Чтение онлайн

– Ясно. А я-то тут при чем?

– А при том, что я тебя к себе в гости не звал!

– Так я же объясни…

– Рот закрой!

– Слышь, ты! – я так возмутилась, просто жуть! Я ему тут бутерброды, понимаешь ли, от сердца отрываю, чаи завариваю, а он! Не хватало еще, чтобы всякие парнокопытные мне рот затыкали. – Совсем опупел?!

– Да помолчи ты! – оборвал меня парень.
– Мне твоя помощь нужна. Только при условии, что ты не хитростью сюда пробралась, чтобы со мной встретиться.

– Чего?

– Ну, может, придумала себе всякие бредни девчачьи про любовь с первого взгляда, подружек наслушалась. Думаешь, ты одна такая? Я не встречаюсь, поняла? Ни с кем. Я только сплю. Хочешь со мной переспать?

И чего это рожа сделалась такая мерзкая? Ты смотри, и про вкусы забыл.

– Да иди ты! – я вмиг нахохлилась.
– Индюк! Лесом-полем! Нужен ты мне триста лет и три года! Три дня, три минуты и три секунды! Чихать я на тебя хотела, понял!

Меня, конечно, занесло, но он тоже не прав. Видимо, мое лицо досказало все лучше всяких слов, потому что Сокольский, кажется, поверил. Тоже мне прЫнц! Да я б с таким вообще под один куст не присела, ну, вы понимаете…

Точно поверил. Снова стал хмурым и злым. А я упрямо натянула шапку.

– Да, понял я, понял, Пыжик, не кипятись.

– И я не пыжик, а Чижик! И ничего я не кипятюсь. Даже не начинала!

На кухню Сокольский притопал вслед за гостями, оставшись в спальне, чтобы одеться, и сейчас стоял передо мной в футболке и спортивках, сунув руки в карманы брюк. Взъерошенный и самоуверенный, как всегда.

Мы уставились друг на друга.

– Все, успокоилась? – серые глаза университетской знаменитости прищурились.
– Готова слушать?

– Можно подумать тебе есть что предложить, - буркнула сердито.

Парень ухмыльнулся.

– Может, и есть, если вопить перестанешь.

– Слушаю.

– Ты сказала - тебе жить негде. Это так?

Запомнил же. Я неохотно пожала плечами.

– Ну, негде. До Нового года точно, иначе бы не оказалась здесь. А что?

– А то! Предлагаю заключить сделку. Взаимовыгодную. Боевое крещение мы прошли, я больше, чем уверен, что у нас все получится.

Я смерила Сокольского недоверчивым взглядом.

– Сделку? – удивилась, подозревая подвох.
– С тобой? Что-то не хочется.

Фыркнув, наклонилась, собираясь надеть сапоги, но парень продолжал выжидающе смотреть, и я не выдержала:

– Сокольский, ты серьезно, что ли?

– Серьезней некуда, Чижик. Ты мне подходишь. Я предлагаю тебе жилье в обмен на роль моей девушки. Маскарад, естественно, рассчитан исключительно для членов семьи. Ты живешь у меня, но не со мной – есть разница. Если улавливаешь, о чем я, и предложение тебя устраивает, можем попробовать договориться.

И, главное, на самом деле серьезный такой, на лице нет и следа шутки.

Я замерла, держа нос по ветру. Неужели моим бедам пришел конец? Ведь это выход! До нового года рукой подать, а там и на общежитие, если что, соглашусь! А что касается Сокола, так он тоже чихать на меня хотел, не слепая, опасаться нечего. Видела я, какие девчонки вокруг него вьются, куда там Илоночке!

– Только учти, Сокольский, мне учиться надо. А еще приходить во сколько захочу, иметь доступ к ванной комнате и спать, желательно в тишине.

– Как насчет того, чтобы мыть посуду, убирать квартиру и выносить мусор. Идет?

– Ну… - улыбка сама собой расцвела на губах. Вот это подфартило! Да что тут убирать-то! Это он комнату моего брата не видел! – Идет!

– Тогда по рукам, Чижик? Обещаю запомнить фамилию.

– По рукам!
– Мы ударили в ладони и сцепили рукопожатие.

Глядя на мою улыбку, Сокол снова помрачнел.

– Надеюсь, я выдержу три недели соседства с тобой.

– И я.

– Только смотри, в университете за мной не бегай, поняла? И не напридумай там себе всякого разного, а то я вас девчонок знаю.

– Чего?

– У меня своя жизнь, у тебя своя. Никакой романтики, чисто деловой подход. Как только Сусанна с будущей сводной отвалят – разъедемся.

– Пффф! Раздулся! Смотри не лопни, птичка! – улыбка стала только шире. Настроение решительным образом ползло вверх.
– Очень мне надо бегать за индюками. Это ты не забудь, что уговор – Новый год! Я не собираюсь остаться на улице, если тебе вдруг приспичит передумать. Зато, так и быть, обещаю при необходимости полностью вжиться в роль!

– И чтобы в университете держала язык за зубами! Никто про нас знать не должен! Не люблю сплетен.

– Да ты что! – искренне изумилась. Ульяшку я в расчет не брала. Все равно Лешка проговорится.
– Не хватало ужаса!

– Почему это ужаса? – подозрительно набычился Сокольский. Ну, еще бы! Такой прЫнц, а тут пастушки не восхищаются. – Да многие были бы счастливы оказаться на твоем месте!

– Ага, и Илоночка первая. Пожалуйста! Я не гордая, могу местечко и уступить.

– Так, Чижик, едрить твою! – рука парня крепче сжала ладонь.
– Ты уже согласилась! Только попробуй отказаться - прямо сейчас за ноги к дивану привяжу, поняла?

Теперь настала моя очередь подозрительно хмурить брови. Я даже отодвинулась на всякий случай и руку отобрала. Ну все, поручкались, хватит.

– Ты что, Сокольский, пятьдесят оттенков серого переел? Может, у тебя под этим самым диваном и ремни-веревки имеются, а я к тебе жить собралась? Не-ет, я так не согласна.

Лицо Сокола побелело, а ноздри раздулись. Ну все, сейчас передумает. Дошутилась! До чего же эти самоуверенные красавчики предсказуемы. Их вывести из себя, раз плюнуть!

– Чижик, еще одно слово, и, клянусь, отберу ключи.

Ну вот, говорю же…

– Да молчу, я молчу! Шуток не понимаешь, что ли? Нужен ты мне триста лет. Не скажу никому, не бойся! И личной жизни мешать не стану. Только будь человеком, Сокольский, предупреди, если что, - надев сапоги, потянулась за пуховиком. Повязала на шею шарф – не люблю мерзнуть.
– Я же по вечерам работаю, так что они, эти самые вечера, в твоем распоряжении. Если что, я и погулять могу. Недолго! – посчитала нужным уточнить, все-таки зима на дворе. – Мне еще к сессии готовиться нужно. Не всем оценки за красивые глазки ставят, как некоторым.