Чтение онлайн

– Меня, конечно, восхитила твоя неприступность, но пора заканчивать эти игры. – Я застыла, в голосе Игоря не было ничего доброго.

– Посмотри на меня, Аня, посмотри, – Я подняла глаза, – Ты моя, принадлежишь мне, я спал с тобой. Так что прекрати свое уже давно не милое стеснение и учись быть более покладистой.

Он положил свою руку мне на затылок, зарылся пальцами в волосы и несильно дернул вниз, вынуждая смотреть ему в глаза. Предательски проступали слезы обиды и может быть страха.

– Почему вы так со мной? Неужели у вас нет любовниц, моделей каких-нибудь. Я не смогу ответить вам взаимностью, простите.

Я знала, что играла с огнем, но быть покорной и при этом поддаваться ласке я точно не смогу. Игорь еще минуту рассматривал моё покрасневшее лицо. Потом резко встал и подхватил меня на руки. Я ойкнула от неожиданности.

Он прошел три шага, и с высоты своего роста бросил меня на кровать. Встать я не успела, Игорь сел на меня сверху.

– Что, что вы делаете? – свой голос показался чересчур писклявым.

Игорь не ответил, только плотоядно улыбнулся и стал развязывать галстук.

– Анна, я вроде велел тебе называть меня Игорем, а ты опять не слушаешься. – Он снял галстук, наклонился и завел обе моих руки за голову. А вот сейчас я реально испугалась, – Придется тебя немного проучить.

Я все поняла еще до того, как он стал связывать мои запястья проклятым галстуком. Он свяжет меня! Свяжет и будет, будет, что он будет со мной делать?

– Игорь, послушай, не надо! Прошу! Я больше не буду – последнюю фразу я произнесла всхлипывая. Страх подобного заточения, насильного обездвиживания сопровождал меня всю жизнь, а теперь вот воплотился в реальность.

– Вот видишь, какой я хороший учитель, ты уже поняла первый урок. – Он обвязал запястья, протянул ткань к спинке кровати и завязал концы галстука к железным перекладинам. Я автоматически застучала ногами по покрывалу, хотелось кричать, но я понимала, как это бессмысленно.

– Ну вот, так лучше – он сидел почти на моем животе, уперев руки в бока и любовался своей работой.

– Ты животное! Мразь, подонок, – находясь на привязи, сила моей злости возросла в два раза. Я колотила ногами, вырвала руки из петли, но добилась только того, что запястья заныли от натянутой ткани.

Мужчина с удивлением выслушивал мои оскорбления. Казалось, он и не ожидал, что у его пленницы есть способность так кричать и материться.

– Я сразу понял, что ты страстная девочка. – он улыбнулся, – Осталось пробудить твои чувства. – Игорь наклонился над самым моим ухом, – Ты ответишь мне взаимностью.

А потом просто встал с кровати, кинул на меня последний взгляд и вышел из комнаты.

Пока Игорь спускался в кабинет, он все время думал о своей пленнице, оставшейся наверху. На лице мужчины играла кривая мальчишеская улыбка, он даже перескочил через две ступеньки, чего не позволял себе, наверно, со школы.

"Да, таких эмоций я много лет не испытывал. Ведь даже не думал, что буду пугать ее, а тем более привязывать. А сделал" – мелькнуло у него в голове. Нет, Торецкий не раскаивался и не мучился угрызениями совести. Его безумно возбуждало, что там, в комнате его ждет привязанная юная девушка, принадлежащая только ему.

У основания лестницы его ждала Альбина. Женщина смотрела на хозяина прямо и без страха. Когда-то она была соседкой маленького Игорька и его матери, и могла претендовать на небольшую фамильярность при общении с хозяином.

– А Анна где? Утащил, даже покормить её толком не успела. – домоправительница говорила все это с таким строгим выражением лица, которое может быть только у бывших учительниц начальных классов.

– Она спит. – Игорь остановился посреди серого, мягкого ковра, чуть расставив ноги и убрав руки в карманы. Его голос был спокойный и ровный, как всегда. Альбина не оценила столько воинственной позы.

– Игорь, я все знаю, как она сюда попала и зачем. Что ты творишь?, – женщина резко махнула рукой, когда тот хотел ей что-то сказать, – Много я повидала в твоем доме. И нехорошего, и странного, и вообще криминального. Но зачем было девчонку похищать? Она же ребенок совсем.

Торецкий был раздражен. Вот до чего доводит эта грёбанная политика гуманизма и лояльности. Дожил до того, что его отчитывает собственная прислуга! А ведь лет 13 назад Имя Игоря Торецкого гремело на всю Москву. Его знали и криминальные авторитеты, и предприниматели и высшие чины госорганов. Твердый характер, лидерские качества, ум и хорошее образование позволили ему уже в 22 года выделиться в том мире жестокости и не быть им съеденным, как это произошло с сотнями его знакомых.

Да, он давно забыл об этом прошлом. Сегодня он преуспевающий бизнесмен с полностью легальным бизнесом. Но изредка, в непонятных ситуациях, в нем просыпался тот страшный зверь из 90-х. Но до сегодняшнего дня Торецкому удавалось сдерживать своего внутреннего пса. Ошибалась не только Альбина, но и все окружающие, кто не имел с ним дел лично в эпоху тотального криминала. Они ошибочно считали его просто строгим, властным и угрюмым мужчиной.

Домоправительница, хоть и знала его семью и самого Игоря много лет, не подозревала, насколько страшным и непредсказуемым мог быть этот человек.

Торецкий внимательно выслушал экономку. Почти незаметно он прикусил губу и ответил той, цедя слова сквозь зубы:

– Альбина Анатольевна, Анна – моя гостья. Как и почему она здесь оказалась – не ваше дело. Или вас что-то не устраивает? Увольняйтесь прямо сейчас, я никого не держу.

Альбина побледнела. Впервые за 5 лет он говорил с ней так холодно и жестко.

Женщина заметно сникла, опустила глаза и четко ответила:

– Нет, Игорь Игоревич, все хорошо. Прошу прощения.

Экономка испугалась не за себя и свое место. За время работы на Торецкого она накопила достаточно денег, чтобы жить безбедно у себя в Подольске. Нет, ей вдруг стало страшно за эту девочку. Ведь если хозяин так реагирует на простой вопрос о своей пленнице, так что будет дальше! Альбина посмотрела в спину Игоря и с грустью покачала головой.

Игорь

Черт бы побрал эту тетку! Или забыла, как я вытащил ее сынка из сраного завода и дал нормальную работу? Или долю в квартире вернул, которую ее бывший муженек, алкаш, продал кавказским упырям? Нет, бля, морали мне вздумала читать.