Чтение онлайн

Возникновение Сообщества

В речи, произнесенной в 1946 году в Цюрихе, Уинстон Черчилль заявил: “Мы должны построить нечто вроде Соединенных Штатов Европы”. Однако лидерами в этом начинании оказались вовсе не британцы. Ими стали прежде всего Франция и тогдашняя Западная Германия. Парижский договор 1951 года провозгласил создание Европейского сообщества по углю и стали. За ним последовали Европейское сообщество по атомной энергии и, наконец. Европейское экономическое сообщество (ЕЭС). ЕЭС, провозглашенное Римским Договором 1958 года, создало единый рынок для движения товаров стран-участниц. Британия, однако, осталась в стороне и предпочла укрепить свои связи с членами Британского Содружества и Соединенными Штатами. В ЕЭС она не вступала вплоть до начала 1973 года.

По мере продвижения ЕЭС к политическому единству слово “экономическое” исчезло из названия, и союз стал именоваться просто Европейским сообществом. Дальнейшая интеграция привела к созданию Европейского Союза (ЕС). Структуру ЕС образует целая сеть представительных и бюрократических организаций. Высшее положение занимает Европейский Совет, в который входят главы государств — членов союза. Они собираются примерно три раза в год. Совет министров состоит из министров иностранных дел стран-участниц и рабочих групп, в которые входят другие официальные лица. Он является главным политическим органом сообщества и принимает законодательные решения. Раньше такие решения принимались в том случае, если поддерживались единогласно, сейчас для этого достаточно большинства голосов — это очень важный шаг, он означает, что законодательство может осуществляться помимо воли какой-либо отдельной страны.

Европейская комиссия представляет на рассмотрение Совета министров политические акции и отвечает за реализацию его решений. Комиссию возглавляют комиссары, назначаемые странами-участницами. Европейский парламент состоит из 518 депутатов, представляющих различные мнения по поводу предложений, направленных Совету. Европарламент — поле для дискуссий, он не имеет законодательных полномочий, и это обстоятельство заставляет многих думать, что ЕС в его нынешней форме, в сущности, антидемократичен. Наконец, существует Европейский Суд, который стоит на страже законов ЕС и интерпретирует их. У него нет полицейских сил, но его решения обязательны для исполнения судами стран-участниц.

Первоначально в сообщество входили шесть стран, затем в 1978 году, когда в него вместе с Британией вступили Дания и Ирландия, их стало 9. Затем это число увеличилось до 12, и, в 1996 году, до 15. История сообщества отмечена серьезными столкновениями, в частности в отношении сельскохозяйственной политики, но одновременно были и выработки взаимоприемлемых соглашений. В 1987 году ЕС принял Закон о Единой Европе. За ним последовала серия инноваций, направленных на достижение большего единства, в том числе отмена оставшихся торговых барьеров.

Будущее ЕС всегда было проблематичным, но эта неопределенность еще усугубилась в результате колоссальных изменений, начавшихся в 1989 г. в Восточной Европе и Советском Союзе. Когда под словом “Европа” понимались либеральные демократии Западной Европы, стоящие особняком от восточных коммунистических стран, ее границы были ясны. Распад Советского Союза все изменил. Теперь уже не так очевидно, где кончается “Европа”. Многие вновь созданные восточные либеральные демократии намереваются добиваться приема в ЕС.

Какого же рода образованием является ЕС? Станет ли он чем-то вроде сверхнационального государства, подобным современным национальным государствам, или это нечто отличное от прежних политических систем? Филлип Шмиттер указывает, что в настоящий момент ЕС отличается от национального государства по целому ряду признаков. Как уже говорилось, в нем нет единообразной верховной власти. Решение суда ЕС имеет приоритет над некоторыми законами стран-участниц, но универсального механизма его реализации не существует. Тем не менее, ЕС имеет и некоторые черты суверенного государства. Например, около 130 государств вступили в дипломатические отношения с ЕС как государственным образованием.

У национального государства есть определенная территория, но говорить о наличии у ЕС собственной территории в полном смысле слова нельзя. Соглашение 1992 года открывает свободу движения граждан и товаров по пространству, которое веками разделялось государственными границами, однако ЕС прямо не “управляет” этой территорией и границы ее определены не окончательно, поскольку в ближайшем будущем его членами может стать еще неопределенное число государств. ЕС имеет диффузную структуру; целый ряд внешних государств имеет соглашения о сотрудничестве с ним. В отличие от национальных государств ЕС не имеет четкой иерархии административных учреждений. Перечисленные выше структурные компоненты дублируют друг друга в различных сферах компетенции и уровнях власти. Комиссии принадлежит главная роль в принятии решений, но эту роль она выполняет с серьезной оглядкой на позиции стран — участниц и других органов ЕС.

ЕС, утверждает Шмиттер, чрезвычайно специфическая форма политического устройства, и те процессы и учреждения, которые возникают в его рамках, могут служить моделью для других регионов мира. Это ни нация, ни государство, но альтернатива и тому и другому. Федерализм ЕС не тот, что у федеральных государств, поскольку он состоит не просто из регионов, организованных коллективным образом, а представляет собой конгломерат различных общностей и подобщностей. Для определенных целей — это единая политическая сила, для других — это агрегат, существующий на основе “скользящих соглашений”.

Год 1989 был годом двухсотлетия Французской Революции. Для Европы это был также “год новой революции”, не менее важный по своим последствиям, чем 1789. В 1989 году коммунистические режимы Восточной Европы один за другим выпустили бразды правления из своих рук (для дальнейшего обсуждения этих событий см. главу 19, “Революции и социальные движения”). Система власти, казавшаяся стабильной и незыблемой, господствовавшая по всей Восточной Европе, была свергнута буквально в один миг. Коммунисты со все ускоряющейся быстротой стали терять власть в странах, которыми управляли полвека: Венгрия (февраль), Польша (июнь), Болгария, Восточная Германия и Чехословакия (ноябрь), Румыния (декабрь). К январю 1992 года в каждой восточноевропейской стране, включая даже отсталую Албанию, были свободно избраны новые правительства. И, что еще более замечательно, к этому времени в самом Советском Союзе Коммунистическая партия была лишена власти, и страна распалась на ряд независимых государств.

Югославию расколола гражданская война, вооруженные конфликты разгорались и в бывшем СССР — между новыми, возникающими государствами и внутри них. Для начала, однако, все они пошли по одному и тому же пути демократизации. В шести республиках Югославии, например, в 1992 году прошли выборы. В Хорватии и Словении победу одержали национал-демократы, ставящие своей целью независимость, тогда как в Сербии преобладали экс-коммунисты.

За некоторыми исключениями, в 1992 году вся Восточная Европа успешно писала новые конституции и создавала многопартийные парламентские системы. Спектр партий в большинстве случаев напоминает многие страны Западной Европы. Сохранились и некоторые экс-коммунистические партии, но сейчас они называют себя социалистами или социал-демократами. К левому крылу и центру принадлежат такие партии, как “Свободные Демократы” и “Молодые Демократы” (Венгрия), “Демократический Союз” (Польша). Группы, подобные “Демократическому Форуму” (Венгрия) и “Альянсу Центра” (Польша), имеют правоцентристскую ориентацию. В некоторых странах есть также крайне правые партии, но пока их влияние незначительно. Ряд националистических партий колеблется между правыми и левыми.