быть судиею преступлений; о Нем же кому неизвестно, что Он выше всякого проступка? Я предаю казни того, кто ослепляет имеющих зрение; Он же отверзает очи слепым. Я не оставляю без наказания того, кто отсекает другим ноги; Он же делал, что хромые стали ходить прямо. Смертный издаю приговор, если кто матерь лишит детища; Он же даровал матери сына, воскресив его из мертвых. У меня закон отсекать руку тому, кто сам отсек правую руку у другого; Он же сухую руку сделал здоровою. Подвергаю осуждению, если кто похищает у другого запасенное в пищу; Он же для скольких преломил хлебы в пустыне? Мое дело налагать раны на тех, которые своими побоями вредят здоровью других; Он же носимому на одре расслабленному повелел ходить. Мое дело уцеломудривать заточением тех, которые причиняют вред виноградникам; Он же светлым соделал брачный пир, где слово Его заменило виноградник. Я предаю наказанию, если кто отваживается подломать стену; Он же заградил сокровенные токи кровей. Я ввергаю в опасности тех, которые потопили пловцов; Он же сделал, что Петр ходил по волнам. Вы вопиете, чтобы Его наказал я? Никогда ещё не доходил я до такого безумия. Нет у меня меча на умерщвление Сего Мужа. Предам ли смерти Иисуса, когда вижу Лазаря живым? Пошлю ли во гроб Человека, Который страшен гробам? Как против воли будет мертвецом, Кем ад приведен в безнадежность иметь хотя единого мертвеца? Разве и умерщвленный не восстанет Он? И вам новые опять скорби!» Так сказав и видя, что не убедились иудеи, Пилат вышел из претории, оставив их идти и делать, что хотят.

Но среди мятежных иудеев в молчании предстояла Премудрость, и Слово не дало слова. Они же зловредно отринув Его, распяли. И тотчас все поколебалось. Каждая стихия приведена в потрясение: сокрылся день, омрачилось небо, погрязли глубины поднебесной, возрыдала земля, невольно принявшая на себя крест, и приведена в смятение насильственным колебанием. Распались гробы, как остном (жалом), расторгнутые Крестом; возопили камни, возгласив гневно, обнажился храм, не терпя невыносимой дерзости; солнце отвратилось от дерзких и скрылось в ночь, поколебалась тварь.

Но иудеи, хотя видели столько ужасов, однако же не дали места печали. По крайней мере, невольно почтили и, сами того не ведая, прославили Его тем, чем покушались обесчестить; в виде осмеяния присудили Ему почесть, и воздали, что принадлежало Ему; ругаясь, поклонялись Ему, но, думая посмеяться, сами были осмеяны, потому что исповедали свое рабство. Издеваясь, облекли Его в хламиду, и собственными своими руками облачили Его как царя. Увенчали Его терниями, как земля невозделанная; растворили оцет, как ни к чему негодный виноградник; поднесли желчь, как народ не гостеприимный; подали губку, как Врачу душ; принесли трость, которою и написано их отвержение; распяли вместе с разбойниками, но один из распятых нашел в Нем райского Вратаря.

«Господи, — говорит он, — помяни меня во Царствии Твоем». Смотри, какое сокрушение духа у раба! Смотри, какой смиренномудренный проситель, взывающий о человеколюбии! Он ничего не смеет просить. Не сказал: дай мне ключи, какие дал Петру, не попросил одного из престолов, которых просила матерь сынов Зеведеевых. И нужно ли говорить о чем-либо чрезвычайном? Не подражал он и мытарю, сказавшему: буди милостив мне грешнику; не просил даже и прощения грехов; ибо знал, что грехов у него много. Поэтому просил об одном поминовении во Царствии. На волю Царю отдал все: и что даровать ему, и как помиловать раба. «Ничего не смею просить я, Владыка, — говорит он, — но сие одно да будет дано мне: когда приидешь во Царствие Свое, когда потечет пред Тобою Ангельское воинство, когда сретят Тебя облака праведных, когда на бороздах гробов пожнутся рукояти (охапки) мертвецов, когда раскроются книги деяний каждого — тогда помяни меня, говоря: распял Меня некогда народ еврейский, и все отреклись от общения со Мною; не вняли возглашениям петела, отреклись от Меня и те, которые всех ближе были ко Мне, висящему на Кресте; те самые, которым дал Я в снедь тело Свое, взирали издали на Меня закалаемого. Первый из Моих учеников стал первым из бежавших от Меня; Петр клятвами подтвердил, что чуждается Меня. Андрей, как слабодушный, предался бегству; Андрей, брат Петров, и по отречению, так же как по естеству, был братом Петру. Филипп отказался от содружества со Мною. Сыны Зеведеевы не оказали твердости. Иоанн, которого согревал Я на персях, не отнял копия, когда пронзали Мои ребра. Фомы не было, Матфей ушел — рассеялся этот лик двенадцати. И голоса не подали за Меня те, за которых положил Я душу Свою. Из множества облагодетельствованных Мною никто не пришел на помощь ко Мне. Не явился тогда ко Мне и Лазарь, которого из мертвых воззвал Я к жизни. Не плакал о Мне слепой, которому даровал Я луч света; не пришел ко Мне хромой, от Меня получивший силы ходить. Исповедует Меня один связанный разбойник, к Моему бесчестию подле Меня распятый, и уязвляет иудеев, называя Меня царем; когда помянешь меня там, тогда повергни мне одну долю щедрот, какая Тебе представится. А я не смею просить того, что дашь; не домогаюсь царской щедрости, не взвешиваю богатств человеколюбия, не измеряю моря щедрот». Видел ты мольбу разбойника? Смотри и на царский дар: Аминь, глаголю тебе, днесь со Мною будеши в раи (Лк. 23:43). Ты просил вспомянуть тогда, а Я теперь даю обещание рая тебе, разбойник, хищник, раскопатель богонасажденной ограды, похититель отпущения грехов, делатель царской ризы, охранитель отверстых дверей, приставник древних затворов, скороспелый цвет Креста, первый плод с Голгофских листьев, дар спасительных гвоздей, уда покаяния, приманка, уловляющая в жизнь Христу. Ему слава и держава во веки веков! Аминь.

(Молитвы на разные случаи переведены с греческого)

Согреших на небо и пред Тобою, Господи Боже Вседержитель, и уже несмь достоин нарещися сын Твой (Лк. 15:18–19), и несмь достоин воззрети и видети высоту небесную от множества неправд моих (2 Пар. 36: молитва Манассии; 7) и славное имя Твое наименовать грешными моими устами. Ибо недостойным неба и земли соделал я себя, преогорчив Тебя, благого Владыку. Умоляю, умоляю Тебя, Господи, не отринь меня от лица Твоего и не отступи от меня, да не погибну. Ибо, если бы не покрывала меня милость Твоя, — погиб бы уже я и был бы теперь как прах пред лицом ветра, как будто никогда и не появлявшийся в жизни сей. С тех пор, как оставил я путь Твой, не встречалось мне доброго дня, потому что день, проведенный во грехах, хотя и кажется добрым, но на самом деле — горчайший из самых горьких дней. И отныне надеюсь на милость Твою, что подашь мне силы позаботиться о спасении моем. И ныне припадаю, молясь, помоги мне, уклонившемуся с пути правды. Излей на меня множество щедрот Твоих, как на блудного сына, потому что обесчестил я жизнь свою, расточив богатство благодати Твоей. Помилуй меня, Боже, и не гневайся на меня за худую жизнь мою. Умилосердись (Пс. 89:13) надо мной, как над блудницей, и мытарем, и разбойником. Они, будучи на земле, всеми были презираемы, но Ты, Господи, восприял их и соделал обитателями рая сладости. Посему приими покаяние и от меня, непотребного раба Твоего, потому что и я всеми презрен. А Ты, Господи, пришел не праведников, но грешников призвать к покаянию. Тебе подобает слава во веки веков! Аминь.