Чтение онлайн

Я же повернулась к нашей домработнице.

– Таисия Степановна, езжайте домой. Сейчас Игнат вас отвезет, а я пока поговорю с девушкой и все узнаю, - внесла я предложение.

– Да, пожалуй, стоит вернуться домой. Там еще столько дел, - заторопилась она.

– Игнат, отвезешь? – Спросила я парня, который уже закончил разговор.

– Да, конечно. Потом снова приеду сюда, - он еще раз взглянул на доктора и открыл дверь, предлагая Таисии Степановне выйти на улицу.

– Идемте, - дернула головой врач, когда дверь закрылась. Мы и пошли, сначала за белые двери, потом по коридору…. – Наденьте, - на стене этого самого коридора почему-то была прикручена корзина с бахилами. Ладно, мы не гордые. Я, прислонившись к стене, напялила бахилы на ботинки и поспешила следом за врачом. – Мы поднялись на второй этаж, снова прошли по коридору, и женщина остановилась. – Ждите здесь, - велела она и вошла в дверь. Я прислонилась к стене и постаралась не думать о том, что я голодная, о том, что перенервничала немного, потому что там за этой дверью находился человек, которому, очевидно, было хуже, чем мне. Намного хуже. Дверь перед моим носом распахнулась. – Входите.

Я проследила за тем, как врач ушла дальше по коридору и вошла в палату. Хмм, обычная палата, кровать одна, окно одно, аппарат какой-то в углу. На кровати лежит девушка с вытянутой рукой, куда воткнута игла капельницы. Я поморщилась, не очень люблю больницы и всякие такие процедуры….

– Привет, - подошла я к кровати и попыталась улыбнуться.

Девушка, лежащая передо мной, вдруг замерла и резко посмотрела на меня. Что-то больно знакомой она выглядела.

– Женя? – Услышала я удивленный голос и тихо охнула, осознав, кто это.

– Настя? – Не поверила я своим глазам. – Что ты тут…? Как вообще..? – У меня слова перестали подбираться под ситуацию.

Я замолчала, пытаясь собрать мысли в кучу. С Настей мы дружили, так как проучились вместе и просидели за одной партой целых три года в начальной школе. Потом ее родители развелись, и мама увезла ее в другой город, больше мы и не виделись. Лишь лет в шестнадцать стали иногда переписываться в соцсетях, но у каждой из нас уже была своя жизнь, где почти не было места старой дружбе.

– Что ты здесь делаешь вообще? – Возмутилась я, несколько прийдя в себя. – Что ты делала на улице? В твоем-то положении….

– Хоть ты-то не кричи на меня, - вдруг всхлипнула она и, отвернувшись, от меня разрыдалась.

Я же почувствовала себя последней сволочью. Блин, надо было сначала узнать, что случилось, а уж потом…. Да даже потом нельзя так кричать на человека. Ни на какого нельзя, а уж на попавшего в беду и подавно.

Я, стараясь не делать резких движений, подошла к кровати и тронула Настю за плечо.

– Извини, - вздохнула. – День просто сегодня…, - я не знала, что еще ей сказать в свое оправдание. Настя кивнула, принимая мои слова и тяжело вздохнула. Я достала телефон и набросала сообщение Игнату. – Ты давно в городе? – Убрав телефон обратно, я снова обратила внимание на лежащую на кровати девушку.

– Четыре месяца, - надтреснутым голосом ответила она и все же повернулась так, чтобы меня видеть.

Я нахмурилась и присела на край ее кровати. Срок беременности у нее явно был больше, чем четыре месяца (хоть я в этом практически совсем не разбираюсь), так что приехала она в город уже будучи в положении. Если это так, то с отцом ребенка явно что-то нехорошее произошло, так как его тут рядом не наблюдалось.

– А мама твоя…? – Сделала я вывод, что не от хорошей жизни Настя к отцу приехала. Почему к отцу? Да потому что не к кому больше было сюда ехать.

– Умерла почти год тому назад, - все таким же голосом ответила девушка.

Я кивнула.

– Соболезную, - что-то какая-то совсем мрачная картина у нас тут вырисовывается. – Отец тебя из дома выгнал? – Спросила я прямо.

Она покачала головой и закусила губу. Потом громко всхлипнула, но быстро взяла себя в руки.

– Не отец. Отец в рейс уехал, а его жена…, - она снова всхлипнула, - с сынком своим….

Я похолодела, заметив на ее руке свежие синяки. Так вот оно что….

– Так, ладно, с этим разобрались, - пробормотала. – С ребенком что…?

Настя судорожно вздохнула.

– Ничего, - она в защитном жесте положила руку на живот. – Куда мне с ним? В роддоме оставлю…, - и снова всхлипнула.

Ясно. Ситуация не из простых, а Людмилы Павловны в городе нет, так что разбираться придется самим.

– Насть, а если бы тебе было где и на что жить, ты бы оставила его? – Я вопросительно на нее посмотрела.

Девушка вскинула на меня заплаканные синие глаза.

– Бы никогда не бросила…. Да и сейчас не знаю, смогу ли…, - она нервным жестом вытерла слезы с шеки.

Вот именно такую Настю я знала. Та Настя никогда бы так не поступила с родным беззащитным человеком, а это значит, что ее доводили до такого состояния значительное время.

– Насть, я сейчас тебе кое-что скажу, ты не перебивай и не отказывайся, пожалуйста, - попросила я ее. Она замерла и медленно кивнула, глядя на меня. – Ты же помнишь мою старшую сестру Людмилу?

– Это которая Жилова? Помню, конечно. Она в Москве не последний человек, про ее компанию даже в газетах пишут, - она вдруг смутилась. – Просто мама мне ее всегда в пример ставила и… даже немного гордилась тем, что твою сестру знает лично.

Я едва сдержала улыбку. Мать Насти всегда была немного резковатой, и я могла себе представить, в какой форме та выдавала информацию дочери.

– Так вот, она сделала что-то вроде общежития для тех, кто оказался в беде. У нас есть несколько комнат с кухней, ванной и прочим в центре города, там уже живут две женщины с детьми, - торопливо объяснила я. – Сейчас тебя в больнице полечат, и я заберу тебя туда. Надо будет присмотреть кроватку для ребенка, вещи….

– Ой, а у меня все есть, - Настя вдруг вскинулась, забыв про капельницу и тихо зашипела, потревожив иглу в вене. – У меня приготовлено все. Только это… в квартире отца, а там….

– Квартира та же, где вы жили? – Уточнила я, потому что в квартире подруги проводила достаточно много времени и прекрасно знала, где та находится.

– Да, - девушка, поняв, что у нее появился выход из ситуации, повеселела. – Отец разрешил мне жить в моей старой комнате, так как она маленькая и в ней никто больше не согласился жить.

– Ладно, подумаем потом, как этот вопрос решить, - улыбнулась я.

– Жень, спасибо тебе…, - Настя осеклась и как-то вся сжалась, когда в дверь постучали.