Чтение онлайн

Сначала по толпе прошелестел густой взволнованный ше­пот, потом все стихло, а затем послышалась мерная четкая по­ступь, приближавшаяся с каждой секундой. Из-за жиденькой сосновой рощицы показалась рота солдат и офицеров монголь­ской армии. Чуть наклоняясь вперед, они поднимались вверх по склону. Это была первая из длинной вереницы колонн, со­провождавших останки Чингисхана к последнему месту упо­коения. Погребение сопровождалось отданием всех воинских почестей великому предку.

Во время битвы при осаде города Иньчуань в северо-запад- ном Китае Чингисхан упал с лошади и спустя несколько дней от полученных травм скончался. Тело его тайно вернулось с похоронной процессией в Монголию и тайно же было погре­бено на склонах горы Бурхан-Халдун в 1227 году. История, правда, не сохранила описание процессии. Доподлинно извест­но одно — воины Чингисхана хотели на время скрыть от вра­гов смерть своего повелителя и навеки от человечества место его погребения. Поэтому уместно было бы предположить, что привезли его не в роскошном саркофаге, а в чем-то более про­стом, возможно даже, в убогом и неподходящем для случая предмете, а сама процессия не отличалась роскошью. Похоро­нили его в безлюдном месте, рядом с несметными сокровища­ми. Прошло восемь веков, и никто уже не делал тайны из его перезахоронения.

Неделю саркофаг с телом великого монгольского воина на­ходился в Улан-Баторе. Попрощаться с великим предком при­шли свыше двух миллионов человек, более двух третей населе­ния страны. Тысячи людей приезжали и приходили в столицу из самых дальних уголков Монголии, чтобы посмотреть на саркофаг с телом. Три дня к мавзолею шла похоронная процессия, и вдоль всего ее пути днем и ночью толпами стоял народ с фла­гами и портретами древнего военачальника. Женщины и дети махали руками и плакали, провожая глазами саркофаг и про­цессию. День похорон был объявлен национальным днем тра­ура, а последующий день — национальным праздником поми­новения. В день погребения многокилометровый караван под­нялся по временной дороге к тихому местечку недалеко от ос­нования горы Бурхан-Халдун, где, согласно легенде, родился военный правитель Монголии.

Питт, Джордино, Ганн, Тереза и Уоффорд сидели в первом ряду трибуны для самых почетных гостей, всего в нескольких ярдах от президента Монголии и руководства парламента. Когда похоронная процессия приблизилась, Питт, наклонившись, подмигнул сидевшему рядом с ним мальчику. Нойон и его ро­дители, приглашенные на торжество Питтом, с невыразимым почтением и восторгом взирали на саркофаг с телом хана. Гла­за мальчишки раскрылись от удивления.

С величайшими, невиданными доселе в стране почестями, достойными славы Чингисхана, тело его везли на желтой по­гребальной колеснице, запряженной восьмеркой белоснежных, ступавших в ногу коней. На колеснице стоял гранитный сар­кофаг, спасенный Питтом от наводнения. Он был весь усыпан цветками лотоса.

Перед самым входом в усыпальницу несколько старых лам в светло-красных одеждах и желтых полукруглых шапках тихо заняли места во главе процессии. Внизу два монаха задули в радонги, громадные телескопические трубы, и их глубокий ба­ритон разнесся над долиной. Эхо подхватило его и понесло дальше. Монахи начали долгую заупокойную молитву, сопро­вождая ее гулом барабанов, звоном тамбуринов и возжиганием благовоний. По завершении церемонии ламы так же бесшумно отошли в сторону, как и появились, уступив место старому шаману. Век Чингисхана был наполнен мистицизмом, шама­низм играл важную роль в жизни скотоводов. Седой длинно­бородый шаман, одетый в оленьи шкуры, выкрикивая закли­нания, исполнил ритуальный танец вокруг огромного костра, в котором лежали овечьи кости. Пронзительными криками он восхвалял останки хана, провожая их из страны вечно голубого неба в загробную жизнь на покорение небес.

Когда церемония закончилась, гранитный саркофаг вкати­ли в мавзолей, затем кран опустил шеститонную полирован­ную гранитную плиту, навеки закрыв его. Позднее многие из присутствовавших утверждали, что в этот момент слышали да­лекий отзвук грома, хотя небо было абсолютно безоблачным. Чингисхан вновь обрел покой в своих любимых горах, и усы­пальница его с той поры является Меккой для туристов, исто­риков и всех монголов.

Когда толпа начала рассеиваться, появились Иван Корсов и Александр Саргов, сидевшие чуть поодаль, рядом с россий­ским послом.

— Да у вас просто нюх на исторические сокровища как на суше, так и на море, — рассмеялся Саргов, по-дружески обни­мая Питта и Джордино. Хватка у него была все та же, медвежья.

— Премия за попытку отгадать, кто же пытался затопить «Верещагин», — ответил Питт.

— Вижу, вижу, — кивнул Саргов. — Кстати, наш совмест­ный проект на Байкале еще не закончен. «Верещагин» сейчас находится на ремонте, но к следующему сезону корабль будет готов. Надеюсь увидеть вас обоих.

— Обязательно приедем, Александр.

— Надеюсь, сейша больше не появится, — прибавил Джор­дино.

Корсов бочком, с обычной своей улыбкой от уха до уха, приблизился к Питту.

— Наслышан о вашей деятельности, — сказал он. — Впе­чатляет. Если захотите устроиться на работу в ФСБ, всегда го­тов дать рекомендацию. Нам нужны люди с такими талантами.

— Вы бы пореже распространялись об этом. Если дойдет до моего босса, у меня могут быть неприятности. Он подобных шуток не понимает, — рассмеялся Питт.

Подошел президент Монголии в окружении небольшой свиты. Саргов торопливо попрощался, и краем глаза Питт за­метил, как незаметно растворился в остатках толпы Корсов. Президент, невысокий лощеный мужчина лет сорока пяти, за­говорил на безупречном английском и почти без акцента.

— Мистер Питт, от лица всего монгольского народа хочу поблагодарить вас и сотрудников агентства НУМА за спасение останков Чингисхана для наших потомков.

— Великая историческая личность заслуживает вечной жиз­ни, — ответил Питт, чуть кивнув в сторону мавзолея. — Жаль, сокровища из его прежней гробницы утеряны.

— Да. Считаю национальной трагедией, что сокровища Чингисхана разошлись по частным коллекционерам ради обо­гащения Боржина и его родственников. Возможно, нам удаст­ся выкупить часть их на доходы, полученные от экспорта неф­ти. Археологи, правда, уверены, что значительная часть со­кровищ находится в гробнице Хубилай-хана, которую Боржину, к счастью, не удалось найти. Надеюсь, они находятся на территории Монголии, возможно, неподалеку отсюда.

— Хубилай-хан, — повторил Питт и посмотрел на мавзо­лей. На гранитном фасаде он заметил изображение волка, вы­крашенное в синий цвет.

— Так гласит легенда, мистер Питт. А теперь мне хотелось бы поблагодарить вас за раскрытие преступной деятельности семейства Боржин и за помощь в предотвращении дальнейше­го беззакония. Специальная комиссия занимается сейчас рас­следованием всего, что связано с этой семьей. Память об их действиях будет похоронена вместе с телом самого Боржина.

— Надеюсь, Татьяна сотрудничает со следствием.

— Более чем охотно, — сказал президент, пряча тонкую усмешку. Татьяна находилась в специальной тюрьме и была го­това на все, только бы сократить срок своего пребывания там. — С ее помощью и при содействии ваших компаний, — прези­дент кивнул Терезе и Уоффорду, — нам удастся использовать фантастические нефтяные ресурсы на благо всей Монголии.

— Китай не собирается требовать назад Внутреннюю Мон­голию? — поинтересовался Ганн.

— Подобный шаг политически опасен. Мировое сообще­ство признало передачу Внутренней Монголии, население края приняло его с восторгом. Нет, китайцам придется удовлетво­риться нефтью, которую мы пообещали поставлять им по очень выгодным ценам. По крайней мере до тех пор, пока не закон­чится строительство нефтепровода до российского порта На­ходка. — Президент улыбнулся и помахал рукой российскому послу. Тот стоял в нескольких ярдах, о чем-то разговаривая с Сарговым.