Собственный выбор
Шрифт:
– Да спит она еще, - проснулась я под неясный спор, проходивший где-то рядом.
– Но Игнат сказал, что она просыпалась ночью, - я узнала голос Людмилы Павловны.
– Вот вернется с процедур, тогда и спросим его, - второй голос был мужским и мне подумалось, что это Белоярцев так шепотом разговаривает.
Я облизнула распухшим языком сухие губы и открыла глаза.
– Люда, - позвала тихо.
Та тут же подскочила ко мне.
– Ну, слава богу! Женька, ты нас всех так напугала, - у нее даже голос сорвался. – Васька с Сережкой мне телефон весь оборвали, а Златка вообще грозится сюда приехать, - обвинительно сообщила она мне.
Я попыталась улыбнуться.
– Извините, - просипела. Горло сильно пересохло, пить хотелось неимоверно.
– С ума сошла извиняться? – Вдруг перешла она на совсем другой тон. – Если мы за тебя волнуемся, то это проблемы сугубо наши. Не переживай за это.
Я поморщилась.
– А… мама? – Неуверенно протянула я.
Людмила звякнула чем-то над моим ухом.
– На, попей, - мне в губы уперлась пластиковая трубочка. – Тете Клаве я сказала, что ты попала в небольшую аварию, но пострадала не сильно. Просто разбила телефон и позвонить не можешь, но через несколько дней обязательно поговоришь с ней.
Я сделала несколько глотков воды.
– Наверное… позже, - выдохнула я. Меня и этот то разговор уже неимоверно измотал. – Игнат как?
– У него все хорошо, - ответил мне вместо сестры Мирон Радимович. – Небольшое сотрясение и пара ссадин. Сейчас ему голову снова просветят, чтобы динамику проследить и вернут в палату, - говорил он негромко и очень разборчиво, чтобы меня лишний раз не напрягать.
– А я? – Задала я главный вопрос.
– А ты у себя после нас всех, мамы и Игната на последнем месте, - проворчала Людмила. – Но врачи сказали, что жить будешь. У тебя что-то с позвоночником, с костью бедра, головой и рукой. Диагнозы я не знаю, но лечить тебя сейчас начнут на совесть. Я проверила, тут сейчас лучшие врачи в регионе.
– Позвоночником? – Медленно стало доходить до меня. Я попыталась понять, могу ли пошевелить ногами, но вместо этого снова пошевелилась и почувствовала дикую боль в спине.
– Ш-ш, не шевелись, - сестра положила руку мне на плечо. – Врачи меня уже заверили, что после реабилитации ты сможешь двигаться.
– Но позвоночник, - почти проплакала я. – Это же….
– Постарайся сейчас не двигаться, и все будет хорошо. Тем более, что как только ты немного окрепнешь, тебе проведут еще операцию, - заверила она меня.
– Угу, - я постаралась успокоиться. Давалось это с трудом. Я больше не слышала, что мне говорила Людмила, не думала ни о чем, кроме того, как я смогу жить без возможности встать на ноги. Ведь, если врачи ничего не смогут сделать, то я останусь инвалидом до конца жизни, какой бы она не была.
– Пропустите, пожалуйста, - вдруг отвлек меня незнакомый голос. – Девушке надо поесть.
– Что это такое? – Как-то недоверчиво спросила моя сестра.
– Тут питательная смесь. Это протеины и прочие важные микроэлементы, - надо мной склонилась женщина и показала мне что-то вроде бутылочки для воды, что используют спортсмены. – Евгения Павловна, вам нужно поесть.
Ну, смесь на вкус была почти безвкусной, но, если я хотела выздороветь, то силы мне еще понадобятся. Сейчас главное это чтобы врачи вылечили меня, а уж я постараюсь встать на ноги.
– Она очнулась? – Услышала я голос Игната и чуть не подавилась. Затем он навис надо мной. – Я сам, - резко бросил он медсестре и забрал у нее бутылочку. Я тут же смутилась. Мало того, что он видит меня в таком неприглядном виде, так еще и кормить сам вздумал.
Но, слава богу, смесь быстро закончилась. Он убрал бутылочку в сторону и, нахмурившись, принялся разглядывать меня. Мне стало совсем не по себе.
– Как ты сейчас чувствуешь? – Спросил он, загораживая меня от всех остальных, находящихся в палате.
– Как будто… грузовик переехал, - попыталась пошутить я, но он нахмурился только сильнее.
– Не смешно, - проворчал. – Сильно болит? Может быть, тебе обезболивающее надо?
– Мне….
– Молодой человек, мне нужно осмотреть вашу жену, так что отойдите, пожалуйста в сторону и больше не пытайтесь кричать на персонал, - вдруг раздался голос того самого врача, который ночью меня усыпил.
Осипов нехотя отошел в сторону. Я же удивленно покосилась на него. Жена? Давно? И почему я ничего не помню? Когда же мы успели-то?
От вопросов меня отвлек яркий свет, которым мне посветили в глаза. Это вызвало некую дезориентацию. Затем врач что-то проверил на моей голове, и я только сейчас поняла, что на ней повязка. Я осторожно подняла руку и, не обращая внимания на боль в спине, потрогала голову. Правда, повязка. А там, где ее нет… нет и волос. Меня обрили что ли? Я в ужасе нашла взгляд Игната.
– Жень, все хорошо. Они отрастут, - попытался успокоить он меня.
– Кошмар, - всхлипнула я, уронив руку обратно на кровать. Потом наклонила голову и принялась осматривать себя. Вторая рука забинтована, наверное, тоже перелом. В это время врач содрал с меня одеяло, немного задрал ночную рубашку, в которую меня облачили, и принялся изучать что-то на моем бедре. – Там-то что не так? – Вырвалось у меня непроизвольно.
– Штифт придется вставлять, - бесстрастно ответил доктор. – Если ваш организм позволит, то через два дня можно начинать операцию.
– Два дня? – Тупо повторила я.
– Да. Иначе придется ломать кости заново, - тут же было сообщено мне. – Но у вас организм молодой, так что не переживайте, соберем еще лучше, чем было, - пообещал он мне.
Я прикусила губу, чтобы не расплакаться. Так, ладно, если мне вылечат позвоночник, то железяка в ноге будет не такой уж и страшной расплатой. Плохо…, что Игнат это все видит и ему, наверное, противно все это. Ушел бы уже поскорее куда-нибудь.
При мыслях об Осипове, я вдруг резко успокоилась. Он стоит здесь живой и почти невредимый, а значит я все сделала правильно. И вообще, это был мой собственный выбор, так что не о чем жалеть. Надо сцепить зубы и расхлебывать последствия этого самого выбора самой. Маму только жалко будет, если я не смогу ходить.
Врач отошел от меня и что-то принялся обсуждать с Людмилой. Игнат же снова склонился надо мной.
– Все хорошо будет, - он укрыл меня мягким одеялом. – У врачей хорошие прогнозы. Если местные не смогут ничего сделать, то твоя сестра сюда кучу мировых светил нагонит и тебя все равно вылечат.
– Ага, где я еще такую помощницу найду, - вклинилась в разговор Людмила Павловна, которая уже перестала третировать доктора и отпустила его. – Жень, ты не переживай, у нас с тобой имеется редкая возможность лечиться в любой клинике, которая нам понравится, так что поставить тебя на ноги мы все равно сможем.