Чтение онлайн

– На том и порешим. – сказал худой и подмигнул мне.

Зашёл банщик, плеснул на камни воду и спросил,

– Кто первый?

– Начни с победителя. – произнёс худой и кивнул на меня.

– Да качественно всё сделай! Ему скоро туда, где о бане только мечтают.

*****

Прошло два месяца, мы сидели и смотрели телевизор, в новостях чувствовалось напряжение. Зазвонил телефон, скажем так, в неурочное время 22:30. Маруся спросила,

– Интересно, какому долбоёбу не спится?

И сама себе ответила:

– По твою душу, наверняка, – и сняла трубку.

– Алло. А кто его спрашивает? Да, мне интересно. Не хами, парниша, кадык вырву. – и отключила телефон.

– Какой-то хам, тебя спрашивал.

– Кто? – спросил я.

– Не представился, – огрызнулась Маруся и поставила телефон на базу.

– Если нужно, то перезвонит, – сказала она и села вязать шарф.

Звонок повторился, но уже на мобильный телефон. Маруся взяла мой мобильник и, протягивая его мне, произнесла:

– Скажи ему, что он козья рожа.

– Обязательно, – ответил я и сказал в трубку,

– Слушаю.

– Привет, – донеслось из трубы.

– Ты кто? –рыкнул я.

– Тот, кто тебе проиграл в споре. Помнишь?

– Я ничего не забываю.

– Тогда так, машина уже у подъезда, тебе на сборы сорок минут, с твоей работой вопрос решён. Оклад по высшей категории, плюс бонусы и на время командировки полный пансион. Ты старший группы, по должности полковник. Подойдет?

– Да.

– А что скажет твоя супруга?

– Честно?

– Конечно.

– Она велела тебе передать, что ты козья рожа , раз и она тебе кадык вырвет – два.

– Круто. Ладно, признаю, был не прав, извиняюсь. Жду в аэропорту Домодедово. До встречи.

Через тридцать минут я сидел в чёрном БМВ с мигалками и ехал в аэропорт.

Толстый оказался директором Уральского военного завода, и моя идея ему понравилась. С двойной пушкой по бокам башни, сдвоенная как тульское двух ствольное ружьё и ещё сбоку башни в вариациях.

На следующий день я находился на полигоне в обществе техников, оружейников, электронщиков-конструкторов, директоров и службы безопасности всех мастей. Сидя на броне «Протазана», общался с толстым. Кстати, это не только его форма тела, но и фамилия.

– Ну вот, Толь Толич, эта техника сделана по твоей фантазии и, надеюсь, оправдает твои ожидания.

– Главное, чтобы оправдала ожидания военных, – ответил я.

– Начнём?

– Начнём, – ответил Толстый и махнул рукой.

– Всем покинуть полигон.

На четвёртый день знакомства с техникой был внесен ряд изменений и поправок, техники работали днём и ночью, что особенно меня удивляло. Электроника работала без сбоев и шлем, который сделали по размеру моей головы, очень радовал меня. Связь внутренняя, внешняя, вентиляция, подогрев, сетки прицелов, ночных и дневных на стекле шлема. Техники возились с механизмом заряжания, который во второй раз произвёл перекос выброса гильзы из орудия. Я лежал на броне и смотрел на подъезжающий УАЗ, который бросало из стороны в сторону на ухабах. Из машины вылез Толстый и второй, который разбивал наше пари.

– Здорово, везунчик, – сказал он и, протянув руку, добавил,

– Пал Палыч.

– Толь Толич, – ответил я.

– Прикольно, – сказал Пал Палыч,

– Он Юрий Юрьевич, – показал на Толстого.

– Ладно, к делу. Скоро наши войдут в Сирию и будут помогать Башару Асаду. Сначала будут бомбить игиловцев*, затем и наземная операция не за горами. Нам поручено предоставить технику сирийской армии, обучить, помогать во всём. На нашу базу в Латакии уже доставили БМП, БТР, БМД и танков с десяток. Так же, шесть единиц наших экспериментальных пушек скоро отправят. Как ты говоришь, «Протазан», «Бердыш» и «Кистень». А вот по классификации ещё не назвали ни как. Ну, может ты чего подскажешь?

Я задумался ненадолго и сказал,

– ШОСС-50.

– Почему ШОСС-50? – спросил Толстый.

– Штурмовое орудие снайперской стрельбы, – прозвучал мой ответ.

– А почему 50?

– Потому что, мне 50 лет, – ответил я и подмигнул Пал Палычу.

– Резонно, – ответил Пал Палыч, и обратился к Толстому,

– Ну как, подходит?

– Разберёмся, – ответил он и добавил,

– С тобой хотят особисты поговорить. Иди в машину, они там.

Разговор был обычным для них, а для меня – «за рыбу, деньги». Кругом враги, шпионы, надо быть бдительным.

– И возможна пидерсия, – пошутил я.

– Это что такое пидерсия? – поинтересовался один из них, кто постарше.

Тот, что помоложе понял и перевёл:

– Диверсия.

– Ну да, не исключаю такой возможности, – сказал тот, кто постарше и зло посмотрел на нас обоих.

– Если что, взрывай установку вместе с собой, – добавил он.

– Ну да, вместе с тобой и твоим напарником.

Открыл дверь машины начал вылезать из неё.

– С курсантами построже, – произнёс мне в след тот, что помоложе и посмотрел на старшего.

В тот же день прибыли несколько артиллеристов и нам предстояло пройти с ними курс молодого бойца за три дня. На каждое орудие по три экипажа, включая обеспечение боекомплекта и по половине взвода охраны. Итого, шесть полных экипажей: два механика-водителя, два механика-техника, два оператора-наводчика, шесть заряжающих, по три техника обеспечения с двумя водителями и половина взвода охраны на орудие. На орудие приходилось по 15 человек плюс охрана. Обучение проходило больше сотни человек.

Вечером в гостинице, после душа, я сидел и смотрел новости, в дверь постучали.

– Не заперто.

Вошёл Пал Палыч с хмурым лицом. Поздоровавшись, присел рядом на диван, сказал,

– Началось.

– Когда? – спросил я.

– Через два дня, – ответил он.

И тут по телевизору сообщили о том, что мы вступаем в военные действия на стороне Сирии.

*****

Через два дня, ночью, в морском порту Севастополя производилась погрузка личного состава на БДК (Большой Десантный корабль). Я стоял рядом с командиром корабля, капитаном первого ранга, на мостике и выслушивал от него предложение.