Соколиная охота
Шрифт:
Память ловко выбирала нужные программы, отправляя их на битву с защитой «балалайки». Была лишь одна проблема, которую Шэнь чувствовал, но предпочитал не задумываться – он не знал, откуда в его памяти эти данные, не помнил, как и когда раньше пользовался этими программами. И вместе с тем был твердо уверен, что все это ему знакомо.
Вот сюда. Перезапуск. Проверка. Есть! Программа «балалайки» – секретный армейский софт – изо всех сил борется с внедренным Шэнем пришельцем. Капитан знает – защите удастся победить. Но у него есть время. Возможно, когда его вирус будет сломлен, он доберется до места, где можно будет вынуть «невынимайку». Глупый каламбур, но нет ничего невозможного.
Мысль о том, как он будет добираться до какого бы то ни было места, появляться никак не хотела.
Все, теперь быстрее бежать. Даже если Хэ не следил за своим раллером, визит Шэня в особый ангар не останется незамеченным.
Рука потянула крышку компьютера вниз, но глаз зацепился за «скрытую область». Что это? В стандартном наборе «балалайки», будь она хоть трижды военной «невынимайкой», ничего подобного не стояло. Открыть?
«Зачем тебе это нужно?» – спросил внутренний голос, исполненный сомнения. Если б только знать, как он был прав!
Молниеносными движениями капитан вскрыл механизм защиты «скрытой области». Стандартные алгоритмы, часть из них Шэнь вроде бы сам и писал когда-то давно. Надежная штука, но не до неприличия. Первый алгоритм – отключен. Второй висит сбоку, создан специально, чтобы его не заметили. Но это опасно для тех, кто не знает. Второй заслон тоже вдребезги.
На экране раллера открылось окно, быстро заполняющееся полем бессмысленных знаков. Кодирование. Такая последовательность Шэню знакома. Только он никак не мог вспомнить – откуда. Руки сами набирают нужные символы, раллер открывает все новые файлы, «балалайка» работает на пределе. Что он делает?!
Шэнь вспотел, нещадно ныло в глубине головы, за глазами. Он понимал, что вот теперь точно может попасться – работа шла исключительно по наитию, никаких точных данных.
Шаг, еще один. Непонятная последовательность одних знаков сменяется другой, столь же непонятной. Не тот код. Но система молчит, действия капитана для нее приемлемы. Вторая попытка. В точку!
Глаза стремительно бежали по строкам, потом необходимость читать исчезла – расшифрованные данные загрузились в открытую область «балалайки». Губы капитана задрожали, из горла вырвался сдавленный стон.
Суки!
Шэнь вырвал из затылка психопривод, руки наотмашь захлопнули крышку раллера, не заботясь о целостности компьютера.
Твари!
Разум перебирал эпитеты, какими хотелось наградить того, кто сделал это, но подходящего не находилось. Все были слишком мягкими для этих…
Подонки!
Шэнь вышел из бокса, где стоял «Лэйгун» – совершенное оружие и его проклятие, – и быстрым шагом направился прочь из ангаров. Караульных он не заинтересовал. Разве что горящие ненавистью глаза могли вызвать подозрения – Шэнь уже полностью контролировал себя.
Самый простой способ выбраться с авианосца – прыгнуть в море с палубы. Фактически этот способ был единственным: палуба двумя языками взлетно-посадочной полосы нависала над носом и кормой судна, с нее можно было погрузиться в воду далеко за винтами. Но требовалось немало безрассудства, чтобы прыгнуть в бурлящее за кормой море с высоты пятнадцати этажей.
Шэнь надел спасательный жилет, проверил надежность застежек. Второй жилет он на всякий случай взял в руки. И прыгнул.
Сильный удар о воду отключил перегруженное событиями сознание капитана ВВС КНР.
27. Движения в темноте
Ночное небо, черное, словно антрацит, ярко поблескивающий полированными сколами, почти не давало света. Луны видно не было, зато прямо над головой отчетливо раскинул хвост Млечный Путь. Глубина неба, казалось, притягивала, засасывала, проглатывая бренную землю вместе со всеми ее обитателями.
Но темнота не мешала. Напротив, он видел все, его – только ночные твари саванны. Пару раз пытались подойти гиены. Убивать неразумных животных он не стал. Получив чувствительный тычок в бок, зверюги поняли, что ошиблись в выборе добычи, и ретировались в высокой траве.
Саванна жила. Тихо шуршали змеи и какие-то мелкие твари вроде мышей, слышался осторожный шорох чьих-то когтей в нескольких десятках метров за спиной – похоже, его преследовал шакал. И не было жары. Последний факт казался самым замечательным.
Но звери его не интересовали. Он пришел не за добычей. Его интересовали люди.
Найти их не представляло особого труда: люди оставляли слишком много следов. Несколько тысячелетий жизни в цивилизации, приучившие людей полагаться на разум и вещи, а не на ощущения, начисто лишили их приспособляемости к естественным условиям обитания. Даже местные дикари, так и не научившиеся пользоваться «балалайками», недалеко ушли от своих городских собратьев.
Надломанные ветки редких деревьев, следы в пыли, потерянные стрелы и обрывки одежды. Все это словно светящимся пунктиром вело к человеческому поселению. А когда ноздри Кречета уловили слабый, но устойчивый запах дыма, найти деревню труда не составило.
Одна лишь проблема – расстояние. Пришлось часа полтора бежать легкой рысью. Тело Кречета было вполне готово к подобным экзерсисам, но силы все равно расходовались зря.
С другой стороны, с этими недоумками много сил и не понадобится. У него не было даже оружия, только большой охотничий нож, который ему выдал оператор, однако этого вполне достаточно. Если бы не щедрость оператора, он вполне справился бы и голыми руками.
Деревня дикарей представляла собой небольшой участок саванны с вытоптанной сотней пар ног травой и застроенной плетенными из той же травы и прутьев хижинами. Убогое зрелище.
Негры, замотанные в длинные тряпки, перекинутые через одно плечо, были похожи на одноруких инвалидов, закутавшихся в странного покроя плащи. Почти все были худые и высокие. Макушка Кречета едва доставала до плеча среднего дикаря. Но размер противника не имел никакого значения.
В деревне горели три больших костра. Возле каждого сидели по трое-четверо мужчин. По всей видимости, караульные. Все вооружены копьями, рядом лежали луки со стрелами, у двоих «дрели». На глаз Кречет не мог определить, заряжено ли оружие, а прикинуть их вес не получалось: «дрели» безучастно лежали на земле, их никто не трогал.
Значит, сначала нужно убрать тех, кто мог первым дотянуться до автоматов. Остальные караульные отправятся к праотцам секундой позже. И главное – работать без шума. Дикарей слишком много. Противостоять Кречету у них не хватит сил, но в суматохе можно пропустить нескольких убежавших или спрятавшихся. А программа четко оговаривала условия – уничтожить всех.
Он осторожно подкрался к костру на восточной окраине. Задержался в траве на минуту – необходимо время, чтобы перестроился метаболизм. Сигналом к началу послужило ощущение жара. Казалось, что его опустили в котел с раскаленным металлом: клетки в ускоренном порядке всеми силами производили аденозинтрифосфат, клеточные мембраны не выдерживали, и энергия, которую организм был не в силах удержать, выделялась в виде тепла.