Чтение онлайн

Анализ полученных данных позволил охарактеризовать явление профессиональной преступности следующим образом.

1. Совершение преступлений является одним из основных или основным способом добычи средств к существованию (об этом заявили 78 % опрошенных респондентов).

2. Совершение преступлений преступниками-профессионалами включает предварительную подготовку, обучение, овладение профессиональными навыками и секретами (около 80 % отметили наличие данного фактора).

3. У профессиональных преступников имеются специальные, заранее подготовленные и опробованные приспособления, облегчающие совершение противоправных деяний (75 % опрошенных преступников имеют в своем арсенале такие орудия).

4. Криминальным профессионалам присущи специальные приемы и способы совершения преступлений (91 % респондентов знает и применяет их в своей «практике»).

5. Профессиональный преступник выбирает преступную карьеру в качестве жизненной цели (…). [227]

6. Среди представителей профессиональной преступности существует четкая иерархическая внутриклановая градация (об этом заявили 87 %).

7. У профессиональных преступников есть свойственный только им преступный сленг, жаргон (владеют такими «профессионализмами» 95 % опрошенных).

8. Представители профессионального криминалитета объединяются в особые «ассоциации» по профессиональному, корпоративному признаку (об этом свидетельствуют 82 % респондентов).

9. Профессиональной преступности свойственны свои традиции, обычаи, преступный фольклор и другие элементы преступной субкультуры (71 % респондентов в той или иной степени знакомы с этими явлениями).

10. Профессиональные преступники способны готовить криминальную смену, передавать навыки, способы и приемы совершения противоправных деяний начинающим преступникам (около 50 % опрошенных прошли своего рода «воровские школы»).

11. Профессиональные преступники имеют строго определенные модели посткриминального поведения (92 % имеют хорошо налаженные каналы сбыта похищенного, отработанные пути отхода с места совершения преступлений и т. п.).

12. Профессиональные преступники выражают чувство престижа, гордости своей криминальной профессией и иные подобные компенсаторные психологические явления (45 % респондентов сообщили, что испытывают чувство гордости). [228]

В России сейчас около 300 титулованных «воров в законе» – лидеров профессионального преступного мира. Каждый четвертый из них отбывает наказание в местах лишения свободы. При их непосредственном участии в российских тюрьмах за долгие годы сложились устойчивые кланы. Три четверти оставшихся на свободе возглавляют мощные криминальные группировки или легальный бизнес. Оборот многих таких фирм и преступных структур составляет десятки и сотни миллионов долларов. Многие криминальные авторитеты, прежде всего наркобароны, перенесли сферу своей деятельности за рубеж, а деньги большинства из них хранятся на зарубежных счетах. Только на маленьком Кипре «новые русские» организовали около 2 тыс. сомнительных оффшорных компаний, банков и туристических фирм.

Подавляющее большинство крупных российских криминальных авторитетов рассматривает Запад отнюдь не как место криминального заработка денег. В России сегодня существуют такие возможности быстрого оборота денег, каких нет ни в Европе, ни в США. Преимущество Запада в том, что здесь незаконные деньги можно совершенно легально использовать и вкладывать в абсолютно законные предприятия.

Наибольшую социальную опасность представляют уголовные преступления. Они классифицируются по многим видам. Общим показателем уровня уголовной преступности является количество зарегистрированных преступлений. В нашей стране оно увеличилось с 835 тыс. в 1976 году до 2 756 тыс. в 1995 году, т. е. на 330 %. [229]

Невосполнимый ущерб экономике страны наносят должностные и так называемые хозяйственные и финансовые преступления, включающие в себя: систематические уклонения от уплаты налогов, криминальные сделки по перераспределению сырья и материалов из государственных и частных предприятий. Обычным делом становятся крупномасштабные банковские аферы. Одним из проявлений такой преступной деятельности выступает создание финансовых «пирамид». В 2000 году статистики подсчитали, что от российских «пирамид» пострадало больше людей, чем их было занято на постройке пирамид египетских.

К наиболее распространенным видам хозяйственных и должностных преступлений относятся: хищение, получение взятки, дача взятки, нарушение правил охраны труда и безопасного производства работ, нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспорта. Существенным криминогенным фактором стал «чеченский» синдром: выделенные на военные операции и восстановление хозяйства государственные средства перетекают в частные руки, служат обогащению нефтебаронов.

Корыстная преступность совершается с целью материального обогащения путем завладения чужим имуществом (собственностью, недвижимостью, деньгами, банковскими счетами) либо преимуществами (устранение с высокой должности одного человека ради освобождения доступа к ней другому). К проявлениям корыстной преступности, темпы прироста которой в России на протяжении 90-х годов оставались очень высокими (до 10–15 % и более в год), относятся такие деяния, как фиктивные хозяйственные операции, создание лжепредприятий, махинации с ценными бумагами, незаконная эмиссия ценных бумаг, хищения путем внедрения в телекоммуникационные и компьютерные сети банков, промышленный шпионаж, посягательства на интеллектуальную собственность, нарушения патентных прав, нецелевое использование кредитов и т. д. Доля корыстных преступлений в структуре регистрируемой преступности приближается к 90 %. [230] По сводкам МВД, в 90-е годы в среднем за год совершалось от 22 до 26 тыс. убийств. Убийства из корыстных побуждений составляли 20 %, по хулиганским мотивам – 19 %, 10,5 % жертв убито в мафиозных разборках.

В современной России наблюдается усиление корыстной направленности преступности. «Идет процесс относительного вытеснения из сферы корыстной преступности примитивного уголовного типа интеллектуальным и предприимчивым преступником с новыми, более изощренными способами и формами преступной деятельности и отвергающим старую воровскую мораль. Продолжается усиление криминальной направленности в коммерции. Многие предприниматели, имеющие опыт деятельности в подпольном бизнесе и теневой экономике, где конфликты интересов не могли разрешаться правовыми методами, привнесли его в легальные экономические отношения». [231]

Характерная примета корыстных и хозяйственных преступлений новой России – появление так называемых заказных убийств и особой профессии – киллеров. Киллеры – профессиональные наемные убийцы. Они действуют в одиночку или группами. Их промысел – заказные убийства.

Ситуация с заказными убийствами резко обострилась еще в начале 90-х годов. Коммерческие структуры активно разворачивали свою промышленно-финансовую деятельность, расширялась сфера банков, частные фирмы увеличивали объемы торговли, сливаясь в крупные инвестиционно-финансовые компании. Параллельно стремительно набирал силу криминальный мир, ища слабые звенья в промышленно-финансовых структурах частного и государственного сектора для контроля и влияния в своих интересах. Многие не выдерживали и уступали коррупции со стороны криминальных структур. Протестующих, сопротивляющихся ждала «разборка», а в некоторых случаях – физическое уничтожение киллерами.

Специалисты все чаще отмечают рост криминального профессионализма. Дестабилизирующее влияние оказывают тысячи активно действующих организованных преступных сообществ. Организованная преступность обладает следующими признаками (за отсутствием собственных отечественные криминологи позаимствовали их у американских специалистов).

Первое: это наличие двух или более человек, которые объединились для совершения преступлений материально-корыстной направленности.

Второе: внутри группы имеется иерархия и действуют определенные нормы поведения, чаще всего жесткие. Отдельные элементы структуры выполняют охранительные функции, функции разведки и контрразведки с тем, чтобы эта структура могла выжить.

Третье: у организованной криминальной структуры имеется своя материально-техническая база, куда входят денежные средства, автотранспорт, средства связи и вооружение.

Четвертое: наличие каналов для отмывания денег.

Пятое: наличие признаков коррупции, связей с представителями органов власти и управления, которые либо действуют, либо бездействуют в интересах данной группировки.

Шестое: раздел сфер влияния между отдельными группами либо по территориальному, либо по отраслевому признаку.