Чтение онлайн

«Это же очевидно, Джон. Не надо быть Мерлином, чтобы понять, кто сильнее, а кто слабее. Слаб тот, кто не желает становиться сильнее. Понимаешь? Совершенно не важно, в чем ты прогрессируешь, главное, идти вперед. Вспомни, как ты научился плавать. Можно ли с чем-то сравнить это ощущение Достижения? Можно ли остановиться на этом пути, когда ты знаешь, как это, достигнуть?Я буду откровенен, внук. Твой отец и мой сын, он предпочитает владеть. Ему нравиться иметь статус. Он не хочет ничего менять.

Кензи боится. Он боится меня и будет бояться тебя. Потому мы угроза его обожаемому статусу. Его миру, где он чувствует себя значимым».

Это воспоминание, о том, как он научился плавать, было единственным, которое Джон четко помнил из своего раннего детства. Пустынный пляж, на который накатываются волны. Ему было девять. Он стоит на пляже, с него стекает вода. Ботинки он утопил, курточку тоже. Потому что иначе бы он утонул.

Родители закинули отпрыска на лето к деду. Ехать на отдых с маленьким ребенком неудобно. А девятилетний Джон пожаловался деду, что не может научиться плавать. И Балдер Аркур вывез внука в море… и выкинул из лодки.

Джон отлично понимал деда про Достижение.Это чувство, действительно, не забыть. Если ты хоть раз преодолел самого себя и победил, больше тебе будет неинтересно просто жить. Это всепоглощающее чувство уверенности, которое словно заполняет тебя целиком, его хочется ощущать снова и снова…

— Дедушка, а как же так вышло, что мой папа… Ну, ты же его папа?

– Я понял тебя, внук

Это разговор состоялся, когда Джону исполнилось четырнадцать.

– Самое большое Достижение для родителя, — ответил Балдер Аркур. — Это когда твой ребенок преодолевает трудности, встающие перед ним. Когда достигает чего-то. Но нельзя заставить это делать. Можно лишь направить, создать условия. Помнишь, тебе было девять. Неразумное дитя, не так ли? Но ТЫ пришел ко мне. Тебе было нужно.

– То есть, нужно родиться с этим?

Дед тяжело вздохнул.

– Как ты думаешь, Джон, — глухо произнес Балдер Аркур. — Когда я научился плавать?

– А… не знаю, в детстве? — Джон немного растерялся от этого вопроса.

– В тридцать семь, — сухо ответил дед. — Твой отец родился за пять лет до этого. Видишь ли, Джон, люди по-разному и в разном возрасте приходят к тому, что надо пытаться стать сильнее. В твои годы, внук, я ничем не отличался от твоего отца. И моего сына. Кензи вырос в окружении нянек и воспитателей. А я в это время… Искал себя.

Последнюю фразу дед произнес с презрением.

– К счастью, судьба занесла меня в Россию, — продолжил мужчина. — Я полюбил женщину, Джон. Сильно. И именно там я в первый раз вышел из состояния удовольствия собой. Ты знаешь, внук, чего я Достиг впервые?

Балдер Аркур усмехнулся.

– Научился варить суп, — произнес дед. — Сам, от начала и до конца. Там, в стойбище саха, впервые в жизни я не мог использовать свой статус и деньги. Я был никем, неумелым иноземцем, который даже за собой не умеет ухаживать. Я был волен уйти, но… Меня отвергли. Дочь шамана не может быть вместе с тем, кто не владеет праной. Это меня и толкало к тому, что я делал…

– А потом, дед, что было потом? — нетерпеливо спросил Джон.

– А потом, внук, Яля не вернулась из Ракша, — глухо ответил Балдер Аркур…

За воспоминаниями Джон не заметил, как добежал до финиша. Кстати, силы еще оставались. Видимо, он уже начал привыкать к таким нагрузкам.

Конрад опять сушил зубы с Сакурой и Аюли. Алиса и Алёна уже ушли. Юсуповы пошли на очередной круг. Они сегодня пришли позже…

— Вижу, тебе мало нагрузки сегодня, — произнес Сейджин.

И Джон успел заметить, что японки посмотрели на него при этом с легким удивлением. А Конрад поморщился.

— Да, учитель, — с удовольствием ответил Аркур. — Надо бы ее нарастить.

— Нарастить? — в голосе Сейджина проскочили какие-то…

Слишком довольные нотки.

— Если ты этого желаешь, — произнес старик. — То тебе придется… Задержаться здесь. Причем, на неопределенное время.

— У меня полно времени, — хмыкнул Джон и посмотрел в глаза Сейджина. — Вся жизнь впереди.

* * *

Комната Скарлетт и Алисы

Вернувшись с утренней тренировки Алиса увидела, как Скарлетт, держась за стенку, возвращается в комнату, по всей видимости, из туалета. Редверс, глядя на это, только головой покачала.

— Ты в курсе, что это называется одержимость? — пробурчала Алиса, подхватывая соседку и закидывая ее руку себе на шею.

— Это называется жажда, — усмехнулась Летти.

— Или наркомания, — хмыкнула Редверс. — Или…

Алиса намеренно сделала многозначительную паузу.

— Опять ты со своими половыми вопросами, — вздохнула Скарлетт. — Поверь, это не так. В отличии от вас с Алёной, я тренируюсь не ради того, чтобы парня завлечь. Кстати, куда это ты ходила, Юто же с бабушкой уехал?

— А потом ему кто-нибудь расскажет, что пока его не было, я… мы на все забили? — пробурчала Алиса.

— Мы? — удивилась Скарлетт.

— Не спрашивай, — с досадой ответила Алиса.

Летти хмыкнула.

— Не буду, — девушки дошли до своей комнаты. — Чертов старик!

Алиса сдвинула дверь и они ввалились в комнату. Редверс сгрузила раненого бойца на матрас. Скарлетт вчера принесли, уже вот такой. Принесли, кстати, тот парень, Юкио и девушка, Мэй. И сказали, что Летти потянула связки.

— Ты вообще ходишь-то как? — спросила Алиса. — Я раз связку потянула, на одной ноге, так две недели ступить на нее не могла.

— Ну, — Скарлетт легла, сидеть ей было тяжело. — Мы же в клане целителей, вообще-то.