Чтение онлайн

Он сгреб меня в охапку и, зарывшись мне в волосы, пробормотал:

— Мне жаль, что это не ты. Но я счастлив, что мне не приходится ждать, как, например, Главе Морруа. Вот Тьери побил все рекорды неудачников, прожив тысячу двести лет так и не встретив свою половину. Хотя у него такой характер, что даже его люди боятся его до дрожи в коленках. Ну что ж, у нас есть пару дней, чтобы собраться в дорогу. Так что давайте наконец пойдем, отдохнем и завтра на свежую голову подумаем, что делать дальше.

Все еще ошарашенные Изабель и Коннор молча покинули комнату. Я поцеловала на прощание обоих Макгрантов и вприпрыжку кинулась к себе. За мной шел, хохочущий Николас. Уже засыпая я наконец поняла, насколько сейчас счастлива. Болото печали и страданий после смерти моих родных, в котором я так долго находилась, наконец очистилось.

Спускаясь на завтрак, я услышала разговор. И хотя подслушивать нехорошо, я замерла на ступенях, помня, как вчера Рэнулф услышал своих родичей за дверью. Хорошо слышался его раздраженный голос и вкрадчивый Хавьера, который сейчас взял инициативу разговора на себя.

— Макгрант, я хорошо тебя знаю, неужели ты поверил этой девочке? Ведь она элементарно может ошибаться, а ты будешь выглядеть дураком в глазах всех веров, погнавшись за призрачной надеждой и таскаясь с ней по всему свету.

— Нет, Отерро, тебе меня не понять, потому что ты сейчас вернешься домой и сможешь обнять свою Люсию. Тебе не понять, каково это приехать домой и пропускать сквозь пальцы прах своей любимой. Ты не сможешь понять, каково это хоронить полуистлевшие тела своих дочерей. И сознавать, что пока ты игрался в глупые мужские игры, кто-то жестоко издевался и убивал тех, кого ты любишь больше жизни и кого так подвел, не защитив и практически бросив на растерзание этим монстрам. Тебе не понять каково это век за веком проживать каждый день и помнить об этом, чувствуя, как внутри умирают оставшиеся клочки души. И наконец приходит она и дарит то, что ты так долго ждал и никогда не надеялся получить вновь. Надежду! Надежду все исправить и начать все заново. Ради даже такой призрачной надежды я на карачках не только Канаду, но всю планету облажу. И мне абсолютно плевать, как я буду при этом выглядеть. И еще я хочу тебе напомнить, если ты забыл, Хавьер, что все двадцать две полукровки обладали Даром, из-за которого многих и погубили. Так почему ты так уверен, что ее дар не может заключаться в том, чтобы находить пары. Ты вдумайся, как это многим из нас облегчит существование. Как только мы найдем Мэйдию, она станет сенсацией. Существом для поклонения. Да к ней записываться начнут на годы вперед, чтобы она и другим помогла. Скольких она сможет осчастливить, заменить нынешнее пресное существование, подарив смысл жизни. Подумай об этом!

Хавьер практически орал в ответ:

— Ты прав, прости, я не смогу понять, что ты пережил, но ведь я тоже многих хоронил и терял. Но и ты пойми, ты последний из моих друзей и я дорожу тобой. Уже два месяца ходят слухи, что весь клан Морруа поднят на уши, они ищут кого-то и ищут уже два месяца. Ночью мне доложили, что Жак в компании еще десяти их лучших воинов прибыл в Эдинбург. Я не верю в случайности, Макгрант. И то, что ваш клан в данный момент напоминает растревоженный муравейник, который находится на осадном положении, и то, что ты так неожиданно решил ее удочерить и держишь меня здесь как свидетеля, говорит о многом. Теперь я уверен, что Морруа охотятся за ней. Судя по тому, что она с ними практически не пересекалась и вряд ли успела перейти им дорогу, то она пара кого-то из них. И если за ней гоняется по всему миру сам Жак, это значит, он защищает либо свои интересы, либо своего главы. Сам знаешь, чем это вам грозит. Я надеюсь, ты еще не забыл, кто такие Морруа. И помнишь, что лучших убийц и бойцов нет ни в одном другом клане. Что Тьери лично готовит лучших из них, и сейчас они на вашей территории. Я не думаю, что даже такой дар как у нее, стоит жизней твоих людей.

Его прервал уверенный и твердый голос Рэнулфа, от которого мне стало чуть легче дышать.

— Отерро, я знал Тьери еще двенадцатилетним мальчишкой и в свое время помог ему выжить, он никогда не забудет этого. Я всегда был на его стороне и в свое время поддержал его притязание на титул главы кланов. Я больше чем уверен, что в открытую войну со мной он вступать не будет. Особенно после того, как я официально признаю ее своей дочерью. Она сама сможет выбрать свою пару, и наш клан не будет ответственен за ее выбор. Она станет свободной, но под нашей защитой и закона кланов. Морруа уже ничего не сможет сделать. Нам надо продержаться всего пару дней до совета.

Они резко замолчали, а потом открылась дверь и Рэнульф выглянул за дверь, позади него стоял Отерро, они стояли и молча смотрели на меня. Я вытерла слезы и, развернувшись, пошла в свою комнату. Мое счастье помахало мне ручкой. Зайдя в комнату, я упала на кровать и, свернувшись клубочком, заплакала. Да, сначала плакала, что слишком свободна и совсем одна, а теперь, что не свободна и чересчур не одна. Через полчаса ко мне заглянула Изабель. Она легла со мной на кровать, проворчала в потолок:

— Ох уж эти мужчины, сначала наворотят дел, а женщины потом расхлебывают. Милан, ты не переживай за нас ладно. Мы бы в совершенно безнадежное дело не ввязывались. Тем более ради безразличного нам человека. Ты же понимаешь? Не волнуйся, вместе мы со всем справимся. Особенно сейчас, когда, благодаря тебе, наконец глава проснулся и заново жить начинает. И Ник надежду обрел. И вообще, давай завтра шопинг устроим, нервы подлечим и к совету надо что-нибудь подобрать сногсшибательное. Люблю Кона своими нарядами шокировать, он так весело ревнует, закачаешься. Надо только мужчин предупредить, чтобы они нам охрану подготовили заранее, а то потом вообще никуда не пустят.

Я повернулась к ней и спросила:

— Изабель, скажи, а этот Тьери, он какой?

Она, помолчав, с тяжелым вздохом ответила:

Я видела его раз десять, не больше, но и этого хватило. Он очень высокий, крупнее многих, у него обезображено лицо. Это, скорее всего, следы от серебра, я так думаю, свекр молчит и правды не говорит, хотя знает, откуда шрамы. Он чудовищно сильный, недаром уже в четыреста отвоевал свой трон, но он еще и умный, зараза, потому что больше семисот лет правит и никто его свалить не может, и с каждым годом становится все меньше самоубийц ему бросать вызов. Вообще от него такая темная аура исходит, что даже если не хочешь, голову склонишь и позорно шею подставишь, преклоняясь перед ним. Он жестокий как дьявол и холодный как айсберг. Никого не любит и дорожит только тремя верами: Жаком, Полем и Рене. Жак — его правая рука и абсолютно неуправляемый тип. Короче, все Морруа — это темные лошадки, которым не стоит переходить дорожку. Но одно я точно знаю, Тьери блюдет свою честь как ни один другой вер. Он никогда не предаст и отплатит за добро. А он обязан жизнью Рэнулфу. Но я уверена, что он найдет способ обойти все подводные рифы, чтобы добраться до того, что ему нужно. Так что нам надо быть начеку.

Я слушала, затаив дыхание, как страшную сказку. Но на душе странным образом после этого разговора стало легко.

Шопинг — это здорово!!! Особенно с Изабель. Мы скупили половину магазина нижнего белья, потом пару десятков пар обуви, а потом пошли выбирать себе платья для совета. Вообще выбирать с Изабель одежду очень непросто. Для нее не существует стереотипов, авторитетов и слово мода отсутствует в ее словаре. Но при этом она гламурная, стильно выглядящая прекрасная женщина, при виде которой многие в восторге провожают ее взглядом, нарываясь при этом на жесткий взгляд целой толпы сопровождающих мужчин ее клана.

Заняв все свободные руки наших телохранителей, мы отправились в кафе подкрепиться, чтобы получить сил для второго дыхания шопинга. Сидя в кафе и наслаждаясь мягким вкусом латте, я с интересом слушала Изабель, которая рассказывала про свои детство, молодость и всю уже довольно длинную жизнь. Представляя Лизу в образе средневековой дамы из купеческого сословия, я, открыв рот, слушала историю ее знакомства с Коннором. Как ее уже стопятидесятилетнюю волчицу похитил из поместья ее семьи на севере Англии шотландский оборотень, возраст которого к тому моменту перевалил пятисотлетний рубеж. Их приключения и зарождающиеся отношения и любовь привели меня в неописуемый восторг. Эта история стала для меня шедевром любовного и приключенческого романа. Изабель с Трентом смеялись надо мной, словно над маленьким ребенком, который все время требует новую сказку.

Только через пару часов мы наконец закончили принимать пищу и уже готовы были отправиться покорять новые вершины шопинга, как неожиданно все мои спутники практически одновременно напряглись и настороженно уставились на входную дверь кафе. Причем все мужчины, встав со своих мест, заняли защищающую нас позицию. Я почувствовала неуловимо знакомый темный пугающий меня аромат, от которого все волоски на моем теле встали как по команде, вслед за этим в поле нашего зрения появилось трое мужчин-веров. Теперь мое новое переродившееся обоняние без труда узнавало легкий звериный аромат, который источали тела оборотней. Узнав мужчину, стоявшего впереди двух других, я напряглась еще больше, испугавшись за дальнейшее развитие ситуации.