Сочинения
Шрифт:
По углям полымя. И вдруг
Часы издали странный звук,
Шипели долго и лениво.
И, с пятнышками вместо глаз,
Кукушка серая тоскливо
Прокуковала восемь раз.
Лукич вошел, - и сердце сжалось
У Саши. Жалок был отец!
Оборван, бледен... грусть, казалось,
Его убила наконец.
Едва старик перекрестилсяt
Румяный зять его вскочил
И сожаленье изъявил.
Что доброй тещи он лишился:
Мне, мол, жена передала...
Святая женщина была!
"Вот надо справить погребенье...
Нет гроба... сделай одолженье
Дай помочь!"
– "От добра не прочь2
Зачем родному не помочь?..
Гм!.. жаль! я думаю - простуда?"
– "Бог знает что, да умерла".
– "Я полагаю-с, смерть пришла...
Вот выпейте чайку покуда".
– "Благодарю! не до того".
– "Напрасно-cJ это не мешает:
Он эдак грудь разогревает..."
– "Да я не зябну. Ничего...
Не позабудь, к примеру, в горе!"
– "Вот ключ позвольте отыскать...
Я много не могу вам дать.
Не то что... да-с! Нет денег в сборе".
– "Не добивай! Я так убит!"
– ,tO том никто не говорит.
Насчет того-с... оно, конечно,
Родню позабывать грешно,
Да ведь грешно и жить беспечно,
Да-с! поскользнетесь неравно!
На вас вот тулупишко рваный,
Из сапогов носки глядят,
А вы намедни были пьяны...
Выходит, кто же виноват?"
– "Ох, знаю, друг мой! Все я знаю!
Ведь пьет неволя иногда!
Ты думаешь, мне нет стыда,
Что плутовством я промышляю,
Хитрю, ем хлеб чужой, как вор?"
– "Расчет в торговле не укор...
Все это пустяки - и только,
На печке хочется лежать!
На рынке горько промышлять,
Ну-с, а просить теперь - не горько?"
– "Вестимо... если бы ты знал!
Осмеян всеми, обнищал.
Тут совесть не дает покою...
Зять! не пусти меня с сумою!
Дай мне под старость отдохнуть!
Поставь меня на честный путь!
Дай дело мне! Господь порука"
Не буду пить и плутовать!"
– "Привыкли-с. Трудно перестать!
Вот, значит, вам вперед наука...
На похороны помогу,
Насчет другого-с - не могу".
– "И с бородою поседелой
Опять мне грабить мужичков?
Пойми ты, доброе ли дело!
Неужто вор я из воров!
Зять! богом, значит( умоляю,
Подумай! Выручи!"
– "Опять!
Охота вам слова терять!
Нельзя-с! По чести заверяю...
Рубль серебра, извольте, дам".
– "Так я, выходит, по домам
На тело мертвое сбираю...
Ну, есть ли стыд в тебе и честь?
Ведь я не нищий! Я твой тесть!
Ведь я прошу не подаянья,
Взаем. Ты слышишь или нет?"
– "А я даю из состраданья,
Не то что... да-с! И мой совет:
Не надо брезгать".
Саша встала.
Негодования полна,
Казалось, выросла она
И мужу с твердостью сказала!
"Я свой салоп отдан в заклад
И мать похороню!"
– "Чудесно-с!
Гм!.. дочка нежная... известно-с...
Хе-хе! Бывает - не велят1"
– "Ну, если так, найду другое...
Вот обручальное кольцо..."
И Саши бледное лицо
Покрылось краскою.
– "Пустое!
Не смеешь значит!"
– "Саша, Саша!
Оставь! схороним как-нибудь!"
Сказал отец.
"Нет, воля ваша!
Уж у меня изныла грудь
От этой жизни!.. Я молчала...
Он мягко стелет, жестко спать...
Пусть бьет! Я не хочу скрывать!
Больною мать моя лежала,
Я мать проведать не могла!
Боится - столяра увижу..."
"Столяр мне что? Молва была...
Он плут! плутов я ненавижу.
Муж хоть и лыком сшит, - люби,
Да знай стряпню, да не груби,.
На то жена!".
– "О, будь уверен,
Я буду стряпать и молчать!
Но под замком себя держать
Я не позволю!.."
– "Не намерен...
Нельзя-с! законная жена...
А мужа ты любить должна
Вот только!"
Саша улыбнулась.
Муж от улыбки побледнел,
Но вмиг собою овладел.
"Бее вздор! из пустяков надулась!
Об этом мы поговорим
Наедине-с... А вот родным
Поможем. Нужно - и дадим.
Держите, батенька, бог с вами!"
Тесть молча подаянье взял
И точно память потерял:
Пошевелил слегка губами,
На зятя кинул мутный взор
И крупный пот на лбу отер.
"А вам пора за ум приняться!
Прибавил зять.
– Вы наш родной,
Не с поля вихорь, не чужой,
А с пьяным нечего мне знаться!"
Старик с поклоном вышел вон.
О чем-то, бедный, думал он?
Ноя верно, думою печальной
Был возмущен: на рынок шел
И, бог весть почему, забрел
В какой-то переулок дальний.
Опомнившись, взглянул кругом
И зятя назвал подлецом.
Добычи рыночной остаток,
Давно Лукич рублей десяток
В жилете плисовом берег.
Теперь вот зять ему помог,
На все достало, слава богу!
Купил он ладану, свечей,
Изюму, меду, калачей,
Вина, - конечно, понемногу;
Поденщиков приговорил
Могилу рыть, и гроб купил.
Принес его в свою избушку,
Перекрестился, крышку снял,
На дне холстину разостлал,
С молитвой положил старушку,
С молитвою свечу зажег
И сел в раздумье в уголок.
Курился ладан. Все молчало.
Играло солнце на стене,
Белелись свечи на окне,
Стекло алмазами сверкало,
Старушка, мнилося, спала,
Так в гробе хороша была!
"Вот, - думал oн, - вот жизнь-то наша!