Чтение онлайн

Во-вторых, понятие статуса всегда относительно. Понятие статуса неприменимо к человеку, пока он находится один, сам по себе, вне связи с другими людьми. Для того чтобы это понятие обрело смысл, требуются, по меньшей мере, два человека, статус одного из которых неизбежно будет отличаться от статуса другого. Так что можно смело утверждать, что Робинзон не имел никакого статуса, пока на острове не появился Пятница.

Среди множества разнообразных статусов, которыми обладает один и тот же человек, выделяют главные (или ключевые) – те, что решающим образом определяют его социальные позиции в обществе. Чаще всего эти статусы – особенно в современных обществах – связаны с экономической, политической и профессиональной деятельностью. Но не только. В расово-сегрегированном обществе, например, главный статус может определяться цветом кожи. В теократическом государстве чрезвычайно важно вероисповедание, а также та позиция, которую занимает человек в церковной иерархии. Главный статус обычно определяет весь образ жизни человека, круг его общения, престиж в глазах окружающих и те жизненные шансы, которыми он располагает.

Какие-то статусы мы приобретаем от рождения – та же самая раса, пол, принадлежность к определенной национальной общности, наконец, статус сына или дочери. Такие статусы называются приписанными, или аскриптивными. Это понятие – «аскрипция» (или дословно – приписывание) означает, что определенные качества индивидов заданы в большей степени тем положением, в котором эти индивиды рождены (и над которым они фактически не имеют контроля), нежели их собственными достижениями. Приписанные статусы особенно важны в традиционных – кастовых и сословных – обществах, где человек рождался принцем или нищим, т. е. мог при появлении на свет получать принадлежность к очень высокой или очень низкой статусной группе. Получение аскриптивного статуса – по определению – не зависит от самого человека, его желаний и действий.

Следует отметить, что аскриптивный статус не совпадает с прирожденным. Прирожденными, строго говоря, могут считаться только три социальных статуса: пол, раса, национальность. Это ситуация, в которой социальное положение определяется исключительно биологическими факторами. Вплоть до самого последнего времени изменить их было в принципе невозможно. Однако в связи с последними достижениями медицины выяснилось, что в результате серии чрезвычайно сложных хирургических операций оказывается возможным изменить не только цвет кожи (и специфические черты лица, определяемые расовой принадлежностью), но и пол. Так что вопрос о прирожденности этих статусов также приобретает некоторую неопределенность.

Определенным набором статусов обладает система родства. При-чем только часть этих статусов являются аскриптивными – т. е. теми, что выражают ту или иную степень кровного родства (отец, мать, сын, дочь, брат, племянник, кузен и т. п.). Целый ряд родственных статусов являются приобретаемыми. Так, женившись, мужчина приобретает не только статус мужа собственной жены, но и получает в родственники всю ее кровную родню.

Вообще, большую часть статусов из своего статусного набора человек, конечно, завоевывает, прилагая к этому какие-то усилия. Для того чтобы приобрести статус студента, необходимо пройти вступительные испытания в вуз, а чтобы удержать (подтвердить) этот статус, приходится два раза в год сдавать экзаменационные сессии; достижение статуса специалиста с высшим образованием потребует немало потрудиться над дипломным проектом и подготовкой к государственным экзаменам. Такие статусы именуются достигаемыми (или приобретенными). Исторический анализ жизнедеятельности обществ, находящихся на различных уровнях развития, показывает, что в статусных наборах членов традиционных социумов преобладают аскриптивные статусы, а по мере развития обществ повышается удельный вес достигаемых. Это отражает рост общей социальной мобильности.

Признание со стороны окружающих обладания человеком тем или иным статусом (иногда даже отождествление его личности с этим статусом) называется идентичностью. При этом независимо от того, получена ли идентичность от рождения или же достигнута в результате затраченных усилий, она в любом случае усваивается индивидом через процесс взаимодействия с другими людьми, окружающими его. Именно другие идентифицируют его особым образом. Только если идентичность подтверждена другими, она становится реальной для самого индивида, считающего, что он обладает ею. Другими словами, идентичность – это продукт взаимодействия идентификации и самоидентификации.

Например, сегодня все чаще появляются материалы о трансвеститах (причем не только в специальной литературе, но и в широкой прессе) – индивидах, которые идентифицируются как мужчины, но которые предпочли бы быть женщинами (или наоборот). Они готовы испытывать на себе любые виды хирургических вмешательств для того, чтобы «реконструировать» свой организм с точки зрения желаемой новой идентичности. Однако сущностная цель, которой они стремятся достичь, состоит в том, чтобы по крайней мере некоторые другие приняли эту новую идентичность, т. е. идентифицировали их с этой точки зрения. Невозможно очень долго быть чем-то или кем-то только для себя. Речь идет о том, что при идентификации нашего статуса другие должны сказать нам, кто мы есть, другие должны подтвердить нашу идентичность. Хотя, конечно, имеются случаи, когда индивиды настойчиво твердят о своей идентичности, которую больше никто в мире, кроме них самих, не признает как реальную. П. и Б. Бергеры называют таких индивидов «психотиками», считая, что они «являют собою маргинальные случаи» самоидентификации. [48]

Следует различать социальные и личные статусы одного и того же человека. Личный статус – это позиция, занимаемая человеком в его непосредственном окружении, оценка, которую дают ему его родственники, коллеги, друзья. Различные люди, обладающие одинаковым социальным статусом, могут иметь разные личные статусы, и наоборот. Можно было бы провести и такое различие: личный статус – это положение, которое человек занимает в малой (как правило, первичной) группе, а социальный – позиция, занимаемая им в большой социальной общности. Социальный статус носит в значительной степени безличный (формальный) характер, тогда как личный статус всегда подчеркивает индивидуальные качества человека.

Различие социального и личностного статуса всегда отчетливо просматривается в степени авторитета и влияния, которыми обладает человек в структуре коллектива той формальной или неформальной организации, к которой он принадлежит. Скажем, в ходе исследования рейтинга преподавателей, которые проводятся в виде опроса студентов, выставляющих им оценки по целому ряду профессиональных качеств, предлагается составить ранжированный список данных преподавателей. Этот список возглавляют лидеры – преподаватели, получившие самые высокие оценки (рейтинг), а замыкают аутсайдеры – преподаватели, оцененные студентами ниже всех. Другими словами, одни преподаватели имеют более высокий статус, а другие – более низкий. Однако речь здесь идет исключительно о личном статусе, ибо социальный статус у всех преподавателей, входящих в список рейтинга, конечно же, одинаковый. И, конечно же, личностный статус является в гораздо большей степени достигаемым, нежели социальный (за исключением, может быть, того особого статуса, которым мы наделяем своих близких родственников).

И точно так же, как каждый из нас обладает целым набором социальных статусов, наша жизнедеятельность характеризуется и определенным комплексом статусов личных. Это связано с тем, что на протяжении своей жизни мы одновременно (точнее попеременно) принимаем участие в жизни множества малых групп своих семей, компаний друзей, учебных и производственных коллективов, спортивных команд. При этом в каждой из них у нас устанавливается свой особый личностный статус – высокий, средний или низкий.

Мы уже говорили, что социальные статусы – это что-то вроде пустых ячеек. Люди, которые заполняют эти ячейки, неизбежно привносят в них свою индивидуальность. В конце концов, любые права и любые обязанности можно соблюдать с большей или меньшей степенью добросовестности или охоты. Другими словами, прочность социального статуса в какой-то степени нередко зависит от личного статуса человека. Но и личный статус в немалой степени определяется уровнем статуса социального.

Мы уже говорили о необходимости признания того или иного статуса человека со стороны его ближнего (а иногда и дальнего) социального окружения. Это означает, что всякий раз, когда человек занимает определенную социальную позицию, его поведение, вероятно, будет зависеть не столько от того, каково его собственное представление о таком поведении в данном положении, сколько от того, чего именно ожидают от обладателя этой позиции окружающие его люди. Характер поведения, ожидаемый от обладателя того или иного социального статуса, называется социальной ролью. [49]

Например, конкретный школьный учитель должен исполнять роль «учителя», которая соотносится с определенным ожидаемым поведением – со стороны учеников, школьного руководства и родителей, – независимо от его личных ощущений и чувств. Благодаря этому становится возможным обобщение професионально-ролевого поведения учителя вне зависимости от индивидуальных характеристик тех людей, которые занимают эту социальную позицию.

Социологическая важность понятия роли состоит в том, что она демонстрирует, каким образом и с помощью каких механизмов индивидуальная деятельность испытывает на себе влияние общества и, благодаря этому, следует регулярным установленным образцам. Исполнение нами определенных ролей упорядочивает социальную жизнь, потому что делает поведение людей предсказуемым. [50] Далее мы рассмотрим, как социологи используют роли в качестве своего рода элементарных структурных единиц, из которых конструируются социальные институты. Например, школа как социальный институт может быть рассмотрена как система взаимодействия ролей учителей и учеников, которые будут общими для всех школ.