Солан Мэт
Шрифт:
Шерсть выступила вдоль моей руки. Мой зверь вопил, чтобы я его высвободил, но я удержал его в узде. Лишь мои губы оттянулись, обнажив удлинившиеся клыки.
– Сиенна - моя пара, Трейн, - сказал я так тихо, что бойцы вынуждены были напрягать слух, чтобы расслышать.
– Ты не можешь претендовать на кого-то, кроме своей назначенной пары.
Трейн наклонил голову и улыбнулся.
– Я уже сделал это.
Пророчество Умы снова зазвенело в моих ушах: «Бой объединит». Я бы сделал все, чтобы, наконец, быть вместе с Сиенной. И если я могу предотвратить дальнейшие смерти в моем племени, так тому и быть. Я знал, что могу одолеть Трейна, хотя был легко ранен. У него не было ничего, за что стоило бы бороться. У меня же есть моя Сиенна. Ничто меня не остановит, я всажу свои когти и зубы в его сердце.
– Быть по сему. Мы будем бороться до смерти!
Прежде, чем он смог моргнуть, я перекинулся и атаковал. Но он тоже был не так прост. Он был столь же сильный и умелый боец, как я, только он не был ранен. Наши звери столкнулись в воздухе, приземлившись в грязь с громким звуком; мы кусались и бешено царапались.
Боль взорвалась в моем плече, когда его когти прорвали мою плоть, но это только подогрело мою ярость. Я глубоко вонзил зубы ему в голову и почувствовал, как разорвалось его ухо, наполняя мой рот отвратительным вкусом крови, прежде чем он стряхнул меня. Его ухо висело под странным углом, а меня переполняло разочарование, что я не оторвал его к черту.
Мы кружили друг вокруг друга, не обращая внимания на тех, кто был вокруг нас. Многие смотрели с отвратительным чувством ликования. Кровь брызнула на землю, и она вскоре превратилась под нашими лапами в отвратительную грязь.
Трейн тяжело дышал. Боль от его ран изматывала его. Чем дольше мы кружили, тем быстрее он уставал.
И он знал это.
В мощном прыжке он приземлился на меня, лишая равновесия. Я пнул его в грудь задними лапами, но он не сдвинулся с места. Он щелкнул окровавленной пастью совсем рядом с моей шеей, стремясь разорвать мне горло. Мне как-то удавалось удерживать его на расстоянии, но из-за собственных ран я тоже быстро терял силы. Следующий укус мог стать для меня смертельным.
Бой объединит…
Я перевел взгляд на Сиенну, все еще охраняющую Натали, она ни на секунду не отрывала взгляд от меня.
Борись, Солан. Борись за нас.
Призвав силу моих предков, я собрал все свои силы и перекинул Трейна через свою голову. Он приземлился на спину. Я не колебался. Сжимая его горло, я крепко держал Трейна, пока он не перестал барахтаться подо мной. Он снова принял человеческую форму и лежал в грязи, сдавшийся на мою милость.
– Закончи, - прохрипел он.
Бой объединит…
Кое-что в словах старухи Умы зацепило меня. Она ничего не говорила об убийстве, только о бое. Когда я стоял над поверженным Трейном, а зубы моего зверя царапали его кожу, я понял, что он всего лишь защищал свое. Или то, что он считал принадлежащим ему. Поступил бы я иначе?
Нет.
Я не мог убить его за то, что начал сам. В моем теле разлилось тепло, и я знал, что это решение было правильным. Мой зверь даже не рыкнул.
Отпустив его, я отстранился и изменил форму. Сиенна сразу кинулась ко мне, прижимая свой пушистый бок к моему телу в выражении поддержки и единения.
– Нет!
– закричал Трейн, приподнимаясь на одном локте, кровь быстро стекала вниз по его шее.
– Ты не можешь позволить мне жить. Это бой до смерти! Я буду опозорен, если ты позволишь мне жить!
Я стоял, все мое тело болело, кости ломило до безумия, и силы покидали меня.
– Пусть это будет концом нашего разногласия, - крикнул я обоим племенам, наблюдающим за нами.
– Варги Долины, следуйте за мной! Варги Холма, шагнете хоть одной ногой на нашу территорию без приглашения - и вы пожалеете!
По одному мои соплеменники рванулись подальше от поля боя: кто-то хромал, кто-то нес окровавленные тела своих друзей. Я прислонился к Сиенне, ища поддержки, и мы пошли обратно к моему дому.
Нашему дому.
– Солан!
– заорал Трейн.
– Ты не можешь позволить мне жить! Не уходи! Ты не можешь так поступить, Солан!
Сиенна чувствовала мою потребность высказаться и промолчала. Повернувшись к Трейну, лежавшему на земле, протягивавшему ко мне руку, я мрачно улыбнулся ему:
– Я уже сделал это.
Глава 23
Сиенна
Уже наступила ночь, когда мы вернулись в деревню, покрытые кровью, но живые. Я в жизни не чувствовала себя такой уставшей, и как только мы вошли в зал собраний, перевоплотилась обратно в человеческую форму.
Натали и Арлин плюхнулись рядом со мной, и мы обнялись. Радость от того, что мы воссоединились, умалялась только одним важным вопросом: что будет с нами дальше? Хотя Арлин и я стали Варгами, я не могла не думать о том, а будет ли племя Долины радо видеть нас по-прежнему после всех неприятностей, что мы принесли им.
Впрочем, по крайней мере, хоть кто-то из Варгов был в экстазе от нашего возвращения. Суженая Харшрама закричала, когда увидела, как он с трудом входит в зал. Когда она подбежала и прыгнула в его объятия, мое сердце сжалось при виде их воссоединения. Она осыпала его лицо поцелуями, а он вцепился в нее так, словно она была сбывшейся мечтой. Только целитель смог растащить их, так как нужно было осмотреть полученные Харшрамом раны, не говоря уже о годе жестокого обращения со стороны чужого племени.
Солан, казалось, был полностью поглощен управлением воинами. Целители кружили вокруг тех, кто был травмирован. Но, несмотря на собственные раны, Солан отказался от помощи целителя, согласившись лишь на перевязку его истерзанного плеча. Его золотые волосы переливались, но я не могла не заметить, что он, казалось, избегал моего взгляда.
В форме Варга, я бы чувствовала сильную связь между нами. Теперь же это чувство было потеряно. Я не знала, изменилось ли между нами что-то, или я просто не могу ощущать ее в человеческой форме. Беспокойство заполнило мое сердце, даже ладони вспотели.
Мои поступки привели к тому, что половина племени Солана была ранена, и это все было ради моих сестер и моего блага. Я не подчинилась его приказу и побежала искать неприятности в самый неподходящий момент. Я чувствовала себя виноватой, когда убежала спасать Натали и Арлин. Я чувствовала себя вдвойне виноватой, зная, что он рисковал своей жизнью ради меня. Зачем ему держать меня рядом с собой, пусть я и стала Варгом?
– Воины!
– сказал Солан. Его голос заполнил зал, и все взгляды остановились на нем. Его кожа блестела, несмотря на пятна засохшей крови на руках и ногах. Его глаза горели, как огонь, когда он оглядывал зал.
– Вы сегодня хорошо сражались!