Чтение онлайн

– Нет, ни разу. Также, как и танго, – ее энергия передалась и мне. – Сейчас же танго было. Вы классно танцевали.

– А, это мой ученик. Четвертый месяц с ним занимаемся, сегодня решился вот сюда прийти, – широкая улыбка озарила ее лицо, от чего щеки округлились, и она стала похожа на младенца. Пойдем, попробуем вальс станцевать.

И мы пошли. Ну, как «мы». Вела она, а я пробовал на ходу сообразить куда и как ставить ноги. Вас учили в школе вальсу? Хорошо, тогда ты помнишь, база – это «квадрат». Три счета. На «раз» ведущий партнёр, в идеале мужчина, шагает

вперёд с левой ноги. На «два» – с правой.

На «три» левая нога приставляется к правой и полностью опускается на стопу в конце такта. Важно, чтобы движения были плавными. Партнерша делает все зеркально: в направлении назад и влево, с правой ноги, приставляя её к левой.

Второе движение – точно такое же, только с изменением положения ног: партнер шагает назад с правой ноги, приставляет её к левой. Партнерша двигается с левой ноги, ставит ее к правой. Получается квадрат.

На публике, в толпе танцующих – я не верил в происходящее. В результате за три часа познал столько нового, сколько у меня не было за последние несколько лет жизни. Плюс познакомился с новыми людьми и понял, что внешность реально обманчива. В действительности байкеры оказались образованными, музыкальными и добрыми людьми, а моя таинственная учительница, несмотря на эффективность и недоступность пышность, запомнилась как самая приветливая и грациозная леди, что я встречал. Это был шок. И я решил, что хочу идти дальше, что буду искать и учиться сам. Теперь мне это было жизненно важно.

Вечер и ночь того дня я просидел за компьютером в поисках новых роликов и клубов. Решил, что хочу именно в клуб, а не студию. Считал, что это выше по уровню и круче по базе знаний. При этом мне хотелось не только познать танец, но и общаться, дружить, учиться у людей. За полночь я наткнулся на ролик. Высокий, накаченный незнакомец в шляпе вел стройную брюнетку. Глаза в глаза. Вдох за выдохом. Он то прижимал ее к себе, то холодно отталкивал. Пытался бросить, но через мгновение возвращался.

Я влюбился до такой степени, что стал искать ребят. И нашел. Это были преподаватели, и была у них своя школа. Если бы я был нумерологом или астрологом, воскликнул бы: «Звезды сошлись» или типа «Выпала счастливая карта».

Чуть позднее я понял, что да, везение и удача играют большую роль в нашей жизни. Однако прежде всего надо надеяться лишь на себя. Захотел – сделал шаги – получил. Никак иначе. В противном случае лишь обиды на окружающих и депрессия.

Да, это я намекаю на тебя. Не швыряйся словами, что устала и ничего не хочет. Жизнь поверит и не даст, ей все равно шутишь ты или нет. Она выполняет четкий посыл – все. Так что, выше нос, будь добра, и больше амбиций в целях и желаниях.

Так вот. Нашел я контакты школы, где работали эти преподаватели, и еле дождался десяти утра, чтобы не пугать людей в три ночи. Запомнил на всю жизнь ответ приветливого мужского голоса, который ответил после третьего гудка: «Привет. Приходи, мы научим. Вторник, четверг, в 19 стартуем. Будем рады тебя видеть. Как раз новая группа».

Три дня я представлял, как пройдет вечер вторника.

Приехав по адресу, понял, что это не обычный жилой дом, как в первый раз, а большой университет с гигантскими колоннами на входе. Я поднялся, словно подросток, глазея с задранной головой, и спросил у охраны, где здесь танцевальный клуб.

«Добрый вечер, вам прямо, потом налево. Там будет дубовая дверь, не промахнетесь. Удачи». При этом он приподнялся.

«Чудеса продолжаются», – подумал я и улыбкой поблагодарил мужчину. Вечер начинался с приятных неожиданностей в виде здания почти как в моих мечтах и вежливости незнакомого человека.

Открыв массивную дубовую дверь, я попал в большой зал, просто огромный.

***

София давно так не бегала. Он распахнула дверь дедовской комнаты и замерла. Дыхание сбилось. Глаза нервно искали источник гулкого звука, упавшего мертвым грузом на пустой дом.

Дед сидел в кресле и смотрел на книги, разбежавшиеся по полу. Тяжелый вздох и протяжное «Ну деееед». Пока она собирала их, старик молча смотрел куда-то вглубь себя. Девушка попробовала заговорить или взглянуть на деда, но на лице того не было никаких эмоций. Казалось, даже улыбка ушла от ворчливого старика.

София прибрала книги и села на край кровати. Дед мотнул головой, прокрутился полный круг в кресле и через мгновение на Софию смотрели все те же голубые глаза с чертовщинкой внутри и мягкая улыбка, вновь поверившая в деда.

– Так на чем мы остановились? – он хлопнул себя по коленям, поднялся и вновь отвернулся от внучки, чтобы заняться книгами.

– Дед, все в порядке? – тихо спросила она.

Лишь шелест пожелтевших страниц ответили девушке да подрагивающие иногда плечи. Она пересела в кресло рядом с дедом и уставилась на его профиль. Тот же молча стал выставлять книги на полку рядом.

– Да, внучка. Все в порядке.

– А я не верю тебе, – склонила голову набок девушка.

Старик медленно перемещался от стола к полке на стене и молча расставлял книги. В воздухе витала горечь и сожаление. Знаете, когда ты понимаешь, что берёг что-то, не пользовался, и вдруг понял, что это уже непригодно для использования. Понял, что не надо было беречь это на особый случай и выходной день – всем, что есть, надо пользоваться сразу. У нас одна жизнь.

Дед закончил, и София вновь вернулась на кровать. Села, поджала ноги, уперлась локтями в колени и уставилась на старика.

– Давай я, ладно, – она сглотнула. – Прости меня, я не права была. Просто мне не с кем поделиться всеми новостями. Мария в Мадрид укатила, Карло вообще автостопщиком заделался – шлет фотки всякие. Тоже так хочу. А меня вот в этот универ затащили. И отцу ничего не скажешь – даже слушать не станет. Я не знаю, что делать. Я хочу жить, хочу танцевать, мир посмотреть. У меня есть мечты, не надо считать меня никем.

– А ты говорила ему об этом? – старик смотрел на внучку.

– Кому? Про что?

– Про свои желания чему ты хочешь учиться.

– Ну да. Типа он поддержал меня в дизайне. Ты ж помнишь?

– Помню, не шибко только это поддержкой было, я тебе скажу, – улыбка деда стала серьезной.

– Ну да, в бизнес-школу он все равно меня отправит параллельно. На втором курсе.

– А ты хочешь?

– Не знаю, я и про дизайн уже не знаю. Сложно все это.

– Учиться всему сложно, особенно, хорошему и важному. И если тяжело дается – не значит, что это не твое. Это лишь значит, что на обучение уйдет больше времени, и практиковаться надо будет дольше. Мозг вообще ленивое создание, поэтому и сопротивляется непривычному.

– Ты ушел от темы. Твоя очередь, – София не отступала от деда. Да и как, ведь она вся в него была.

– Засыхает мандарин, который бабушка садила, – после паузы ответил старик. – Это был ее последний куст. Она мечтала, чтобы он заплодоносил на нашу рубиновую свадьбу. Для нее это было бы знаковым. А он, гад, засох.

Дед отвернулся к окну. Гуляющие занавески пытались дотянуться и успокоить. Но внучка сделала это раньше: она как в детстве села на колени к старику и обняла за шею.

Хватило его на полторы минуты.