Чтение онлайн

«“Шато Марго”, 1898», «“Шато Петрюс”, 1878»… Даже Надежда Николаевна краем уха слышала эти названия и знала, что бутылка такого вина даже недавнего урожая стоит не меньше нескольких сотен евро. Сколько же стоят бутылки столетней выдержки?

«Впрочем, – напомнила она себе, – я пришла сюда не за вином, даже таким ценным. Я ищу разгадку тайны, которую хранит этот дом…»

Она все еще шла вдоль стеллажа, и с каждым шагом покалывание в корнях волос становилось все сильнее. Луч фонарика скользил по донышкам бутылок, выхватывая из темноты названия и даты. От этого однообразного зрелища глаза утомились, и Надежда едва не пропустила очередную этикетку. Только пройдя мимо, она вдруг осознала, что с ней что-то не так…

Надежда Николаевна вернулась к предыдущему ряду бутылок и прочла: «Арсеникум альбум». Хорошенькое название для элитного вина, учитывая, что «арсеникум» – латинское название мышьяка.

Она опасливо дотронулась до бутылки и тут же поняла, что это не винная бутылка, а металлическая болванка подходящего размера и формы.

– Интересно! – проговорила Надежда вслух и вздрогнула от звука собственного голоса, который гулко отозвался под сводами подвала.

Она потянула за донышко фальшивой бутылки, пытаясь ее повернуть, но та не поддавалась. Мысленно отметив это место, Надежда пошла дальше вдоль стеллажа, на этот раз внимательно читая этикетки, и вскоре увидела еще одну, выбивающуюся из общего ряда: «Берталлис эдас».

Это название показалось Надежде знакомым. Где-то она видела его, причем совсем недавно… Пытаясь вспомнить, она двинулась дальше и увидела еще одну бутылку с очень странной этикеткой: «Гельземиум сульфур».

В эту секунду Надежда вспомнила, где ей попадалось и это название, и два предыдущих. Она видела их в том странном списке, который нашла в шкатулке с гербом Костровых! И прихватила этот список с собой, прямо как чувствовала, что с ним все непросто!

Надежда достала листок из сумки и осветила фонарем. Первым в списке стояло название «Гельземиум сульфур», странное сочетание «Гиперикум перфоратум», напомнившее ей о ремонте, потом – уже знакомый ей «Берталлис эдас», «Арсеникум альбум» и, наконец, «Калиум муриатикум».

Совпадение нескольких этикеток с названиями из списка не могло быть случайным.

Надежда нашла фальшивую бутылку с этикеткой «Гельземиум сульфур» и потянула на себя – бутылка не поддавалась. Тогда она повернула ее по часовой стрелке… На этот раз болванка послушно повернулась на половину оборота, а после этого с чавкающим звуком до половины выдвинулась из стеллажа.

Надежда сверилась со списком. Вторым номером шел «Гиперикум перфоратум», а рядом с ним была нарисована стрелка, направленная вверх.

Ага, в первой строчке списка стрелка тоже имелась, только направлена была вниз! Может быть, та стрелка обозначала поворот по часовой стрелке, а эта – против часовой?

Чтобы проверить догадку, Надежда повернула бутылку в обратную сторону. И та, как и первая, выдвинулась вперед.

Следующим в списке значился загадочный «Берталлис эдас». Стрелка рядом с ним была направлена вниз, поэтому Надежда повернула болванку по часовой стрелке.

Бутылку с этикеткой «Арсеникум альбум» Надежда безуспешно пыталась повернуть в обе стороны – ничего, но когда повторила попытку, болванка послушно повернулась против часовой стрелки. Может быть, все дело в очередности действий? Может быть, эта бутылка поворачивается только после того, как повернуты все предыдущие?

Так или иначе, предпоследняя бутылка выдвинулась из стеллажа, и Надежда перешла к последней – с этикеткой «Калиум муриатикум», повернула бутылку по часовой стрелке, и та выдвинулась из стеллажа… Сразу вслед за этим часть стеллажа отодвинулась в сторону. За ним оказалась глубокая темная ниша.

Надежда с любопытством заглянула в нее, но тут же отлетела в сторону, чуть не сбитая с ног. Она охнула и, восстановив равновесие, увидела, что ее оттолкнула худощавая женщина в темном плаще и узких брюках.

Надежда узнала угловатые плечи, характерный поворот головы… это была та самая незнакомка, которая помогла ей спастись от Мессира в игорном клубе. Та самая незнакомка, удивительно похожая на актрису Софи Верден. Та самая, которая заплатила охраннику, чтобы попасть в соляную пещеру… вернее, сама пещера ей и сто лет была не нужна, ей нужно было попасть в подвалы бывшего особняка графов Костровых. А Надежда Николаевна, прекрасно зная, что незнакомка бродит где-то поблизости, непростительно расслабилась и подпустила ее так близко. Да уж, на нее редко находит такая забывчивость…

– Снова ты? – проговорила Надежда недовольно.

– Я! А кого ты ожидала увидеть? – Незнакомка смерила Надежду подозрительным взглядом. – Слушай, я тебе не желаю зла, но лучше не вставай у меня на пути! Ты мне очень помогла, без тебя я никак не могла открыть этот тайник, но его содержимое мне очень нужно, и я его никому не уступлю, понятно?

– Да ладно, – миролюбиво проговорила Надежда Николаевна. – Нужно так нужно, не буду с тобой спорить. Только удовлетвори мое любопытство, скажи, что там? Какое-то сокровище?

– Сокровище? – переспросила незнакомка и усмехнулась. – Ну да, сокровище… самое дорогое, какое можно представить!

– И все-таки что это?

– Я покажу тебе… но и ты мне тоже кое-что скажи: как ты догадалась, каким образом открыть тайник? Я несколько месяцев ломала над ним голову, а ты только появилась – и все готово!

– Ну, честно говоря, мне просто повезло… мне попал в руки один документ…

– Ну ладно, ты мне все объяснишь потом, а теперь – посторонись… не стой на моем пути…

Женщина отодвинула Надежду от входа в нишу, вошла внутрь, включила сильный фонарь… И тут же из ниши донесся ее разочарованный возглас:

– Здесь ничего нет!

Надежда, движимая любопытством, последовала за ней.

Незнакомка вертела головой и безнадежным тоном повторяла:

– Здесь ничего нет! Ничего!

Фонарь она выронила, и теперь он валялся на полу и освещал неверным светом каменное углубление.

Ниша действительно была совершенно пуста, если не считать плотной паутины по углам. Причем пауков не было, очевидно, они сделали свое дело и ушли двести лет назад, сообразив, что вряд ли в подземелье залетит хоть одна муха.

Надежда пауков вообще-то не боялась, но все равно ей стало как-то спокойнее. Прихватив фонарь, она осторожно потянула незнакомку назад и, не в силах сдержать любопытство, спросила:

– Ну, теперь-то ты можешь мне сказать, что надеялась здесь найти? Какое сокровище?

И то сказать – бегала, спасалась от Мессира, прятала книгу, с трудом пролезла в это подземелье, а результатов – ноль целых, ноль десятых!

– Самое дорогое, что можно представить, – эликсир вечной жизни… Больше того – вечной молодости! – Глаза незнакомки блеснули в полутьме.