Чтение онлайн

— Это просто замечательно! — воскликнула мама, едва узнала, чем закончился наш брачный ритуал. — Нет, я тебе любой рада, — тут же оговорилась она, держа Феаллу за руки, — но то, что наша кровь в тебе проснулась, не может не удивлять.

— Поздравляю, сын, — коротко, но прочувствованно выдал отец. — Добро пожаловать в семью, дочь!

Он обнял нас обоих, судорожно вздохнул и прошептал так, чтобы слышали только мы:

— Ты всегда был сумасбродом, это не могло не принести своих плодов. Рад, что они столь прекрасны!

Феа зарделась, я коротко хохотнул и тоже крепко обнял отца. Родители у меня — самые лучшие! Всегда это знал, но сейчас, в эту самую минуту особенно порадовался сей истине.

Вирртан смотрел на нас во все глаза и долго мялся. Наконец, когда дошла очередь до его поздравлений, он смущённо выдал:

— А я? Я тоже так смогу? — По его шальному взгляду было видно, что он не отказался бы от второй ипостаси.

— Это ведает только Размар. — Я пожал плечами. — Кто знает, сколько в тебе драконьей крови?

— Сначала обучение, — строго проговорил Зигвальд — старший король Армарии. — Будем делать из тебя настоящего мужчину.

— Конечно! — Энергично кивнул Вирртан, тряхнув своими рыжими вихрами. — Кстати, Коннарту будете говорить об этом?

Феа задумалась. Она вообще не пылала желанием плыть в Моривию, готова была простить тот долг, который присудили ему Хранители, но… кажется, мысль испугать старшего брата до колик ей понравилась. К тому же она ничем не рисковала — над Коннартом, как и над Раттардом довлела клятва о неразглашении и непричинении вреда.

— Возможно, — проронила она, взглянув на меня. — Позже?

— Почему бы и нет, — хмыкнул я.

Мы заговорщицки улыбнулись друг другу.

На пиру, когда первый голод был утолён, мы с удивлением обнаружили, что Гангеретта довольно кокетливо беседует с каким-то пожилым мужчиной. И вовсе не выглядит сушёной воблой! Напротив, её щёки раскраснелись, губы перестали сжиматься в тонкую линию, глаза блестели искренним интересом.

— Кто это? — спросил я у Зигвальда, сидевшего неподалёку от меня.

Кивнул на мужичка.

— Дед Алёны, — ответил старший король. — Он переехал с Земли на Марэлл, чтобы приглядывать за внучкой, нянчить правнуков, но на самом деле оказался просто кладезем в области военной стратегии и житейской мудрости.

— Серьёзно? Он иномирянин? — И тут я вспомнил, что слышал о нём от Урлуха. Просто не знал, как тот выглядит, да и запамятовал сей занимательный факт.

— Да, ты ведь и сам видишь, что он никаким боком не тянет на армарийца, — присоединился к нашей беседе Крайлах. — Но духом так же крепок, как и мы.

Феалла смотрела на свою бывшую служанку во все глаза.

— Как она оказалась здесь, за высоким столом? — удивилась моя пара.

И вправду, стол для слуг стоял совсем в другой стороне.

— Это всё дед, — хмыкнула Алёна. — Он взял её в оборот, едва вы прибыли к нам в замок. Успокоил, объяснил, что тут да как, она теперь и не боится никого. Почти.

— С ума сойти. — Покачала головой Феа. — Как же хорошо, что вы нас пригласили!

Она с благодарностью взглянула на Крайлаха и Беренгарию.

— Таким замечательным гостям мы всегда рады! — тепло ответила супруга младшего короля, сверкнув своими удивительными фиолетовыми глазами.

Насколько я помню из рассказов, когда-то они были зелёными, но после того, как в ней проснулась магия (при весьма драматичных обстоятельствах), их цвет изменился.

Да, в который раз я убедился, что армарийцы — наши самые настоящие друзья. Верные, принципиальные, сильные телом и духом. По каким причинам предки эйронцев захотели от них отделиться? То известно лишь Размару. И совершенно очевидно, что без духовного покровительства нашего Бога, без связи со своими братьями они стали совершенно мерзкими. Не могу сказать за всех, но тот же Ворталх попросту ужасен, а рыба, как говориться, гниёт с головы. Хотя, возможно, я не прав, и есть среди простого люда Эйрона и достойные. Что ж, посмотрим, сколько ещё они будут готовы терпеть этого тирана, учитывая, что теперь он не сможет ни с одним магом заключить контракт…

— Милый, сильно не вежливо будет, если мы сейчас уйдём отсюда? — спустя пару часов Феа не выдержала и наклонилась к моему уху.

— Я думаю, мы ещё долго продержались. — Я тут же вспыхнул от одной только мысли, что совсем скоро мы вновь окажемся наедине. — Сейчас.

Я поднялся, привлекая к себе множество взглядов, обнял Феаллу, которая тоже встала, поблагодарил всех за то, что разделили с нами этот праздник, и двинулся к выходу. Прощение за столь скорый уход из-за стола просить не стал — и так понятно, что мы долго терпели. Нам вослед раздался смех, пожелания трудиться над потомством, похвальбы за соблюдение завета Размара «плодиться и размножаться».

Впрочем, то завет не столько Размара, сколько общее правило для всех. Точнее, право. И пусть только кто-нибудь попробует оспорить его! В случае чего я могу и голову откусить, пусть и не ем людей. Жевать просто не буду, так выплюну. Дракон я или кто?

— Дракон, дракон, — мягко засмеялась Феа, подслушавшая мои мысли. — Иди ко мне, любимый, я обниму тебя, пока ты не набедокурил.

Смеясь, мы вошли в спальню, где нас ждала перестеленная постель и вожделенное одиночество. Да, сейчас время нас двоих. Время любви, единения и страсти. Всё остальное — потом!

Эпилог

Уна

Уна долго думала, как же поступить с Миреллой. Она ходила из угла в угол в своей круглой башне (вот такой вот парадокс!) — самой высокой в цитадели — и тяжело вздыхала. За окнами, как обычно, бушевала стихия, вызванная Материей, в сердце же поселилась стужа.

— Мирелла, какая же ты бестолочь! — воскликнула она, подытоживая свои размышления. — Нет, нельзя попустительствовать, придётся действовать жёстко, чтобы потом, через время мозги на место встали.

Так, решившись на сложный, но необходимый шаг, Хранительница Циммы отправилась в Шэллвуд. Ей не составило это большого труда, потому что зеркало у её ученицы, конечно же, имелось.

Древнее зеркало. Артефакт, созданный давным-давно, сейчас таких уже не делают. Большая часть этих зеркал находится в цитаделях, как и Цимма — это замки, возведённые (точнее выращенные из скал) вокруг Источников Материи. Той самой, изначальной, преобразовывая которую, маги способны творить чудеса. Чародеев в принципе не очень много, а уж сильных, достойных обладать подобным зеркалом, и подавно.