Чтение онлайн

— А то! — шутливо толкнула локотком подругу Оливия.

— Встречаемся у меня через час! Буду вас ждать!

Глава 14

Я едва успела приготовить всё к приходу девчонок. Самодельный твистер посадила Мису мастерить. Сама быстро переоделась, привела себя в порядок и села рисовать карты, примитивненькие такие, но нам и так сойдёт. Помню, в детском доме подзарабатывала, рисуя на заказ нашим мальчишкам разные карты с супергероями, а девочкам — таро. А что, приходилось крутиться, чтобы нормально существовать. Карманных денег-то почти не было. Зато мне таскали за мои труды кто что может: то вкусняшку из столовой, то набор карандашей, а то и что покруче.

Когда раздался стук в дверь, я заканчивала выводить последнюю карту — даму пик, самую мистическую леди оставила напоследок.

— Проходите, — я, как радушная хозяйка, распахнула двери перед Оливией и Мирой, приглашая в комнату. Фрукты были нарезаны, угощения и четыре бокала стояли на столике около диванчика, всё было готово.

— Так вот для чего ты забегала в винную лавку, — улыбнулась одними уголками губ Мира, присаживаясь на свободное место.

— Не пить же в одиночестве, — я взяла бутылку, но тут ко мне подошла Миса, пытаясь взять обязанности по обслуживанию стола на себя. — Миса, сядь в кресло и успокойся. Я за вами всеми сегодня поухаживаю.

Вообще, я немного переживала, как воспримут лэры то, что служанка присоединилась к нам, всё же у них здесь другие порядки. Но я решила отстаивать девушку: никто не выбирает, в какой семье ему родиться, а вот каким человеком стать — да. А Миса хороший человек, я так чувствовала.

— Садись, — потянула за рукав форменного платья Мисы Оливия. — Мы же не звери, не съедим тебя. Честное слово!

Я разлила вино по бокалам, встала и под взглядами трёх пар глаз, как принято у нас на Земле, заговорила:

— Я очень рада, что сегодняшний вечер мы решили провести в тёплой неформальной обстановке! — я вообще не особый специалист риторики, мне проще даются иллюстрации, но выбирать не приходилось. — Предлагаю немного выпить за нашу душевную компанию!

Девушки недоумённо переглянулись. Поняв, что я со своими традициями «выпивалы-любителя» опять на грани разоблачения, улыбнулась и решила играть до конца. Поднесла бокал к центру стола и кивнула не решающимся за мной повторить девушкам. Когда наконец бокалы дружно звякнули друг о друга, я немного пригубила вино.

Оно оказалось вкусным: сладковатым, но не приторным, и без яркого алкогольного послевкусия. Я вообще алкоголь не жаловала. Пусть и немного детское у меня восприятие, но невкусный он, особенно крепкий! Да и людей частенько превращает в неадекватных существ. Но лёгкое приятное вино иногда — почему бы и нет?

После второго бокала увидев, что Мира наконец-то немного расслабилась, а грусть почти сошла с её лица, я решила, что скоро можно будет переходить к части вечера «да козлы они все!».

Ещё спустя один бокал я решилась на вопрос:

— Мира, — отбросив условности с этими «лэрами», я перешла сразу к делу, — что сегодня произошло? Когда ты вернулась, на тебе лица не было.

— Так всё-таки встреча с этим прохиндеем прошла отвратительно? — Оливия всплеснула руками, из-за выпитого алкоголя её голос стал чуть громче, но, кажется, она этого не замечала. — Он вообще пришёл на встречу?

— Пришёл, — глаза брюнетки сверкнули злостью. Интересно, это её так парень разозлил или сказался выпитый алкоголь? Хотя пусть лучше злится, чем плачет. — Я покинула родовое гнездо не так давно… а этот… этот… кобель нашёл себе новую возлюбленную! Просил, чтобы я оставила его в покое и нашла себе подходящего мужчину! Какой же он…

— Козёл! — вставила пять копеек я.

— А? Не знаю, что это, но звучит подходяще. Ко-зёл. Да! А я его любила… Так не хотела сюда ехать, пыталась сбежать, да отец поймал меня, — плотину прорвало, и из Миры начали выливаться все её переживания.

— Ты сама подумай! — оживилась Оливия. — Он даже бежать с тобой отказался! Тебе тогда не показалось это странным? Влюблённый демон — и такой трус?

— Я думала, он испугался отца, — Мира смахнула набежавшие на глаза слёзы. — Всё-таки моего родителя многие боятся, даже я. Мне просто так сильно хотелось любви, той самой, что преодолевает все преграды… А что оказалось?

— Оказалось, что ваш конюх тебя использовал, — немного жёстко сказала Оливия и, осушив свой бокал до конца, поставила его на стол. — К феям этих мужиков!

Вспомнив, что из себя представляют феи в этом мире, я поёжилась.

— Ого-о, — я взъерошила волосы, совершенно забыв о причёске. — Не ожидала от тебя такое услышать.

— Думаешь, я глупая? — в усмешке девушки послышалась горечь. — Приехала на отбор вся такая счастливая девочка-цветочек? Нет… Я прекрасно понимаю, что вряд ли найду здесь любовь всей жизни. Но и начинать семейную жизнь, которой, как мы уже понимаем, избежать никому живым не удастся, с ссор и хлопанья дверьми — я не хочу. Лучше пойду в некоторых местах на уступки, прогнусь, но буду воспитывать своих детей счастливо, а не…

— Не как моя мать? — в глазах Миры заблестели слёзы.

— Я не это хотела сказать.

— Так! — я встала и налила всем ещё по бокалу вина. Миса, притихшая в углу, пододвинулась ближе к краю дивана. — Выпьем и пообещаем друг другу, что всё, что мы сегодня услышали в этой комнате, останется между нами.

После тоста все расселись по своим местам, я поджала ноги для удобства и подпёрла голову кулачком. Оливия с какой-то обречённостью посмотрела в окно, в её глазах была чуть ли не вселенская тоска. Мира сглотнула и вытерла непослушную слезу с правого глаза.

— Она умерла, — в голосе брюнетки в терпкий коктейль смешались любовь, гордость и обида.

Да, тяжело чувствовать такое к близкому и родному человеку. Я по отношению к своим родителям раньше чувствовала обиду и злость, а теперь, переместившись сюда, не чувствую ничего. Я уже даже не уверена, что хочу их искать. Мира продолжала:

— Её выдали за отца насильно, а она не хотела, любила другого. Отец больше никогда о ней не говорил. Я, если честно, и не помню, как она выглядит.

— У нас у всех скелеты в шкафах, — прошептала Оливия. — Моя мама играет роль счастливицы, замужем за родовитым демоном, четверо детей. Чем не сказка? — Оливия грустно улыбнулась. — Но мы с сестрой и мамой живём в отдельном поместье, отца и братьев видим от силы два раза в год. Они с матерью общаются только на официальных приёмах.

— Но почему она терпит это? — возмутилась я.

— А что ей остаётся? — глаза Оливии стали стеклянными. — Такова участь каждой демоницы. Когда мне было пятнадцать, у папы появилась постоянная любовница, а когда исполнилось шестнадцать, эта любовница родила ему сына. Мама кричала и возмущалась, требовала отправить падшую девку из замка, но отец взял и отправил вместо этого нас с матерью и сестрой. Сыновей оставил при себе. Мама потом долго объясняла мне, что её поступок был неподобающим для благородных демониц. Она должна была промолчать, должна была найти компромисс.