Соколовская, считай ты мне понравилась
Шрифт:
– Пистолет, Макс, поехали быстрее, адрес сейчас скажу. Я тебя умоляю.
И снова прыжок в машину с остервенелой скоростью. Увеличенная скорость. Жуткий страх, сковавший, словно оковы. Домчавшись до пустыря, Глеб и Макс, завидев девушку и некоторых парней, побежали туда, а за ними и Женя. Сказать, что сейчас стало страшно, это не сказать ничего.
Перед ними стоял Даниил, который направил дуло пистолета на Оксану, всю избитую и дрожащую, сжимая пальцы на спусковом крючке, он хотел что-то сказать, как услышал голос Соколовской.
– Стой, что ты творишь? – кричала девушка.
– То, что должен сделать лидер фракции, – невозмутимо сказал парень, но направление дула было изменено. Теперь пистолет был направлен на Соколовскую.
Но не успела Женя увидеть этого, как спина учителя закрыла её, словно броня.
– Стреляй! – невозмутимо сказал он. – Застрелить безоружную девушку может только слабак. Стреляй в меня, так будет честнее.
– Отойди.
На это предупреждение парень лишь презрительно посмотрел на парня, стоящего напротив. А Максим подошёл ближе к Глебу.
– Что же, детка, – обратился он к Андроповой, которая еле стояла на ногах. – Отпустить её, – приказал он парням, которые держали её. И они отпустили, но девушке всё-таки удалось удержаться на ногах.
– Даниил Сергеевич, – запротестовал один из стоявших.
– Я знаю, что свою смерть ты примешь, но вот смерть своего любимого. Знаешь, твоя пытка будет хуже. Ты будешь смотреть на то, как умирает любимый тобою человек.
И Даниил резко направил пистолет на Макса, который стоял рядом и нажал на спуск. Пуля вылетела, разрезая воздух, несясь с бешеной скоростью, но она не нашла убежище на теле Макса. Оксана со всех ног бросилась к парню, закрывая его тело своим. Тот, не ожидавший такого, лишь почувствовал, что тело его любимой постепенно ослабло. Парень даже не понял, что произошло, настолько быстро и резко всё случилось. Повернув голову, Макс увидел побелевшие лица Глеба и Жени, а затем раздались крики, а через несколько минут осознание набатом ударило в голову. И он подхватил Оксану, по телу которой растекалась и струилась кровь. А в это время, быстро скомандовав, Даниил вместе со своей бригадой ушёл, оставив здесь результат своей работы.
– Я люблю тебя, будь счастлив без меня, – дрожащими губами произнесла Оксана, проводя рукой по его скуле, а потом её глаза закрылись.
– Девочка моя, пожалуйста, не надо. Нет!!! – кричал Макс, поглаживая её голову.
– Макс, – шептала Женя, подойдя ближе, пытаясь что-то сказать.
– Любимая, милая, родная ... – шептал парень, прижимая девушку к себе.
– Глеб, она не дышит, – взволновано сообщила Соколовская. – Глеб!
– Тихо, – парень подошёл ближе. – Так, она ещё дышит. Надо довезти её до больницы, я сказал, быстро.
Машина неслась в сторону больницы с запредельной скоростью и вскоре добралась до нужной цели. Городская больница. Врачи. Белые халаты. Вопросы, на которые отвечал Глеб, так как Женя и Макс были не в состоянии. Ожидание. Страх. Боль. Никто не знает, что будет. Проходит час, два, но результатов ещё нет. Всё теряется во времени, все хотят, чтобы эта пытка ожидания закончилась, но также все бояться, что последует за ней. Врач сказал, что ранение серьёзное и исход операции может быть разным.
И всё же затянувшееся ожидание закончилось, казалось, даже часы прекратили свой бег.
– Что с ней?
– спросил Глеб, голос стал дрожащим, но он всё же смог выговорить слова.
– Всё сложно, но девочка выжила.
====== “Откровения Евгении” ======
*** Глеб и Женя сразу после окончания операции поехали домой. Добирались они в гробовом молчании, никто не нарушал тишины, никто и не настаивал на этом. Заходили в квартиру парня тоже молча, хотя все прекрасно понимали, что так дальше продолжаться не может. И учитель разрушил молчание.
– Будешь чай? – спросил он, когда они уже перебрались на кухню.
– Буду, – кротко ответила Женя, усаживаясь на стул и принимая поднесённую чашку.
– Расскажешь? – всё таким же мягким и бархатным голосом спросил учитель.
– Расскажу.
И Евгения начала свой нелёгкий рассказ, который она должна была рассказать давно, но не решалась. Теперь пришло время. Пора.
– Я расскажу всё от начала до конца, но прошу, не перебивай меня. Возможно и то, что после моего рассказа ты не захочешь видеть меня, но всё же я должна тебе это рассказать.
В глазах Глеба Женя снова разглядела понимание и продолжила свой рассказ.
– Мне было пятнадцать лет. Я была в девятом классе. Тогда мои родители развелись и мама впала в депрессию. Я переживала за неё, заботилась, выслушивала бредни, но потом просто устала. Мне надоело. Именно в тот год к нам в класс перевёлся Никита Емельянов. Молодой и красивый парень.
Он сразу понравился мне. Открытый, немного резкий, но я не увидела в этом ничего дурного. На тот момент в школе у меня были друзья. Подруга. Она хорошо знала Никиту, и мы стали очень часто общаться. Всё было хорошо. Через некоторое время я начала встречаться с ним. Через некоторое время он решил познакомить меня со своими друзьями. А собственно, что в этом такого? Никита сказал вечером.
– В тот вечер я узнала, что такое фракция, – на этих словах из глаз Евгении беззвучно потекли слёзы, нахлынувшие от старых воспоминании.
Но внезапно девушка ощутила, что её сгребли в объятья и усадили на колени.
– Тише, – шептал учитель, гладя её волосы. – Если тебе тяжело вспоминать об этом, не надо, милая, только не плачь.
– Всё хорошо, – заверила девушка, прижимаясь к учителю. А тот лишь легонько поднял её на руки и перенёс на диван в гостиную. И только закутав её пледом, позволил продолжить, всё также не отпуская её руку.
Девушка продолжила.
– В нашем городе было две крупнейших фракции. Главарём одной из них был Никита, а другой Даниил, как мы недавно узнали. Знаешь, есть такое выражение: “Фракция не прощает ошибок”. Тоже случилось и сейчас.
Оксана рассказала мне, что Никита был сыном одного из местных бандитов, который не щадил никого, он и меня не пощадил. Впрочем дело было не в этом. Я пришла в это, так скажем, общество и стала его членом. Я была глупой девушкой, я просто не знала, во что это может вылиться.
Мы клялись на крови. Глупые и бессмысленные слова, но суть была не в том. Через несколько месяцев я стала постоянно зависать с ними на гонках. Кстати, там я и научилась так гонять на мотоциклах. Но всё изменилось. Сначала у моей фракции начались серьёзные проблемы с людьми Даниила. Я не знаю, в чём там было дело, но Никита постоянно участвовал в драках и заездах. А потом ко мне в квартиру вломились двое мужчин. Я не знала их. Мамы не было дома, потому как она который раз подряд искала свою любовь. Мне давно не было так страшно. Они не разбирались, ни о чём не спрашивали. Просто один схватил меня за руку и бросил на кровать. А затем просто хлестал руками по моему лицу и телу. Больно. Не то слово. Моё тело не знало ударов до этого дня. Но самое страшное было дальше, мужчина до этого стоявший в стороне снял ремень и начал хлестать им меня. До криков. Его удары приходились по всему телу. Я пыталась кричать, но мой рот закрыли сильные руки. Это продолжалось около часа. А потом они ушли так же внезапно, как и пришли.