Чтение онлайн

– Не, дойти дошли бы куда-нибудь, какие дела? Но кому они такие подвиги надобны, а? Мое, что ли, дело на тимоне стоять? То-то.

– Ладно, – примирительно сказал Ральф. – Я пойду узнаю, чего хотели. Если по вахте понадоблюсь – зовите сразу.

– Уж позовем, – хохотнул Катран.

«Значит, Фример, пока я спал, потихоньку отвернул от Тендры, – подумал Зимородок, спускаясь по асигуту. – Интересно, намеренно или случайно? И знает ли об этом Александр?»

Александр знал. Более того, первое, что он сообщил Ральфу, это то, что курс «Киликии» некоторое время назад был изменен.

– Видите ли, Ральф, – обосновал свое решение принц, – даже такому неопытному моряку, как я, совершенно очевидно: нас слишком мало, чтобы управлять таким кораблем, пусть он по меркам метрополии и не слишком велик. Кроме того, наше путешествие, как вы уже наверняка и сами осознали, весьма небезопасно. А у нас в Керкинитиде полно преданных солдат и матросов. Да и пушек на борту «Святого Аврелия» достаточно для того, чтобы охладить пыл некоторых таврийских наместников. Я поговорил с дядей, – принц светским жестом указал на восседающего поверх рундука Фримера, – и, честно говоря, склоняюсь к его мнению. А мнение его, если коротко, таково: по Эвксине вполне можно ходить на альбионских кораблях.

– Не всегда, – уныло сказал Зимородок, невольно подумав: «Ну вот! Все сначала!»

– Мы немало пережили вместе, Ральф, – доверительно сообщил Александр.

– Я прошу вас, обоснуйте мне внятно и убедительно: почему, ну почему мы не можем ходить на своих кораблях в ваших водах? Что с того, что они больше ваших?

– Сил штарха не хватит, чтобы уберечь от беды большой корабль, если беда придет. А беда придет – Эвксина шутить не любит.

– Можно подумать, Атлантика – шутник дальше некуда! – вмешался капитан Фример. – Вы хоть представляете себе, насколько океан больше вашей лужи, а, штурман?

– Представляю. – Ральф изо всех сил пытался не раздражаться и быть многотерпеливым. – Однако вынужден вас огорчить, в который уже раз: на большом корабле я не смогу гарантировать безопасность экипажа и пассажиров.

– А на малом, значит, можете? – заинтересованно спросил Фример.

– Я уже говорил, если помните, – да, на малом могу. Причем желательно, чтобы корабль был даже меньше, чем эта сантона. А я, скажу без ложной скромности, довольно сильный штарх.

– Что ж, буду откровенен тоже! – горячо сказал Фример. – Я видел вас в деле лишь однажды за все время. Да, безусловно, это впечатляет. Но большую часть времени вы, уж извините, занимаетесь делами вполне обыденными и не имеющими ничего общего со спасением экипажа. Тогда, у Суза Гартвига, я вам поверил. Но последующие события все больше убеждают меня: я ошибся, поверив вам.

– В водах считают так: чем меньше штарху приходится обращаться к своему искусству, тем удачнее поход. Лучший поход – это когда кассат беспробудно спит, а штарх валяется кверху пузом на фаште.

– Здорово! – обрадовался Фример. – Как бы не работать, лишь бы не работать, так, да?

– Дядя, оставьте, – теперь вмешался уже Александр, поскольку нити разговора некоторое время назад незаметно перехватил капитан. – Нетрудно предвидеть возражение Ральфа: применять свое искусство было просто незачем, и я, кстати, придерживаюсь той же точки зрения.

Предлагаю дальнейший спор и решение по нему отложить до прибытия в Керкинитиду, ибо актуальным оно станет лишь там. Поговорим лучше о другом. Вам хорошо известны воды с северо-восточ… э-э-э… грекале от Тендры?

– Достаточно. Да и вод-то тех за Тендрой… Ягорлык, а за ним уже и Кинбурн.

– Там глубоко?

– Не очень. Причем до такой степени не очень, что на «Святом Аврелии» я туда соваться не советую категорически! Там кое-где цапли по дну в нескольких милях от берегов ходят! А почему вы спрашиваете о глубинах?

Взглянув в лицо Александру, Ральф уверился в худших подозрениях:

– Нам туда, да?

– Туда. Это плохо?

– Это не плохо. Это невозможно. Там ходят только на плоскодонках или на рыбацких фелюгах. Даже сантоне там делать нечего. Так что я бы сове…

Александр не дал штарху закончить фразу:

– Мы ведь договорились: решение будем принимать в Керкинитиде. Во всяком случае, я обещаю, что мы с вами, Ральф, пойдем на небольшом судне.

Брови Фримера немедленно уползли под так и не снятую в каморе треуголку:

– Вы хотите сказать…

– Все, что я хочу сказать, дядя, – прервал его принц, – я скажу в Керкинитиде. И возражения ваши выслушаю там же. И на этом предлагаю сегодняшний совет прекратить.

Влекомая свежим ветром «Киликия» и четыре корабля эскадры принца Георга приближались к Тавриде медленно сходящимися курсами. Они должны были достичь Керкинитского залива под вечер. Между ними, совершенно не в такт волнам и ветру покачивая мачтами, туда же направлялся ветхий корабль непривычных очертаний – таких не строили уже лет триста, а вернее что и больше. Корпус его был испещрен пробоинами, а борта частично сгнили. Тем не менее он и не думал тонуть. На штурвале стоял призрак в темной накидке, простреленной на спине, а сопровождали корабль крупные дельфины-призраки.

– Ваше Высочество! Вахтенный с докладом!

Георг оторвался от книги и поднял глаза на слугу.

– Пусть входит.

Вахтенный унтер предстал меньше чем через четверть минуты.

– Говори! – приказал принц.

– Ваше Высочество! Встречным курсом идут три корабля! Господин министр велел тотчас же доложить вам.

– Скажи, что я сейчас поднимусь. – Георг отложил книгу. Слуга немедленно подал куртку; пока принца одели, унтер успел исчезнуть.

Георг поднялся на палубу, потом на мостик; слуга все это время тенью следовал за ним. Кроме слуги, наверх вышли также двое гвардейцев, обыкновенно торчавших у каюты Георга. Принц не возражал: он привык к свите еще в детстве и знал, что возражать бессмысленно. Спасибо и на том, что не слишком лезут на глаза.

На мостике, у самого борта стояли Люциус Микела и вахтенный офицер. Микела как раз глядел в подзорную трубу, оперевшись локтем на планшир.

Георг, не теряя времени, сразу направился к ним.

– Что тут? – спросил он, привлекая внимание.

Министр оторвался от трубы.

– Взгляните сами, Ваше Высочество! Вдоль борта, так паруса не мешают.

– Вы пока рассказывайте, – велел Георг, пытаясь разглядеть среди волн хоть что-нибудь. – А то я ведь все равно максимум что смогу сказать, так это: «Ну корабли».

– Да, корабли, Ваше Высочество! Местные; размерами меньше «Девы Лусии» и «Иски». Идут нам навстречу. Паруса у двух из них бермудские, в альбионском флоте такие не в ходу.