Чтение онлайн

Завтра. Завтра он решится посмотреть папку с досье на каждого из компании, завтра они будут в Сортавале, там задержатся на две ночи, отдохнуть, набраться сил перед поисками, может быть, частично разобраться в этом деле, ну и в конце концов, ребята год назад тоже два дня провели в этой гостинице, а Кирилл уверен, надо следовать за ними по следам, делать всё так, как они год назад.

В доме всё было так, как обещано – в дополнение к четырём основным кроватям, пять раскладушек, запас продуктов на кухне, огромное количество свечей, а также несколько керосиновых ламп. Лампы особенно вдохновили Игоряху, он носился с ними, как с древней реликвией, и радовался словно ребёнок. Тёр лампу, вызывая джина, изображал этого самого джина, приставал ко всем, требуя загадать ну хоть малюсенькое желание. Он вообще вёл себя странно, излишне восторженно что ли. Если тот же Ваня видел в этой поездке сплошь неудобства, Игорь от тех же неудобств приходил в бешеный восторг. Туалет, типа «скворечник», его чуть ли не до экстаза довёл, сбегав туда, парень долго и красочно делился с друзьями впечатлениями, и кажется, утомил даже влюблённую по уши Леську. И стоит ли говорить, что его восторг не разделял никто. Это на словах как-то весело было, а на деле…

– Кто знает, как печь топить? – уныло поинтересовалась Милана. – Если её не растопить, утром с нас сосульки сбивать можно будет.

Девчонки только расфыркались в ответ, не женское это дело – печь топить, ноготки поломать можно, Славка с Никитой переглянулись и отвернулись от Миланы, не зная, что ответить, Игорь даже здесь не растерял оптимизма.

– Спокуха, систер! Разберёмся!

– Ага… ты уж точно. – не поверила Милана, – Печь доверишь – так ты со своим усердием избу спалишь, а потом восторгаться начнёшь, как круто горит…

– Ничего, Милан, – Ванька положил руку девочке на плечо, – Я видел, как это делается, могу попробовать.

– Я умею, – послушав короткую перепалку, уверенно направилась к печи Леся. – Я же деревенская, – смутилась она, бросив быстрый взгляд на Игоря. Конечно ребята знают, что живёт она в частном доме, хоть и в черте города, но ей самой было неудобно, и каждый раз, вспоминая об этом, Олеся будто проводила черту, границу между собой и ими, теми, кто родился с золотой ложкой во рту да так и шагает с этой ложкой по жизни, полагаясь во всём на родителей и обслуживающий персонал.

– Отлично! – пожала плечами Кристи, и добавила с сарказмом. – Сегодня мы не умрём. Нас спасёт рабоче-крестьянский класс.

– Помолчала бы, – заступилась за Лесю Милана, – Интеллигенция, вшивая… сама-то что умеешь? – и, хлопнув дверью, вышла на крыльцо. Вслед за ней вышел и Ваня.

– Милан, ну ты чего? Не хватало нам ещё тут всем переругаться.

– Да знаю, Вань, но эта… Нет чтобы спасибо Леське сказать. Неужели сама не понимает, что Леся единственный человек среди нас, кто хоть что-то умеет, она же себе хлеб в тостере поджарить не может, кухарку просит. Бесит!

– Зачем мы вообще сюда припёрлись, такие неприспособленные… – вздохнул Ваня. – Зима. Суровые условия. Это всё не про нас… – он легонько щёлкнул Милану по носу. – Но раз уж приехали, стоит попробовать выжить, как ты считаешь?

– Однозначно, – хихикнула девочка, поддержав шутку Вани.

– Пойдём. Надо Олесе помочь. Остальные вряд ли помогут.

– Да. Идём.

Тут распахнулась дверь. На крыльцо выбежала раскрасневшаяся Леська.

– Ой, вы тут! А я вот до сарая… – на ней не было куртки только тёплый свитер с высоким горлом и варежки.

– Зачем? – удивился Ваня, перехватывая её на бегу.

– Да за дровами!

– Стоп, стоп, стоп, – он мягко, но уверенно развернул девчонку обратно к двери. – Что ж у нас мужиков нет, за дровами ходить? Иди-ка к девчатам. Милан, забери её в дом и не выпускай! Придумала, тоже мне, сама за дровами бежать…

Милана подхватила Лесю под локоток, и, не слушая возражений, утащила за собой обратно в дом. Следом ворвался Ваня.

– Эй, пацаны, так и будем сидеть на лавочках, жопы греть и ждать пока девчонка дров натаскает да печь затопит? А ну, подъём! Никитос, Игорь, вы со мной за дровами, Славка, а ты воды раздобудь.

– Где я её возьму? – буркнул Слава. – Тут водопровода нет.

– Снег в ведро собери, – подсказала Леся. – Растает, будет вода.

– Фу! – наморщила нос Кристина. – А если в снег лисичка пописала?

– Кому не нравится, тот может в магазин сгонять за баклажкой, – подмигнул Ваня. – Парни, подъём! Прислуги здесь нет.

Парни неохотно поднялись с насиженных мест, бухтя что-то недовольно, двинулись в сторону двери. Ох, как не хотелось им что-либо делать, привыкли на всём готовом жить, думали и здесь так же будет, затем и Леську с собой прихватили. Как служанку. А ещё как объект для издёвок и подшучиваний. Теперь это очевидно. Но зря, конечно. Глупая затея. Не даст Ваня над девчонкой издеваться, слишком в нём чувство справедливости развито. И вот ведь, командовать взялся. Сроду лидерских качеств не проявлял, всё отмалчивался, больше слушал, чем говорил, и относился к друзьям с неким снисхождением, будто к детям неразумным, позволяя тому же Игорю быть главным в компании. Быть или казаться? Вопрос. Но лидерства у друга Ваня не оспаривал, предпочитая роль наблюдателя, а если уж вмешивался в дела компании, то как-то так, что никто из ребят возразить не смел. Вот и сейчас, хоть и поворчали, посопели, а встали пацаны, куртки натянули, двинулись следом за ним к сараю.

А через час все обиды были забыты, ребята сидели за столом в нагретой избе, тянули обжигающий сладкий чай из алюминиевых кружек, хрустели сушками и сухарями. Не подвёл арендодатель, всё сделал, как обещал – и дров огромный запас оставил, свечей, еды столько, что до конца зимы хватило бы. Простой еды, конечно, но деликатесами этих ребят не удивишь, сыты по горло, а вот сушки и сухари хорошо под чай подошли. Под чай, да под обстановку. Можно было бы, конечно, и посущественнее что-то приготовить, продукты есть, но на ночь глядя возиться с готовкой никому не хотелось, а нагружать Леську при Ване никто не осмелился.

Тихий телефонный звонок вырвал Кирилла из оцепенения, напомнил, что жизнь продолжается, а то, что довелось пережить несколько мгновений назад, всего лишь сон. Страшный, невероятно реалистичный, но все же сон. Кирилл протянулся руку к тумбочке схватился за аппарат как за спасательный круг.

– Лизнонька! Привет, любимая… – и сразу стало легче.

– Я не разбудила тебя, Кирюш… – она не спрашивала, утверждала. Хоть и ночь глубокая, а она уверена, что не разбудила. Ей не нужно спрашивать, они так хорошо чувствовали друг друга даже на большом расстоянии, что в словах не имелось необходимости, но созванивались они постоянно. Просто, чтобы услышать голос, сказать то, что выразить можно только словами.

– Не разбудила, Лиз, – всё же ответил он, и голос переменился, всё проявилось в нём – и страх, и тревога, и непонимание.

– Кирилл, снова этот сон?

– Он изменился, Лиз. – Кирилл потянулся к ночнику, включил свет, и расступились тени, попрятались по углам, – Он меняется каждый раз, и с каждым разом становится всё страшнее. Сегодня, представляешь, я не успел вовремя проснуться и провалился в озеро, под лёд, и, наверное, утонул, а девчонка… она сначала разбила лёд, устроив шоу на озере, а потом стояла и смотрела. Покуда не провалился под лёд, всё время видел её глаза. Она будто смотрела, но не видела ничего…