Чтение онлайн

– Кесси, ну что тебе стоит? Он от чистого сердца. Зачем обижать человека? Тем более, ты хотела эту игрушку дочери, так почему девочка должна страдать? А он ничего не просил взамен, если ты об этом.

Девушка недовольно поморщилась. Она прекрасно понимала, на что давит Хэнк, и не могла не признать, что он нашел ее больное место.

– А потом, пойми. Если ты не возьмешь, то достанется мне. Он вообще может выгнать меня в два счета. А кому я нужен? – продолжал давить на жалость Хэнк.

Кесси обреченно вздохнула. В память об их тяжелых днях во время лечения Макса она не могла так подставить Хэнка.

– Хорошо, – вздохнула она. – Я возьму. И передай ему, что я благодарна. Но больше ничего от него не нужно!

Лицо огромного и немного страшного от шрамов детины под два метра внезапно осветилось почти мальчишеской, счастливой улыбкой.

– Спасибо, Кесс! Вот ты молодец!

– Может зайдешь на торт? – немного смущенно предложила Кесси, которой было все это так странно и неловко одновременно.

– Нет, спасибо. Мне нужно сразу возвращаться и доложить. Рад был увидеть! – сказал вдруг засуетившийся Хэнк, вручая, а скорее, практически всучивая ей цветы и подарок. При этом он быстро развернулся, и припустил быстрым шагом в сторону лифтов. У Кесси же создалось впечатление, что он просто боится, что она передумает. И не остался именно по этой причине.

Так она и стояла некоторое время, еще не придя в себя не в силах двинуться, держа в руках игрушку и цветы перед распахнутой дверью. Затем медленно она все– таки закрыла дверь и неожиданно решила понюхать розы. Они пахли великолепно, у нее чуть голова не закружилась от этого аромата. И тут девушка увидела записку.

«С днем рождения дочери, Виндейл»

И тут Кесси со всей обреченностью поняла, что ей таки придется позвонить наследнику. Если не по поводу счетов, то хотя бы поблагодарить за щедрый подарок.

«Вот черт!» – подумала она, тяжело вздыхая.

Макс же в день рождения своей дочери сидел в гостиной особняка и ждал возвращения Хэнка, неотрывно смотря на огонь в камине. Ему нравилась строгость этой комнаты, никаких лишних деталей или украшений, темное дерево и вообще, все выдержано в темных тонах. И хотя скоро уже было Рождество, но никто и никогда после смерти его матери не наряжал его дом к этому празднику. А Макс, даже став взрослым, не просил это сделать прислугу. Все эти рождественские приготовления будили в нем горькие воспоминания о домашних праздниках, которые устраивала его мама. Но они прекратились вместе с ее смертью, так как отец не видел в том никакого прока. Даже день его собственного рождения, совпадающий с Рождеством, после ее смерти тоже теперь Макс праздновал очень скромно, если вспоминал. А в детстве и чуть старше ему даже порой казалось, что эту дату отец использует только как повод встретиться в неформальной обстановке со своими партнерами, чтобы обсудить особенно сложные вопросы.

Сейчас же Макс сидел почти неподвижно и задумчиво, стараясь сдерживать нетерпение и волнение. Мужчина хотел из первых уст услышать, как восприняла его подарок Кесси. Что сказала, как повела себя. Каждая деталь была для него важна. Почему– то в последний момент, когда он отправлял Хэнка с этим поручением, то решил не раскрывать ей, что Кристофер и наследник Макса одно и то же лицо. Он счел, что это будет для нее дополнительным аргументом отказаться, и поэтому запретил Хэнку даже намекать или говорить ей об этом хоть что– то, что может подсказать или даже дать намек.

Наконец, в комнату вошел его друг и сел рядом, причем с тем свойственным ему спокойным и обычным выражением лица, по которому Макс не мог понять, чем все закончилось. Хотя он надеялся, что тот вряд ли бы пришел, если бы у него ничего не получилось. Ну, или заявил бы о провале с порога.

– Ну как все прошло? – спросил немного резко Макс, стараясь не показать другу нетерпение, пристально смотря на него.

– Ну как, как, – начал было Хэнк свой ответ, – а как она могла? Ты же знаешь нашу Кесс. Как обычно….

– Я тебя сейчас стукну, – процедил Макс, – ты можешь подробнее?

Хэнк вздохнул и сказал:

– Ну, сначала она обалдела, потом насторожилась и, конечно же, спросила, зачем чужому человеку делать ей такие подарки.

– А ты что? – спросил Макс, уже с трудом сдерживаясь, чтобы не пнуть друга, чтобы тот рассказывал побыстрее и только важные факты, не отвлекаясь на всякие мелочи и не растягивая свой рассказ.

– Я сказал, что мое дело десятое. И мне никто ничего не рассказывает, а только приказывают.

– И она поверила? – с сомнением и настороженно произнес Макс.

– Ну, не сразу, но поверила, – улыбнулся друг.

– И?

– Что и? – искренне спросил Хэнк.

– Ты точно дождешься, и я ударю тебя. Она взяла или нет подарок и цветы? – почти прошипел Макс.

Ему так хотелось подарить дочери именно эту игрушку, а Кесси белые розы. Он вспомнил, как вернувшись в тот же памятный вечер после их разговора у витрины магазина, он решил все равно купить эту игрушку. Поэтому на следующее утро позвонил в магазин, но оказалось, что все распродано. Он с трудом сдержал тогда разочарование, но такие обстоятельства никогда не были для него препятствием. Тогда Макс всеми мыслимыми и немыслимыми путями сделал так, чтобы ему привезли эту игрушку именно в день рождения дочери. И не важно, за какую цену, пусть даже за тройную.

А Хэнка он послал к Кесси до дня рождения для того, чтобы тот якобы узнал адрес, а еще убедился, что игрушка действительно распродана и она точно не купит такую же, ну и просто, уточнить как она.

Тут вдруг лицо Хэнка расплылось в улыбке, что бывало очень редко, и он самодовольным голосом произнес:

– А ты думаешь, я пришел бы к тебе, если б она не взяла? Такого еще не было, чтобы я не добился своего. Беру пример с тебя.

Затем он уже более расслабленно и суровее вздохнул и добавил:

– Правда, не болтовней, что было бы проще. Но тут у меня тоже все получилось. Но надо признаться, это было одно из сложнейших заданий, который ты мне давал! – словно в укор произнес он.

– Молодец, – произнес Макс задумчиво, и Хэнк не мог не заметить, как расслабилось его лицо после сказанного им.

– И что планируешь делать дальше? – спросил он друга, зная, что тот все равно оценил, то, что он сделал, пусть и не показывает это.

– Мне нужно еще время, – сказал тот.

– Зачем тебе время? Я не понимаю.

– Так надо, – жестко произнес Макс, не отрывая взгляд от огня, думая только о том, что если не удержит своего демона, то сгорит так же, как дрова в этом камине. А значит, он просто обязан справится.

– Слушай, я не понимаю тогда. Если тебе нужно время, то зачем вкладывать записку от наследника? – продолжал допытывать его Хэнк. – И что ты думаешь делать, когда она позвонит?

– Она не позвонит, – тихо произнес Макс, почему– то уверенный в этом.

– А мне почему– то кажется, что может и позвонит, – загадочно произнес Хэнк.