Чтение онлайн

– Ну вот, кажется, наша прогулка подошла к концу, – завидев плотника, произнесла гостеприимная миссис Ллойд.

Вид у мастера был уставший, но при этом весьма удовлетворённый, какой бывает у всякого человека после благополучно оконченной работы.

– Вижу, тебе не пришлось скучать без меня, – сказал отец, положив свою сильную руку на плечо дочери.

– Нет, мы не скучали, – ответила за неё хозяйка. – Мы с Беатой обошли весь замок вдоль и поперёк. Могу лишь предположить, что я слегка утомила её своими бесконечными расспросами.

– Благодарю вас, что позаботились о моей дочери, – обратился Ларс Эклунд к герцогине. – Признаюсь, я не ожидал, что работа затянется надолго. Слишком старая постройка. Лестница ещё послужит, но примите совет опытного плотника: вашему супругу стоило бы похлопотать об её замене.

– А я благодарю вас и не только за работу, – ответила миссис Ллойд. – И я обязательно передам супругу ваши рекомендации.

– Однако же, пора и честь знать, – сказал отец дочери. – Не будем докучать гостеприимным хозяевам этого дома своим затянувшимся визитом.

– Что вы! – поспешила возразить герцогиня, – Беата мне нисколько не докучала. Напротив, избавила меня от одиночества. Ведь супруг мой в отъезде и вернётся нескоро. А я, признаться, не люблю подолгу оставаться одна. – Герцогиня опустила глаза и крепко сжала пальцы в замок. Похоже, она решала что-то важное для себя. – Я собираюсь просить вас об одном одолжении, мистер Эклунд, – заметно волнуясь, выговорила она. – Беата рассказала мне, что ваш дом находится недалеко от Каймангрота. Не сочтите моё предложение за какую-нибудь безумную прихоть одичавшей от скуки бездельницы, просто мне хотелось бы знать… – она выдержала недолгую паузу. – Как вы отнесётесь к тому, чтобы ваша дочь иногда навещала меня? Теперь уже мистер Эклунд растерялся от внезапного предложения герцогини. Он нелепо переминался с ноги на ногу, не зная, что ответить на эту странную просьбу.

– Знаете, мне ведь действительно нечем занять себя, пока муж в отъезде, – пояснила герцогиня, – а тут такая взаимовыгодная возможность для нас обеих провести время с удовольствием и даже с пользой. Я бы могла преподавать Беатрис уроки музыки и танцев, обучать её грамоте.

– Что ж, я не против, – смущаясь, произнёс Ларс Эклунд. – Вам бы не в тягость.

– Что вы-что вы! – воскликнула радостно герцогиня. – Этим вы меня только обяжете. Теперь я буду нести ответственность за образование девочки и с меня весь спрос, если вдруг не справлюсь. Вы, наверное, слышали, что мы с супругом пытались открыть в городе школу, но, оказалось, родители неохотно отпускают своих детей на занятия, объясняя это тем, что им нужны помощники для работы в поле или на ферме. В итоге нам пришлось отказаться от этой затеи.

– Беата тоже помогает матери в оранжерее, – сказал мистер Эклунд. – Поэтому последнее слово будет за ней.

– О, не волнуйтесь об этом. Вы, должно быть, обратили внимание на мой скромный палисадник. Думаю, ваша супруга смогла бы пополнить свой цветник за счёт моей коллекции. И мой садовник любезно окажет ей такую услугу.

– Что скажешь, Беатрис? – отец посмотрел на дочь. – Ты хотела бы навещать миссис Ллойд?

Беата, светясь от счастья, одобрительно закивала головой.

– Вот и славно! – хлопнула в ладоши не менее счастливая герцогиня. – Я пришлю свой экипаж за девочкой, а потом, после занятий, он отвезет её обратно. И не возражайте. Вы и так делаете мне одолжение.

На том они простились. Глория ещё раз поблагодарила мастера за работу и взяла «честное слово» с Беаты, что та непременно навестит её не позднее завтрашнего дня.

На следующий день, в два часа пополудни, к дому Эклундов подкатил роскошный экипаж. Оказалось, что он весь был заставлен цветочными горшками. Садовник, сопровождавший экипаж, ещё не старый мужчина с подстриженными бакенбардами и сверкающей, облысевшей макушкой с важностью епископа в час торжественной мессы доставил до оранжереи весь ценный груз. Затем осведомился у оторопевшей Софии Эклунд, готова ли её дочь совершить поездку в замок Каймангрот по личному приглашению герцогини Ллойд. Получив положительный ответ, он застыл в многозначительной позе в ожидании гостьи. Нарядившись в своё единственное выходное платьице, которое когда-то на вырост пошила дочери миссис Эклунд, Беата шустро запрыгнула в экипаж и, помахав ей рукой, спряталась за откинутым верхом. Матушка, не привыкшая к тому, чтобы дочь куда-то надолго отлучалась без родительского пригляда, всплакнула вслед удаляющейся повозке, в душе упрекая себя за непростительное легкомыслие. «Кто знает, что творится в этих стенах, – тревожилась в раздумьях она. – Недаром замок пользуется дурной славой ещё с незапамятных времён. Построен был на деньги душегуба. И после его смерти никому там счастье не улыбалось».

С тех самых пор Беата стала частой гостьей в доме Ллойдов. Миссис Ллойд – так герцогиня просила свою ученицу обращаться к ней – после занятий часто приглашала её на прогулки по тенистому саду, где рассказывала об особенностях ухаживания за теми или иными экзотическими растениями, об их своенравных причудах. Оказалось, что миссис Ллойд превосходно танцует. Беату поразили её грациозные движения, и она захотела во что бы-то ни стало научиться так же блестяще вальсировать. Видя, как у девочки горят глаза, чуткая наставница решила преподать ей несколько уроков. Аккомпаниатором был известный городской музыкант по имени Теодор Гримс. Под волшебные звуки его скрипки Беата освоила первые в своей жизни танцевальные приёмы. Опытная и внимательная Глория обучала её не сбиваться с ритма и вести счёт во время танца. Как-то герцогиня решила похвастаться и встать на пальцы ног, чем вызвала неописуемый восторг своей подопечной. Беата с такой пылкой страстью отдалась новому увлечению, что, даже играя в детской комнате, показывала своим кукольным зрителям, как правильно делать реверансы, выпады и изящно выписывать вензеля ножками. После уроков танца они садились в коляску и ехали кататься. Каждый раз добродушная госпожа разрешала Беатрис брать с собой в попутчики какую-нибудь куклу. За короткий срок взрослую даму из благородного сословия и маленькую девочку-простолюдинку с городской окраины крепко связали тёплые отношения. Герцогиня прониклась искренней, сердечной симпатией к этой бесхитростной и доверчивой детской душе.

И в это же самое время, пока щедрая хозяйка, ничего не подозревая, беспечно прогуливалась в компании своей кроткой воспитанницы, за беззаботной и счастливой парой тайно присматривали внимательные глаза управляющего Вильгельма Готлиба.

Тут автор снова вынужден прервать повествование и поведать читателю историю о том, как, собственно, этот господин оказался в замке Каймангрот. А случилось это лет семь или восемь тому назад, глубокой осенью, когда уже первые морозцы на закате стали покрывать тонкой ледяной коркой городские лужицы. Однажды ночью в дождливую, ненастную погоду в ворота замка постучали. Дремлющий охранник принял стук за барабанную дробь дождя и, завернувшись плотнее в рогожу, снова погрузился в безмятежный сон. Во второй раз постучали громче. Охранник с трудом разлепил глаза, протяжно зевнул и, красноречиво поминая прародителя зла, поплёлся к воротам. Приоткрыв узкий лючок смотровой щели, он злобно бросил сквозь неё:

– Кого ещё черти принесли в такую погоду?

В кромешной темноте с другой стороны невозможно было разобрать что-либо. Бдительный страж поднёс фонарь ближе к оконцу и заметил, что снаружи маячит чья-то голова, покрытая намокшим капюшоном.

– Простите, что побеспокоили вас в такой поздний час! – послышался мужской голос. – Великодушно просим доложить хозяевам о нашем визите.

– О ком это ещё я должен доложить хозяевам?! – ёрничая, проворчал охранник. – Хозяева давно спят и вряд ли обрадуются такому визиту. Так что, если у вас что-то важное, приходите завтра, но не раньше полудня. Они всё равно раньше не примут. А теперь ступайте восвояси. И нечего зря тарабанить. Всё одно не открою.

Спровадив ночных скитальцев, хамоватый охранник захлопнул смотровую щель и побрёл обратно в свою сторожевую будку, бурча под нос привычную недовольщину:

– Ходят и ходят… чего ходят? Ни днём-ни ночью от них спокою нет…

Не дойдя до будки пары-тройки шагов, он снова услышал настойчивый, продолжительный стук. Взбешённый таким упрямством, охранник вернулся к воротам и, откинув лючок на привязи, гневно напустился на непрошеного гостя:

– Я вот сейчас кому-то постучу по темени. – При этом он поднёс свой увесистый кулак к оконцу и погрозил настырному нахалу.

– Доложите хозяевам немедленно! – раздался снаружи срывающийся голос. Теперь он звучал требовательно и даже угрожающи. – Завтра ваш хозяин узнает о моём визите, и я вам гарантирую серьёзные неприятности. Так что поторопитесь, любезный! Охранник слегка опешил от такого наката. «Может и впрямь какая важная птица, – пугливо спохватился он, – как бы не сглупить».

– Кто вы и зачем пожаловали? – спрятав кулак и вместо него подставив к щели изрытую червоточинами физиономию, спросил отмякшим голоском струхнувший охранник.