Чтение онлайн

Взаимоотношения между федеральным и региональными уровнями власти должны регулироваться федеральным законодательством, предусматривающим широкие возможности по формализованной передаче части ответственности и полномочий, касающихся управления экономикой и социальной сферой, из федерального центра в регионы. Такая передача могла бы осуществляться на основе договоров и соглашений среднесрочного и долгосрочного характера с возможностью их обоснованного прекращения. Это касается, прежде всего, следующих вопросов.

Уточнение зон ответственности и полномочий административных образований по развитию малого и среднего бизнеса в реальных секторах экономики между федеральными органами исполнительной власти (ФОИВами) и органами исполнительной власти на местах (с учетом особенностей каждого региона и входящих в него муниципальных образований).

Уточнение ответственности и полномочий регионов при решении вопросов природопользования по всем видам ресурсов в части геологоразведки, освоения и эксплуатации месторождений (с учетом их уникальности, объема запасов, продуктивности, транспортной доступности и т. д.), экологии и охраны окружающей среды. Например, передача больших полномочий субъектам федерации и определение их ответственности в деле освоения малых и средних месторождений углеводородов способствовала бы оздоровлению конкурентной среды в газонефтедобыче в масштабах страны, а также росту эффективности их освоения и эксплуатации.

Уточнение полномочий и ответственности регионов и федерального центра за результаты проведения налоговой и социальной политики на местах (в соответствии с закрепленными в Конституции РФ предметами совместного ведения и социально ориентированной политикой).

В частности, среди проблем, связанных с разработкой социально-ориентированной политики и требующих своего безотлагательного решения, может быть названа вся практика пореформенного формирования денежных доходов населения и их налогообложения. Накопившийся разрыв в доходах населения и их налогообложении не может не вызывать вопросов. На некоторые из них уже даются ответы. Например, в части перехода к прогрессивной шкале НДФЛ. Но это можно считать только началом. Вопросы дифференциации доходов населения и их налогообложения должны всегда быть предметом особого внимания со стороны власти. Принципом, которым она должна руководствоваться в этой сфере, хорошо известен по нашему социалистическому прошлому. Следование ему. по нашему мнению, сохраняет и будет сохранять свою актуальность: от каждого по способностям, каждому по труду. Очевиден и состав направлений для проведение соответствующего надзора: растущий разрыв в оплате труда по регионам (по одноименным отраслям и сферам деятельности), расслоение в оплате труда руководителей, инженерно-технического персонала и рядовых работников (в большинстве действующих компаний всех форм собственности). К сожалению, эти стороны социальной политики выпали из поля зрения российской власти с распадом СССР и переходом «от плана к рынку». Однако в контексте решения других вопросов социального характера (минимальной заработной платы, пенсионного обеспечения, прожиточного минимума, доходов от собственности и т. п.) они не могут впредь оставаться «бесхозными». Их необходимо вернуть в пространство активного обсуждения органов исполнительной власти с учетом того, что страна уже давно живет в обществе, в котором недопустим чрезмерный разрыв в доходах его членов. Причем – в увязке с практикой их налогообложения. В ином случае, со временем, обострение социальной обстановки обязательно произойдет и станет «головной болью» всех уровней российской власти.

Изменение содержания названных инструментов управления развитием экономики и социальной сферы должно определяться целями и задачами этого развития. В силу не прямого их воздействия на субъекты экономики (независимо от формы собственности) весьма непросто предсказать конечные результаты их воздействия на социально-экономические процессы. Это значит, что необходимо, с одной стороны, обязательное прогнозирование результатов такого изменения. С другой, – обязательное, последующее сопоставление «плана» и «факта». Тем самым будет накапливаться опыт применения каждого из инструментов и соответствующих корректировок. Вместе с тем, представляется целесообразным сузить сам круг (состав направлений) предполагаемых изменений в экономике, финансах и социальной сфере. Это позволит минимизировать риск возможных ошибок при выборе состава и содержания предстоящих изменений в инструментах, а также более точно предсказать результаты их применения.

Правильный выбор состава первоочередных изменений в экономике, финансах и социальной сфере, а также в управлении ими, необходим не только для оттачивания состава и содержания инструментов опосредованного воздействия государства на социально-экономические процессы. Он необходим (и даже в большей степени) для обеспечения нужных параметров в динамике развития российской экономики в целом. Задача ускорить развитие народного хозяйства и повысить его эффективность не может откладываться до завершения процессов формирования отточенной системы управления. Представляется, что эти процессы необходимо осуществлять по ходу реализации конкретных шагов и достижения значимых успехов. Очевидно, что проектирование таких изменений стратегического характера не будет простым. Впрочем, как и их проведение.

В этом смысле следует признать актуальными слова П. А. Столыпина, который, говоря о комплексных задачах социально-экономического характера, не советовал рассчитывать на их окончательное решение («раз и навсегда»). Подобного рода задачи подлежат последовательному разрешению с оглядкой на полученные результаты и приобретаемый опыт такого разрешения в меняющихся обстоятельствах. Соответственно, в процесс предстоящей работы по реализации изменений необходимо встроить анализ результатов принятых решений и их гласное обсуждение, а также возможность корректировки примененного воздействия с учетом полученных эффектов.

Вместе с тем работа по проектированию и организации таких преобразований должна быть осуществлена в сжатые сроки, а их претворение в жизнь – быстро давать зримые результаты. Они могут быть промежуточными и даже в какой-то мере отклониться от намеченных проектировок, но за ними должны следовать осязаемые улучшения. Кроме того, их следует реализовать таким образом, чтобы общество воспринимало их как необратимые.

В ряду направлений, по которым целесообразно осуществить такого рода изменения, могут быть названы:

– переход к опережающему развитию глубокой и комплексной переработки добываемого и производимого в стране сырья для производства из него продукции конечного назначения и ее поставок на внутренний и внешний рынки (3.1);

– переход к массовому подъему предпринимательской и деловой активности на территории всей страны (3.2);

– переход на преимущественно внутренние источники финансирования развития экономики и социальной сферы (3.3);

– переход к единой, централизованно управляемой системе финансирования текущей деятельности учреждений и организаций социальной сферы и капитальных затрат на ее развитие (3.4).

Названные направления первоочередных изменений связаны между собой и примерно сопоставимы по возможным результатам воздействия на ход социально-экономического развития страны. Их совокупность в состоянии (и должна!) ускорить преодоление сложившихся негативных тенденций в развитии народного хозяйства, обеспечить дополнительные ресурсы для наращивания и реализации ее потенциала. Ниже конкретизировано содержание изменений по каждому из названных направлений, охарактеризованы их основные (ожидаемые) результаты.

Прежде всего этот вопрос может и должен быть поставлен в отношении углеводородного сырья – и по причине его особой роли в современной России (на чем можно даже не останавливаться), и по причине серьезных перемен, произошедших в последние годы.

В динамике добычи и экспорта углеводородов из России 2021 год стал переломным. Их опережающий рост, продолжавшийся порядка двух десятилетий, под воздействием внешних обстоятельств прекратился. Но, как оказалось, это не стало катастрофой и не представляет собой угрозы будущему развитию российской экономики. Более того, появилась, наконец, возможность перевести в практическую плоскость вопрос о необходимости и целесообразности перехода от опережающего роста добычи и поставок углеводородного сырья на экспорт к организации его глубокой и комплексной переработки на территории страны с выпуском продукции с высокой добавленной стоимостью для внутреннего рынка и экспорта. Причем – с получением много большей выгоды для национальной экономики.

Имевший место рост добычи углеводородного сырья и его поставок на экспорт, опережающий темпы промышленного производства, был обусловлен устойчивым подъемом мировых цен на нефть, стартовавшим в конце 1999 года. В 2001–2015 гг. объем добытой нефти увеличился в 1,65 раза (достигнув в 2015 г. 533 млн тонн), а экспорт нефти и нефтепродуктов удвоился (достигнув в том же году 436 млн тонн). Причем эти тенденции сопровождались не только усилением роли нефтегазового сектора в экономике и финансах России, но и неуклонным уменьшением в стране объемов производства продукции с высокой добавленной стоимостью и увеличением притока таковой по импорту. В результате «неожиданно» стали снижаться темпы роста ВВП России. Апофеозом устойчивого «взаимодействия» этих двух трендов стало отрицательное значение роста ВВП в 2015 году (-2,8 процента по отношению к 2014 г.). И эта «неожиданность» в экономической истории страны случилась не в первый раз.