Чтение онлайн

— Сиди здесь. — приказал Нестору Элак. — Я подползу к краю. Упаси тебя боги соваться в колючки. Поднимешь шум, и нам крышка!

Не позволив грифону возражать, юноша пополз в глубину кустов, и Нестор готов был поклясться, что ветки страшного держи-дерева сами поднялись, чтоб пропустить Пана внутрь, не оцарапав его кожу. Нахохлившись грифон сел на землю и стал похож на большой камень.

Элак тем временем подобрался к самому краю и заглянул вниз.

Разбойники сидели вокруг трех главных костров и еще по крайней мере шести мелких огоньков, на которых они ничего не готовили. Просто подбрасывали ветки для освещения. Веселое пламя плясало на серых неровных стенах каменной воронки. Здесь лесные скитальцы устроили себе лежбища, набросав соломы в выбоины и ниши.

Иные укрывались шкурами, на других еще сохранились остатки одежды из тканей. Кое у кого были дорогие плащи — добыча недавних грабежей — и даже сандалии. Остальные ходили босиком. Но оружие имелось у всех.

Элак насчитал человек 50 крепких загорелых мужчин с косматыми давно не стриженными бородами и гривами немытых волос. Они были так грязны, что раньше Пан сказал бы: походили на животных. Теперь он никогда бы так не выразился. Только человек, попав в лес, толком не умеет за собой следить. Кто видел оленя в коросте? А вшивых медвежат?

— Что ты хочешь нам доказать? — грохотал рослый детина в драной тунике и дорогом кожаном поясе с золотым теснением. Повелительный тон выдавал в нем вожака. — Чего ты ждешь, Эвмил?

Он обращался к черному костлявому мужчине с крючковатым носом и близко посаженными глазами.

— Мы не можем здесь сидеть без дела и ждать неизвестно чего! Нам надо добывать себе пропитание!

— Я привез вам еду. — с едва скрываемым раздражением возразил Эвмил. Он походил на недовольного всклокоченного ворона, готового вот-вот ринуться в драку. — Оружия у вас навалом, одежда тоже найдется. Зачем же грабить поселок?

— Мои люди засиделись без дела. — угрюмо гнул свое вожак. — Мы не подыхать сюда пришли!

— Верно! — зашумели вокруг. — Цемесс богат! Он давно намозолил нам глаза! Сидим тут, когда могли бы сорвать яблочко и схрупать!

— На черта вам сдались полсотни глиняных лачуг? — выпрямился черный. — Вы за неделю проедите все, что там награбите. Зато раньше времени обратите на нас внимание.

— Когда оно придет, твое время? — передразнил его кто-то из разбойников.

— Раньше — позже, какая разница, раз мы взялись потрошить баб и забирать все, что нам причитается?! — заключил вожак. — Завтра же спустимся к деревне. Там одного скота на лодку золота. Кочевницы — не помеха, их мужики нас поддержат, я думаю.

Эвмил плюнул себе под ноги.

— Да мне все одно: хоть завтра Цемесс брать, хоть через месяц! — зло заявил он. — Но я посыльный и обязан вам передать: без приказа вы с места не сдвинетесь. Целая армия в Фуллах, да еще по горам с десяток шаек, как ваша, дожидаются слова предводителя. А им видите ли в заднице свербит деревню сжечь!

— Когда он скажет слово-то? — недовольно заворчали разбойники.

— И вообще, кто он такой?

— Кто, не знаю, врать не буду. — черный Эвмил прямо смотрел в лицо вожаку. — Но оружие и припасы нам поставляет регулярно. Человек он значительный, глаза и уши у него везде. Без этого столько народу в горных крепостях не собрать, да так, чтоб ни одна мышь не пикнула! И ты, дружище, поостерегись: рука у него тяжелая.

Атаман расхохотался.

— Что он мне сделает? Где он меня найдет? Слово Родоманта, завтра я возьму Цемесс, и половина твоих людишек из крепостей перебежит ко мне. — вожак заносчиво вскинул голову. — Люди любят успех и добычу! Правда, ребята?

В ответ ему раздался одобрительный гул.

— Ну что ж, — тяжело произнес Эвмил, — Вижу, вас не свернуть. Плохой выходит из меня посол, ну да ладно. — он обвел собравшихся долгим недобрым взглядом. — Я на рассвете возвращаюсь в Фуллы. Кто со мной?

От группы сидевших в дальнем углу мужчин отделилась рослая фигура, и Элак чуть не заблеял от удивления. К костру на свет вышел Ярмес, который по всем понятиям должен был сидеть связанный в рыбачьей хижине на берегу.

Хорошо зная дорогу в лагерь разбойников, Харс провел его, не плутая, прямо к пещере, пока молодой Пан в кампании грифона предавались поискам тропинок.

— Охотники из рода Волков уйдут с тобой. — сказал Ярмес, бросив взгляд на своих молчаливых сородичей. — Мы ищем людей с Фулл и хотим присоединиться к ним. Грабеж — не наше дело.

Эвмил одобрительно кивнул.

— Сколько вас?

Ярмес показал ему пять пальцев на руке.

— Оружие есть?

— Луки и ножи.

— А боевое?

Волк покачал головой.

— А баб своих вы из луков стреляли или камнями забили? — язвительно поинтересовался вожак, крайне раздраженный тем, что из его шайки утекают люди.

— Не твое дело. — отрезал Ярмес и так взглянул на атамана, что продолжения расспросов не последовало. — Волки тебе не подчиняются. Они просто ждали здесь меня. А за гостеприимство мы расплатились дичью и сведениями, которые приносил тебе наш колдун.

Элаку показалось странным, что ни сам Ярмес, ни старик, тоже подошедший к костру, не упомянули о сотне меотянок, прибывших в поселок. Похоже, разбойники о них ничего не знали. Сатир напрягся, уставившись на освободившегося пленника, и попытался прочесть его мысли. На этот раз ему удалось. Ярмес избавился от страха и растерянности. Он, наконец, чувствовал себя на своем месте. Пан понял, что волк не собирается сообщать разбойникам об отряде Бреселиды и не даст старику-голубятнику проболтаться.

Этого было довольно. Молодой бог леса без симпатии относился ко всякого рода путам и клеткам. Если его хозяйке не будет нанесено вреда, он готов приветствовать бегство Ярмеса. Волк должен жить на воле.

В это время за его спиной раздался предательский хруст веток, и через плечо юноши свесилась всклокоченная голова грифона.

— Ну? Что там? — проклекотал тот. — За это время можно яйца высидеть.

— Отсидеть. — ехидно поправил его Пан. — Смываемся, удод-переросток. Нас заметили!

Действительно, шумное явление Нестора на краю освещенного амфитеатра пещеры вызвало у публики фурор. Если Элак сливался с зеленью, то громадная голова клювастого чудовища, нависшая из темноты, оказалась хорошо видна.

Несколько десятков рук разом схватились за луки. Нестор заметил укладывающиеся на ложбинки стрелы и не стал медлить. С завидной для его лет горячностью он вцепился когтями в плечи Элака и, думая, что спасает друга, взмыл вместе с ним в воздух.

Минуту, пока грифон, тяжело взмахивая крыльями, пересекал освещенное пространство над пещерой, молодой сатир не мог забыть всю жизнь.